Иван скобрев – биография знаменитости, личная жизнь, дети

Жена Ивана Скобрева

Известный российский конькобежец Иван Скобрев уже давно привлек к себе и своим окружающим внимание прессы и своих многочисленных поклонников.

О своей личной жизни он не особо разглашается, хотя все же эти данные интересуют фанатов спортсмена. Известно, что Скобрев давно уже обзавелся семьей.

Его жену, с которой он так и не успел официально зарегистрировать отношения, зовут Ядвига Горбова, и она уже подарила Ивану двоих сыновей.

Интересно знать, что жена Скобрева знакома с Иваном практически всю свою сознательную жизнь. Уже в 13 лет, будучи еще детьми, они стали парой. С тех пор влюбленные просто не представляют жизнь друг без друга. Как и супруг, Ядвига начинала свой путь на льду.

Именно на секции конькобежного спорта они и познакомились. Она отлично себя зарекомендовала в качестве спортсменки, но пожертвовала своей карьерой ради семьи.

В один момент они решили, что эта профессия больше подойдет Ивану, а Ядя сможет реализовать себя и в других сферах.

Примерная жена Ивана Скобрева

Жена Скобрева является эталоном и примером для остальных жен спортсменов. Она всегда с пониманием относится к профессии своего возлюбленного, к его частым командировкам и в те редкие минуты, когда спортсмен находится в кругу семьи, даже лично помогает заниматься физической подготовкой.

Сам Иван всегда очень тепло говорит о своей супруге и никак не может нарадоваться ее преданности и жертвоприношению.

А как же назвать это иначе? Ради благополучия своей второй половины Ядвиге приходилось ездить за ним из одного города в другой, отмечать семейные праздники  (в том числе и Новый год) в одиночестве, выслушивать неприятные комментарии в адрес своего супруга, родить детей без официальных отношений.

Родом жена Ивана Скобрева из Хабаровска, хотя длительно время проживала в Санкт-Петербурге, где обучалась в университете технологии и дизайна одежды. На данный момент Ядвига с детьми и родителями Ивана проживает на территории Соединенных Штатов Америки (штат Коннектикут), хотя собственная мать остается в Хабаровске.

  Первого ребенка она родила в 2011 году. Мальчика назвали Филипп. Второй сын – Даниил – родился в июне 2013 года. Женщина почти все время воспитывает детей одна, а общение с мужем зачастую проходит только через скайп. Не смотря на это, она еще мечтает о девочке и не собирается останавливаться на двух пацанах.

В ее планах четверо детей, что заставляет поаплодировать такой смелой женщине.

© 2014 — 2015, admin. Все права защищены.

Источник: http://starwives.ru/zhena-ivana-skobreva.html

Конькобежец Иван Скобрев о семье и Олимпиаде

Двукратный призер Олимпийских игр в Ванкувере, конькобежец Иван Скобрев, накануне Олимпиады в Сочи пригласил HELLO! к себе домой в подмосковный поселк Павлово и познакомил с семьей – женой Ядвигой, двухлетним сыном Филиппом и восьмимесячным сыном Даней.

Иван Скобрев с женой Ядвигой и детьми

Спорт в семье Ивана Скобрева – “переходящее знамя”. Конькобежцем он решил стать в 12-летнем возрасте – по примеру родителей. Мама Ивана – мастер спорта международного класса по скоростному бегу на коньках, отец – мастер спорта. Заниматься Иван начинал в родном Хабаровске.

Уже в юношеские годы выигрывал медали на соревнованиях, а в 2007 году завоевал первую серьезную награду – “бронзу” чемпионата мира в Солт-Лейк-Сити. Потом было “серебро” Олимпиады в Ванкувере и “золото” чемпионата мира в Калгари.

Сыновья Скобрева Филипп и Даниил еще слишком малы, и неизвестно, продолжат ли они спортивную династию, но Иван уже прививает им любовь к спорту.

– Иван, ваш старший сын уже примеряет коньки?

– Нет, после недавнего случая я решил поставить их в этой комнате повыше. В сентябре прошлого года жена с детьми поехали со мной на сборы в Сочи. И вот, вернувшись с очередной тренировки, я остался в номере вдвоем с Филиппом. Положил коньки на полотенце сушиться. Сын один раз пробежал мимо них, второй, я говорю: “Филя, аккуратно, не поранься”.

Переложил их повыше, на холодильник. На секунду отвлекся – и вдруг слышу: “Бам!” Слезы, крики, огромная ссадина на переносице, как он дотянулся до коньков – ума не приложу. Поехали в больницу, думали, придется зашивать порез. А врачи его лейкопластырем заклеили, и отпустили нас домой. С тех пор мы с Ядвигой следим за сыном особенно пристально.

Мальчик он у нас непоседливый – в этом на меня похож. (Улыбается.)

Иван Скобрев и сын Филипп

– А на Ядвигу? Она, должно быть, девушка тоже весьма энергичная – все-таки мастер спорта по скоростному бегу на коньках.

– Пожалуй. Правда, от конькобежного спорта жена сейчас далеко – давно не занимается. Но свели нас действительно коньки. Мы с Ядвигой занимались в одной конькобежной школе Хабаровска, откуда оба родом. И вот уже 15 лет вместе.

– А как вы оказались в Москве?

– Когда в подростковом возрасте я показал хорошие результаты на своем первом в жизни чемпионате России, мне предложили контракт в Санкт-Петербурге.

Наконец-то я смог покупать коньки не за свой счет, появилась возможность оторваться от семьи, ездить на сборы, путешествовать, узнать, что такое самостоятельность. Я уехал в Петербург, начал тренироваться в школе олимпийского резерва.

Было весело: общежитие, комната на четверых, туалет один на двести человек – настоящий интернат. (Смеется.) Через год позвал к себе Ядвигу. Она тоже стала тренироваться и выступать в Питере, выиграла юниорский чемпионат России по спринту.

В финансовом плане нам помогали мои родители – они переехали в Америку, работали и присылали деньги. Потом я и сам стал неплохо зарабатывать. В итоге решили обустроиться в Подмосковье, начали строить дом.

Иван Скобрев с женой Ядвигой и сыновьями Филиппом и Даней

– Как обживались на новом месте?

– Поначалу непросто, все – своими силами. Я не хоккеист и не футболист, у меня нет многомиллионных контрактов. Сам строил дом, ночевал в нем, когда еще ни газа, ни света не было.

Потом, когда начал завоевывать медали, появились деньги, и мы с Ядвигой смогли нанять рабочих. Сначала одну комнату сделали, потом вторую, третью. Пару лет назад пристроили еще часть дома. Постепенно расширялись. А когда дети появились, задумались об увеличении жилплощади.

Сейчас отстраиваем второй дом, рядом на участке, хотим, чтобы у сыновей были свои комнаты.

– Иван, вы столько лет вместе с Ядвигой, а расписались только недавно. Почему?

– Печать в паспорте была для нас не важна. А потом, в 2011 году, когда Ядвига была беременна старшим сыном, нам захотелось сыграть свадьбу. Купили билеты в Америку – решили устроить торжество в Вегасе. За несколько дней до вылета звонит моя мама: “Если вы не распишитесь в России, получится, что ваш ребенок будет внебрачным”.

Я отвечаю: “Мам, у меня соревнования через два дня, у нас билеты на руках, мы не успеем”. Знакомые помогли подать документы в загс на 28 января, а у меня в этот день старт Кубка мира в Москве. Роспись – в 9 утра, а соревнования – в 11. Я живу на тренировочной базе. Ядвига – дома.

Кое-как осмыслили предстоящее событие, жена звонит на следующий день: “Я купила платье. Ты в чем будешь?” Я говорю, что приеду в тренировочном костюме, а потом сразу на стадион. Ядвига все-таки прислала водителя с брюками и какой-то рубашкой.

Встретились в загсе, быстро расписались, документы получили, руки пожали, я в машине переоделся – и сразу же на каток, и… выиграл свой первый в карьере Кубок мира!

Иван Скобрев с женой Ядвигой и сыновьями

– Выходит, Ядвига – ваш талисман удачи?

– Получается, что так. (Улыбается.) Я очень люблю, когда она приходит на тренировки, на мои выступления. Смотрит, критикует: “Так, что у тебя с разгоном? Соберись!” На Олимпиаде в Ванкувере после забега на 5000 метров мне присудили бронзовую медаль, все рады.

Сидим после выступления с друзьями, обсуждаем следующий забег – на полторы тысячи метров. У меня в то время были серьезные проблемы – вывих, и я не рассчитывал на какие-то медали.

Услышав это, Ядвига возмутилась: “Что значит нет шансов? Давай работай, все получится!” Выхожу на дистанцию, разгон неважный, но вспоминаю слова жены, собираю волю в кулак и на последнем круге оказываюсь на первых позициях. В итоге я стал четвертым, но показал хороший результат.

Пришлось извиняться перед женой. “Надо было мне еще пинка дать, может, вообще золото завоевал бы!” – сказал я. Ядвига отлично знает, на что я способен, – все-таки столько лет вместе.

– С появлением детей ваша жизнь сильно изменилась?

– Конечно. Никогда не забуду те эмоции и чувства, которые я испытал, когда родился Филипп. 17 июня 2011 года, Америка, сплю на тренировочной базе. Вдруг звонок от жены: “Началось”. Врачи встретили нашего малыша словами “Happy Birthday” и передали его мне на руки.

А на следующий день в палате жены была вся сборная по конькобежному спорту – поздравляли нас с первенцем. (Смеется.) Поначалу с ребенком было очень сложно – ни минуты покоя, постоянные крики и требования. Меня даже отселили в отдельную комнату, чтобы я мог отсыпаться. Но я все равно старался помогать жене – укачивал, успокаивал малыша.

С младшим, Даней, все проще – он спокойнее, да и накопленный опыт сказывается.

Иван и Ядвига Скобревы

– На Олимпиаду поедете всей семьей?

– Обязательно. Для меня важно, чтобы родные были рядом, болели за меня. Перед стартом мне нужна спокойная, расслабленная атмосфера. Олимпиада – это же сумасшедший стресс! От того, как ты выступишь, зависит все – честь страны, твоя собственная жизнь и жизнь твоей семьи.

Ты трудишься четыре года для того, чтобы за две недели показать свой максимум. И здесь, конечно, есть определенное давление, поэтому ты пытаешься создать максимально комфортные условия, чтобы ни о чем не переживать и не беспокоиться. Жена, дети рядом – и мне хорошо.

– Как вы поддерживаете огонь в семейном очаге? Секрет счастья в том, что вы мало времени проводите вместе?

– И в этом тоже. (Улыбается.) Меня не бывает дома 300 дней в году, при этом Ядвига не сомневается во мне, а я – в ней. Думаю, самое главное – это доверие.

– Неужели жена спокойно воспринимает, что вы редко бываете дома, мало времени проводите с детьми?

– По-разному бывает. Но я стараюсь сглаживать углы, как-то поднимать жене настроение, делать так, чтобы она отвлекалась от этих мыслей. Недавно у Ядвиги появилось хобби – огородничество. У нас есть земля в районе Истринского водохранилища, и жена начала высаживать на ней овощи, зелень, ухаживать за огородом. Ну а что касается помощи с детьми, то у нас есть прекрасная няня.

– Еще детей хотите?

– У нас в планах дочка. (Улыбается.) Правда, сейчас все мои мысли об Олимпиаде.

Источник: http://ru.hellomagazine.com/zvezdy/intervyu-i-video/1253-ivan-skobrev-o-seme-i-olimpiade.html

Иван Скобрев | Интервью | Журнал OK!

«В эмиграции я смысла не вижу» 

Иван Скобрев — самый титулованный спортсмен в конькобежной сборной России. Но главное его достижение — красавица жена и двое сыновей, таких же светловолосых, как и папа. 

В старших классах школы Иван Скобрев был вынужден уехать из родного Хабаровска в Санкт-Петербург — тренироваться в школе олимпийского резерва.

Его родители, сами бывшие конькобежцы, к этому времени уже перебрались на ПМЖ в США, но, разумеется, не перестали следить за успехами сына. В 19 лет он завоевал свою первую медаль юниорского чемпионата мира, а вскоре поднялся на пьедестал почета взрослого мирового первенства.

На Олимпиаде в Ванкувере в 2010-м Иван взял и серебро, и бронзу — единственные медали конькобежной сборной страны. Тогда он тренировался вместе с командой Италии: равных по силе соперников в России у него на тот момент просто не было.

Сейчас же, к домашней Олимпиаде 2014 года, он готовится со своей сборной: за последние четыре года в национальной команде появилось сразу несколько сильных спортсменов. И хотя до долгожданной Олимпиады остаются считаные дни, Иван старается как можно больше внимания уделять своей семье — суп­руге Ядвиге и двоим сыновьям.   

Иван, расскажите, как вы познакомились с вашей супругой?
Ядвига, как и я, из Хабаровска. Познакомились мы в конькобежной секции: тренировались вместе…

Вы увидели ее и сразу поняли: это судьба?
Какое там! Мне было 13 лет, так что главным тогда было посильнее заехать в нее мячиком, когда играли в футбол, чтобы привлечь внимание. Нормальная подростковая история. (Смеется.) Но вот когда постарше стали, начались отношения. Это моя первая юношеская настоящая любовь, которая длится до сих пор… Затянуло!

Раз жена бывшая спортсменка, значит, понимает вас как никто другой?
Она молодец, и дело не только в том, что она меня понимает.

Ядвига и сама добилась больших результатов в спорте: была чемпионкой России среди юниоров в спринте, бегала на довольно высоком уровне, хоть попасть на Олимпиаду в Турине ей и не удалось.

Но она окончила университет по специальности «технология и дизайн одежды». И вот когда ей было 23 года, а мне 24, мы перебрались в Москву.

Когда вы поняли, что уже готовы к появлению детей?
2010 год у меня выдался непростой: постоянные разъезды, очень тяжелые тренировки, после которых я вообще не верил, что выживу. Еще была травма: за месяц до Олимпиады в Ванкувере упал на льду, и у меня вылетело плечо.

Я не мог самостоятельно одеваться, даже коньки завязывать. Ядвига в этот момент была рядом, очень сильно меня поддерживала, помогала во всем. Все закончилось хорошо — я стал двукратным олимпийским призером. В том же году мы и задумались о ребенке.

Мне сделали операцию на плече, и после летнего периода мы поехали отдохнуть на Мальдивы… (Улыбается.) Через девять месяцев, в Америке, родился наш первенец — Филипп. Вскоре после его рождения мне удалось выиграть чемпионат мира, чемпионат Европы.

Вообще это сумасшедшие четыре года — от Ванкувера до Сочи. Продолжаем жить как в сказке: чем дальше, тем интереснее. (Смеется.)


Почему вы решили рожать в Америке?
Честно говоря, мы даже не рассматривали другого варианта.

Я благодарен за это Союзу конькобежцев России: когда Ядвига была беременна, мы были на сборах в Америке — тренировались рядом с той клиникой, где она должна была рожать.

Помню, 17 июня в три часа утра раздался телефонный звонок… Обычно я выключаю телефон на ночь — привычка: «Все, сплю, восстанавливаюсь после тренировки». А тут подумал: оставлю звук включенным, мало ли что. В 5.01 Филя появился на свет. Круто было! (Улыбается.

) Он орал, агукал. А на следующий день вся наша команда была в палате жены — все нас поздравляли, поддерживали. Никто в клинике не ограничивал время посещения, не было никаких дополнительных «нервяков», связанных с родами, — все четко и стоит ненамного дороже, чем у нас. 

Вы с семьей не задумываетесь о переезде в Америку на ПМЖ? Знаю, что ваши родители уже давно там живут.
Возможность такая в принципе есть, но я не вижу в этом смысла. Практически каждый может заполнить пакет документов на эмиграцию в Канаду или Америку… Хочешь — уезжай и живи там.

Но вот вижу ли я себя в Америке? На сегодняшний день я даже не знаю, чем бы я мог там заниматься. Я еще не заработал такого количества денег, чтобы ничего не делать всю оставшуюся жизнь. Да я и не смог бы. Вообще, я достаточно рано стал жить самостоятельно. Не могу сказать, что у меня есть какая-то очень сильная привязанность к родителям.

Но конечно, я их очень люблю и стараюсь всегда помогать маме с папой и брату.

Читайте также:  Артем семакин - биография знаменитости, личная жизнь, дети

В детстве вам, наверное, не хватало родительского внимания?
Я бы так не сказал. На самом деле я благодарен своим родителям за разностороннее воспитание. Мама в свое время сама хлебнула проблем со спортом, поэтому хотела максимум вложить в мою учебу.

В школе я хорошо учился, даже дополнительно занимался с репетиторами. В нашей семье всегда создавалось все для того, чтобы дети росли и развивались полноценно.

Мама была завучем спортивной школы, я вместе с ней ездил на сборы, поэтому меня постоянно окружали старшие товарищи, к которым я тянулся, с которых брал пример.

Родители у вас строгие? Они вас когда-нибудь наказывали?
Помню, однажды мне здорово от них досталось. Я еще даже не ходил в школу, мне было лет пять. В нашем советском дворе все друг друга знали.

Но было правило: до соседнего дома, который в двухстах метрах, можно уходить, а дальше нельзя. И вот однажды к нам из Магадана приехала бабушка, мама отца.

Приезжала она не часто, поэтому решила меня побаловать — дала 10 рублей, большие деньги по тем временам! А мы с друзьями очень любили одно место в городе — Хабаровские пруды. Главной мечтой ребенка было попасть туда, ведь на прудах катамараны, мороженое…

И вот я с этими деньгами выхожу во двор: «Бабки есть, помчали, парни». Сели на трамвай, проехали шесть остановок — и мы в раю. Провели на прудах часов шесть… Короче, нас потерял весь двор. История получилась громкая, запомнил ее на всю жизнь.

Вы были хулиганом?
Скорее да. Я был очень активным ребенком. Поджоги в школе, конечно, не устраивал, но энергии было много. (Смеется.) Помню, мне 17 лет, водительских прав еще нет. Родители уже уехали в Америку, тетя с дядей отдыхали на Средиземном море.

Я дома нашел ключи от маминой машины, сел за руль и… разбил ее. Машину я бросил во дворе, и с нее сняли колеса, вытащили еще кое-какие детали. Чтобы все это исправить, я продал свой компьютер.

Поехал в автосервис на тетиной машине, без разрешения взял ее ключи, а на дороге передо мной развернулся, не соблюдая правил, какой-то нехороший человек на внедорожнике, и — бум! В итоге пришлось продать не только компьютер…

Отремонтировали обе машины не идеально, но зато я извлек из этой истории очень полезный урок — не забывать о том, что помимо тебя есть и другие участники дорожного движения и может произойти множество случайностей, которые повлияют на твою жизнь. С тех пор стараюсь быть очень ответственным человеком.

А еще вы очень открытый, общительный, компанейский. Всегда таким были?
Да, я люблю собирать друзей, особенно тех, с которыми мы знакомы уже очень давно. Я никогда не жалею денег на своих друзей и, если есть возможность, всегда стараюсь устроить праздник. Могу собрать тусовку и оплатить все перелеты и проживание. Недавно, например, ездили всей «бандой» на Пхукет.

«Банда» — это… …двоюродный брат с женой, мы с супругой и детьми. Кстати, именно там наш старший, Филипп, начал ходить…

Иван, вы один из самых узнаваемых действующих спортсменов среди представителей зимних видов спорта. Эта узнаваемость помогает вам в поисках спонсоров? Да.

В том числе и для этого я общаюсь со средствами массовой информации, чтобы со своей историей быть интересным не только простым людям, но и руководству страны, региона, потенциальным спонсорам — все-таки наш вид спорта далеко не самый популярный.

Приятно, когда прилетаешь в Сочи, а там на дверях аэро­порта реклама компании Visa с моими фотографиями с Олимпиады в Ванкувере… При этом я пытаюсь всегда оставаться собой, а не создавать какой-то образ.

Вы снимаетесь в рекламе, бываете на светских мероприятиях… Вам нравится роль эдакого шоумена, которую вы исполняете, или это тоже часть работы?
Это моя жизнь. Я не играю никаких ролей. Мне нравится проводить время в делах, заботах, а не сидеть перед телевизором с бутылкой пива.

Тяжело это или нет?.. Моей супруге бывает порой непросто. Конечно, ей хочется, чтобы я больше времени проводил дома и не был так занят. Ведь даже вне сборов, когда я приезжаю в Москву, бывает очень много встреч.

Но Ядвига хорошо меня знает, она понимает, что мне нравится ритм моей жизни, понимает, насколько мне необходимо внимание, поэтому старается приезжать ко мне на соревнования. Я постоянно спрашиваю у жены: «Ну как я сегодня пробежал?» — «Неважно пробежал».

Ядвига — мой суровый критик, почти как дедушка, который воспитывал меня в Хабаровске. (Улыбается.) Но я это ценю и положительно отношусь к критическим замечаниям.

Жена приезжает на соревнования с детьми?
Пока только со старшим. Младший, Даня, сейчас больше времени проводит с няней. Ему всего полгода, поэтому возить его везде с собой нет смысла. Да и жене с двумя детьми ездить тяжелее.

Присутствие семьи мне помогает. Раньше после тренировок я чаще предпочитал посмотреть какой-то фильм, поиграть на компьютере, сейчас всё свободное время уделяю своим любимым. Хотя бывают моменты усталости, когда я прошу: «Всё, не могу, забери Филю».

В такие минуты я очень благодарен супруге за понимание.

Источник: http://www.ok-magazine.ru/stars/interview/6331-ivan-skobrev

Скобрев Иван Александрович: биография конькобежца

Скобрев родился в Хабаровске в 1983 году 8 февраля. Заниматься коньками всерьез он начал с двенадцати лет. В какой-то мере этому поспособствовали родители. Мама сама мастер по конькобежному спорту. А первые шаги на коньках Иван делал под руководством отца.

Свои первые победы в юниорских соревнованиях Скобрев начал зарабатывать под руководством тренера Виталия Важнина. Иван стал чемпионом России, выиграл серебро на чемпионате мира среди молодежи. Мастером спорта Скобрев стал в 15 лет. После этого он уехал из Хабаровска учиться в школе олимпийского резерва в Санкт-Петербурге. 

Его родители в 1998 году переехали на постоянное место жительства в США. Иван остался в северной столице.

С 2004 по 2007 конькобежец Иван Скобрев выступает в составе сборной России на чемпионатах мира, и входит в десятку лучших конькобежцев планеты. В 2007 году он стал бронзовым призером по классическому многоборью.

От года к году российский конькобежец прибавлял в скорости и технике бега. Но Иван понимал, что нагрузки на тренировках на российских стадионах ему недостаточны.

С помощью Союза конькобежцев России Скобрев переезжает в Италию, и ведет подготовку к Олимпийским играм в Ванкувере под руководством знаменитого тренера Маурицио Маркетто. Высокие темпы, напряженные тренировки совместно с титулованными конькобежцами мира, дали свои результаты.

В 2010 году в Ванкувере Скобрев Иван Александрович был лучшим российским конькобежцем. Он завоевал бронзу на дистанции 5000 м, серебро на дистанции 10000 м и был четвертым в забеге на 1500 м. После Ванкувера Скобрев Иван Александрович на чемпионатах мира и Европы (2010-2013) неоднократно занимает призовые места на своих любимых дистанциях – 5000 м и 10000 м. 

Скобрев является мастером спорта в международном классе, почетным гражданином города Хабаровска, имеет медаль “За заслуги перед Отечеством”. Подготовку к главным соревнованиям, к Олимпиаде Сочи-2014 года, Скобрев начал с апреля 2013 года. 

В одном из интервью Иван сказал: “В моей копилке нет Олимпийского золота, и я приложу все силы, чтобы золото с Сочинской Олимпиады у меня было”. К сожалению, первое соревнование, которое прошло в день его рождения, Иван выиграть не смог, придя к финишу лишь седьмым. Но впереди еще ряд состязаний, где Иван пообещал постараться завоевать медаль.

Болельщики желают знать, как живет Иван Скобрев – биография спортсмена у всех на виду. Он ведет личный блок, где выкладывает свои фотографии, пишет отчеты и отвечает на вопросы. У него есть жена и сын. Они его главные болельщики и фанаты.

Недоброжелатели пытались раздуть скандал, что якобы Иван просил оформить гражданство у США и выступать на Олимпиаде в Сочи под флагом Америки. Скобрев опроверг эти слухи, и входит в состав российской сборной в конькобежном спорте. На него возлагаются большие надежды.

Источник: http://www.known.ru/section/biografiya/skobrev-ivan-aleksandrovich-biografiya-konkobezhtsa/

Проект «Иван Скобрев»

Иван Скобрев — один из первых спортсменов, который попадается на глаза, когда приезжаешь в Сочи. Он на рекламных растяжках, билбордах, в газетах, журналах и телевизоре.

За последние четыре года Иван стал «лицом российского зимнего спорта». Статус этот его ничуть не смущает, как и повышенное внимание общественности.

Корреспонденту «РР» он охотно рассказал, как стал главным героем проекта под названием «Иван Скобрев»

— Кофейку, чайку, может, чего покрепче? — улыбается Иван, расхаживая по просторной кухне своего подмосковного дома. — У меня-то у самого режим, но для гостей что-нибудь найдется.

Гостей в этот день в доме больше, чем членов семьи: журналисты, фотографы. Договориться о фотосессии или интервью со Скобревым куда проще, чем с большинством других, менее титулованных спортсменов. И сделать это можно чаще всего напрямую, не согласовывая с пресс-службами и спортивными федерациями.

Такая открытость — большая редкость, учитывая ажиотаж перед домашними Играми.

У Ивана есть даже визитки с реальным номером телефона и электронным адресом — под именем и фамилией на сине-белой картонке перечислены регалии: двукратный призер Олимпийских игр, чемпион мира и Европы, советник губернатора Хабаровского края по спорту.

— Я ведь сам из Хабаровска и сейчас снова выступаю за Хабаровский край. Но жизнь потрепала: дороги, поезда, плацкарты, — дурачится Скобрев: понижает тон, меняется в лице, почти басит. И тут же задорно смеется.

— В самом деле, по-разному складывалось, — продолжает он. — В 15 лет я был вынужден переехать из Хабаровска в Петербург: надо было продолжать одновременно учиться и тренироваться.

Это здорово, что у нас в стране есть такие школы олимпийского резерва, как та, в которой я прожил несколько лет в Питере. Хотя было непросто: четыре человека в комнате, единственный туалет на этаж, а нас около двухсот.

Зато каток, школа и столовая — все в одном здании.

Родители Ивана, тоже бывшие конькобежцы, к моменту его отъезда в Петербург уже уехали из России — на ПМЖ в США, откуда исправно присылали сыну деньги: по пятьсот долларов раз в два-три месяца. Плюс небольшая стипендия спортсмена-юниора, которую он получал в училище. Тогда это позволяло вполне сносно существовать.

— Конечно, отъезд родителей был непростым. В первую очередь, наверное, для них самих. Для меня-то, как для любого подростка, это было: «Е-е-е!» — Иван победно вскидывает вверх правую руку. — Не могу сказать, что был прямо очень привязан к дому. И мне почти всегда позволяли делать выбор по жизни самому.

Понятно, это не был выбор между пивом и водкой. Это был выбор, например, между плаванием и коньками. Были, конечно, проблемы: мне не всегда хотелось учиться. Но здесь мама все-таки заставляла.

Устраивались разборки с ремнями — все как положено! Но хоть я и воспитывался в довольно строгой семье, обходилось без подавления моих личных амбиций.

До отъезда в Америку мама Ивана была завучем спортивной школы, в которой он делал свои первые шаги на коньках. А отец, попытав счастье на колымских приисках и в частном строительстве, в конце концов решил попробовать себя в бизнесе.

— Он стал ездить в Китай и привозить оттуда на продажу вещи, игрушки, открыл свои магазинчики. Потом вместо мешков и баулов пошли целые фуры товара. Но в дефолт мы потеряли почти все. В итоге папа продал бизнес, чтобы расплатиться с долгами, и уехал с мамой в Америку — открывать новые горизонты.

А Иван остался в Хабаровске под присмотром бабушки, дедушки и другой родни. Желания уехать вместе с родителями у него тогда не было. Оно появилось во время учебы в школе олимпийского резерва.

— После того как я стал призером юниорского чемпионата мира, благодаря родителям появилась возможность выезжать и тренироваться в США с американской командой. После той медали я думал: «Ну вот же он я, где мои контракты, где хорошие условия? Сейчас начну побеждать всех в мужских коньках».

Но контрактов и условий не было, и я сказал руководству в Санкт-Петербурге, что мне неинтересно бегать за пять тысяч рублей в месяц. Тогда мне еще перевели призовые, которые оказались совсем не такими большими, как я ожидал.

И родители стали говорить, что надо определяться: либо ехать в Америку учиться, либо создавать себе более комфортные условия для жизни в России. Конечно, они хотели, чтобы я уехал к ним: мол, побегал — хватит. Как и в детстве, мама снова была за учебу, но отец — за спорт.

И желание уехать за океан, не скрою, тогда было, тем более там, в Америке, мне понравилось. Но тут появился Череповец, спортивный клуб «Северсталь». И я рад, что он появился…

У Скобрева звонит телефон, он извиняется и уходит на второй этаж, где в это время готовят к фотосессии его супругу Ядвигу, тоже бывшую конькобежку, чемпионку России по спринту. Первая юношеская любовь Ивана, она закончила собственную карьеру, чтобы создать семью и стать частью проекта «Иван Скобрев».

Жизнь в процентах

В окне появляется кошачья морда. Потом на подоконник просачивается и весь кот и начинает жалобно скрести лапой по наружному стеклу.

— Он наказан, — строго говорит Иван. Но уже через пять минут кот оказывается на столе — обнюхивает малиновый торт, приготовленный для гостей. Иван спокойно стаскивает его со стола за хвост и оборачивается к причесанной и накрашенной для фотосессии Ядвиге. Решают, где снимать.

Иван говорит, что в этом доме уже была съемка для журнала-конкурента, и предлагает снимать в новом доме, который почти достроен: в этом разросшемуся семейству тесно — у Ивана и Ядвиги два маленьких сына. Родились на территории США, а следовательно, имеют двойное гражданство.

— Это не потому, что у нас хуже, просто я слышал много историй о том, как у нас проходят роды… Хотя сравнивать не могу, я все-таки не рожал, — смеется Скобрев. — Но в Америке, например, в каждой школе есть стадион, спортивный зал, все условия для занятий спортом, и не одним видом, а несколькими. У нас даже при самой лучшей гимназии такого может не быть.

И когда есть возможность создать для своих детей условия чуть-чуть лучше, чем были у меня, почему бы этого не сделать? Но я вовсе не стремлюсь, чтобы мои дети учились или росли в Америке. Просто я решил: пусть сами выбирают, где им лучше. Лично у меня нет второго паспорта, я гражданин только России.

И перспективы именно в России у меня сейчас куда более интересные.

Когда-то, в начале карьеры, контракт с «Северсталью» в какой-то мере решил финансовые проблемы — Иван считался одним из сильнейших российских конькобежцев, но особо заметных результатов на крупных международных соревнованиях все равно не было: бронза в командной гонке на чемпионате мира — 2007, два серебра Универсиады. Такими же средненькими были результаты и всей российской конькобежной сборной перед Олимпиадой в Ванкувере.

В надежде хоть что-то изменить Скобрев уговорил федерацию отправить его в Италию к тренеру Маурицио Маркетто. Однако ничего бы из этого не вышло, если бы не спонсорство его крестного Владимира Шастина, президента судоходной компании Azia shipping holding.

Его жена когда-то тренировалась вместе с мамой Скобрева, сам Владимир тоже занимался конькобежным спортом. Они-то и пришли на помощь крестнику.

А в 2010 году весь мир облетели кадры, где Иван целует ванкуверский лед — в Канаде он стал единственным российским конькобежцем, завоевавшим серебро и бронзу.

— У меня тогда губы чуть ко льду не примерзли, — смеется Иван. После той Олимпиады сменилось руководство Союза конькобежцев России, главным тренером сборной стал Константин Полтавец, до этого работавший с голландцами, и началась совсем другая жизнь. Не только у Скобрева, но и у всей команды.

Читайте также:  Уильям миллер - биография знаменитости, личная жизнь, дети

— Сейчас я делаю все, чтобы у людей появился интерес к моему виду спорта, — говорит Иван. — До меня была Лидия Скобликова, шестикратная олимпийская чемпионка, был Гришин, было столько великих людей… Конечно, отчасти мы забываем нашу великую конькобежную историю.

И, наверное, сейчас вместе с командой творим новую. Здорово, что в последние три-четыре года благодаря моим медалям вновь заговорили о коньках. Но это общая заслуга.

Не было бы внимания Министерства спорта и спонсоров, участвующих в проекте «Иван Скобрев», говорить было бы не о чем.

Иван вообще то и дело говорит о себе: «бренд», «проект». Он сейчас действительно один из самых узнаваемых российских спортсменов-зимников, у него контракты с ведущими российскими и мировыми компаниями, его даже приезжает снимать зарубежное телевидение. Правда, при этом далеко не все, кто знает имя и лицо Скобрева, догадываются, в каком виде спорта он выступает.

Ивана часто упрекают в том, что он так много времени уделяет раскрутке своего «бренда»: светским мероприятиям, общению со СМИ, съемкам в рекламе. Пренебрежительно кидают: «Пиарится».

Наши спортсмены вообще не любят общаться с прессой. Перед Олимпиадой в Сочи только и слышно было: «Как достали эти СМИ!» Но Скобрев и перед Играми не стал изменять себе.

А на упреки в излишней медийности он давно не обращает внимания.

— Мне иногда кажется, что я от всего этого получаю даже больший заряд энергии, чем те, кто меня приглашает, — признается он. — У меня нет цели на этом заработать. Это моя жизнь, никаких ролей я не играю. Просто мне действительно очень нравится общаться, нравится доносить что-то важное для меня до других людей.

Мне нравится, что меня узнают, читают мои интервью, видят фотографии. Иногда вообще кажется, что общественная жизнь — необходимая часть моего тренировочного процесса. Тяжело тренироваться и вообще что-то делать исключительно для самого себя. Мне важно, чтобы кто-то меня оценил.

Прежде всего потому, что это действительно колоссальный труд. Но важно также, чтобы все понимали: тусовки — это примерно пять процентов моей жизни. Еще пять процентов — семья. А девяносто — спорт. При этом моя семья умудряется не отделяться от этих девяноста процентов, ездит со мной на сборы и соревнования.

Им, конечно, непросто, но Ядвига прекрасно понимает, что мне необходимо, чтобы они были рядом.

На самом деле Ивану это не просто нравится, но и прекрасно удается: он складно говорит, вежлив, приветлив и улыбчив. Со временем из него, наверное, получится отличный спортивный функционер и общественный деятель.

Уже сейчас он так и сыпет готовыми лозунгами: «Если ничего не делать, то ничего не будет», «Удача — это важно, но чтобы получить то, что хочешь, надо еще и трудиться», «Я не живу грезами и мечтами, я живу задачами, которые надо выполнять».

Но до Олимпиады Скобрев, которому как раз во время Игр исполнится 31, предпочитает не говорить о том, что будет после соревнований.

— В любом случае я же не смогу все время бегать на коньках, рано или поздно это должно закончиться. Когда именно — в феврале 14-го или в феврале 18-го, — об этом я сейчас говорить не готов.

У меня растут двое прикольных пацанов, и я очень хочу какое-то время после окончания спортивной карьеры побыть просто папой.

А потом подыщу следующее «дело жизни», которое меня захватит и заставит работать на износ.

Похоже, с окончанием спортивной карьеры проект «Иван Скобрев» не свернется — просто переформатируется. А как именно, не так уж и важно. Все равно будет интересно.

Источник: http://expert.ru/russian_reporter/2014/05/proekt-ivan-skobrev/

Иван Скобрев: «У меня есть жена, дети и Олимпиада. Ради них я отказался от лишнего экстрима»

— Вы в своем блоге неделю назад просили прощения за неудачный старт нынешнего сезона. Обычно просят прощения, когда в чем-то виноваты.

— А чья еще вина, если я не бегу быстро? Я перед сезоном долго решал свои контрактные дела, подготовку начал с опозданием, пришлось форсировать ее. Потом пришел спад, и такие неважные результаты.

Так что остается только извиниться перед людьми, перед болельщиками — мы все-таки живем и готовимся, в том числе и на деньги министерства спорта, то есть на деньги налогоплательщиков. Значит, перед ними я должен извиниться.

В той же Коломне я должен был бежать быстрее, на домашних этапах Кубка мира вообще нужно быть в призах.

— То есть это не хитроумный план в предолимпийский сезон отсидеться где-то за пределами пятерки, чтобы выстрелить в Сочи?

— Сейчас то я могу сказать что угодно. Что специально приспустил, чтобы не дать повода для беспокойства соперникам. Но на самом-то деле я, наоборот, в июле-августе чувствовал себя на подъеме. Все рекорды, которые у меня были в велосипеде, на силовых упражнениях, я побил.

А потом наступил спад. Но если и было право у меня на ошибку в подготовке, то лучше использовать его было как раз сейчас. Конечно, если бы сейчас был олимпийский сезон, я бы не стал заниматься никакими контрактами, и с мая начал бы пахать, не обращая ни на что внимания.

— Сложно найти приличный контракт спортсмену вашего уровня? Или вопрос в сумме?

— У нас есть бюджетные деньги, стипендии регионов. Но сколько спортсмен сборной может получать от региона? Тысяч 100, максимум — 150 в месяц. Я считаю, что для спортсмена, который каждый год приносит медали чемпионатов мира и Европы, это мало.

Я согласен, для России в целом это приличные деньги, и если бы мне сказали: Иван, такая зарплата у тебя будет до пенсии, то можно спокойно работать не переживая о завтрашнем дне. Но мы же такие деньги получаем только в те несколько лет, что находимся на пике карьеры.

А пройдут они, как мне потом кормить семью? Я же сейчас выкладываюсь полностью и каждый тренировочный день у меня как последний. Я не говорю, что мы должны получать столько же, как и первая пятерка сборной России по хоккею. Но на уровне четвертой пятерки те спортсмены, которые приносят стране медали, зарабатывать должны.

Так что спасибо и губернатору Хабаровского края Шпорту Вячеславу Ивановичу и генеральному партнеру края в моей подготовке к Олимпийским Играм в Сочи 2014 Донских Сергею Геннадиевичу, большому любителю спорта, за поддержку.

— У вас в фейсбуке есть фотография банковской карты — там ваше изображение во всю карту в боевой амуниции на льду. У вас в бумажнике такая же?

— Пока еще нет. У меня просто контракт с Visa, и вот они прислали мне эскизы. Но если мой банк, где я храню деньги, получит право выпускать такие карты, я, конечно, же, себе сделаю.

— Следующий серьезный старт у вас в конце декабря в Сочи, на Адлер-арене, где через год пройдут и олимпийские забеги. Когда ее строили, вас спрашивали, что и как сделать, чтобы вам было лучше?

— Был ряд вопросов, и мы высказали свои пожелания. Но существует штаб Союза конькобежцев России, который вел этот проект, чтобы лишний раз нас не дергать. А потом это довольно стандартные сооружения. 

— То есть вы хотите сказать, что на домашней Олимпиаде вам даже не приготовят лед «под Скобрева»?

— Ну это будет не совсем fair-play, у нас в коньках так не принято. Посмотрите, в нашем спорте даже допинг не так часто встречается, как в других циклических видах.

Преимущество домашней Олимпиады — в трибунах, в своих зрителях, в знании катка. А уж какой лед будет, для Скобрева ли, для Юськова или Крамера… Он для всех будет одинаково скользким.

Пусть победят сильнейшие, хотя мне бы конечно хотелось быть в их числе.

— Но у вас есть «идеальный лед»?

— Мне неважно быстрый он или медленный. Для меня важно, чтобы он был жестким. Чтобы нога чувствовала упор.

— Предыдущая Олимпиада принесла вам медали и известность. Но к ней вы готовились в составе сборной Италии. Тяжело было потом решиться на то, чтобы изменить подготовку и вернуться?

— Тут не то, чтобы это было мое решение. У меня не было особого выбора – ту итальянскую команду, с которой я готовился, после Ванкувера распустили. Итальянский период, он вообще очень своеобразен. Жалею ли я о том, что не оказался там раньше? Не знаю.

У Маурицио Маркетто были такие нагрузки, что я и в 26 лет умирал на тренировках, и не факт что в 18 лет я бы не сломался. Но зато теперь у меня есть опыт, понимание, что и как нужно делать.

Плюс у нас сейчас растет очень неплохая команда, в ней появляется конкуренция, и это помогает всем нам в подготовке.

— Вы говорили про своих болельщиков. У вас есть персональные фанаты?

— Не без этого. Но так, чтобы за мной все время ездили по всем этапам, такого нет. Это больше в Голландии принято, у них в стране коньки очень популярны. Там и у меня, кстати, есть фан-клуб.

Голландцам, видимо скучно болеть за одних только своих, вот они и мне плакаты пишут, лица в цвета российского флага разрисовывают. Но на последнем этапе Кубка мира в Коломне зал был полный.

Значит и в России людям становится интересен наш спорт. 

— В Коломне, говорят, вы познакомились с Гусом Хиддинком. 

— Там как получилось. Хиддинк общался с Крамером (лидер конькобежного спорта, голландец по национальности – прим. ред.), ну я подъехал познакомиться. Спросил его: может вы пополнение в «Анжи» ищите, так я готов! А он: «Нет, пока я приехал посмотреть на ваши комбинезоны».

— Действительно, есть на что посмотреть?

— У нас комбинезоны изготавливают на заказ под спортсмена. Менее жесткие — для тренировок, а в тех, что для соревнований, даже прямо стоять тяжело. Они сделаны с таким расчетом, чтобы в них комфортно было в полусидящем и согнутом положении, как раз в стойке конькобежца.

— А правда, что кто-то из спортсменов сзади веревочки к ним привязывает?

— Да, бывает. На длинных дистанциях тяжело все время руку держать за спиной, она устает, опускается и аэродинамическая форма нарушается. Так, вот, чтобы этого не происходило, как раз и нужна веревочка — в нее можно руку продеть. 

— Коньки у вас наверняка тоже на заказ? У футболистов, например, очень популярны бутсы из кожи кенгуру…

— У нас тоже была такая мода. Только кожа кенгуру должна быть очень толстой, чтобы она со временем могла принять форму ноги спортсмена.

Но сейчас новые технологии: с ноги снимается слепок, а потом из карбона по нему отливается ботинок, и подбирается лезвие. А вообще каждый конькобежец очень долго подбирает себе коньки, иногда на это уходит несколько лет.

Всё вместе недешевое удовольствие. Комбинезон — долларов 500, коньки с лезвиями еще примерно 2,5 тысячи. 

— Вы сами точите лезвия?

— Сейчас уже нет, но я умею. Процесс этот интересный, и в свое время я немало времени потратил на то, чтобы научится. Но это дело долгое и кропотливое, может уйти часа два на заточку и полировку, и, конечно, не дело спортсмену заниматься этим перед стартом. 

— Дело не только долгое, но, видимо, и опасное. В Коломне у вас весь комбинезон был забрызган кровью…

— Да, протирал лезвия, и порезался. Но это обычное дело: у меня в соревновательный период всегда пальцы поцарапаны. А самый крупный порез у меня был на юниорском чемпионате мира. Одевал чехлы, палец соскочил, и все — раскрылся. А впереди два дня соревнований. Так что зашивали, обезболивали, тяжелый был случай.

— Конькобежный спорт считается чуть ли не шахматами. О чем вы думаете, когда проходите дистанцию? Действительно считаете секунды в уме и вычисляете, когда надо прибавить?

— Даже не столько считаю секунды… Нет, конечно ты представляешь себе графики, понимаешь, что кричат тебе тренеры с биржи, но это не самое главное. Сейчас стало более важным поймать расслабление. То есть поймать спину партнера по забегу, попасть в тот воздушный пакет, который возникает за ним на переходной прямой.

Там может быть покажется и пустяки — каких-то метров 80, но они очень могут помочь по дистанции, могут сэкономить силы, и в конце концов окажутся решающими. Вот тут и надо считать доли секунды, следить за парой, ловить момент.

Конечно, не стоит этим чересчур увлекаться, но если ты умеешь это делать, это тебе дает определенное преимущество.

— Вы должны, наверное, очень любить скорость… 

— Есть такое дело. У меня и мотоцикл был в свое время, но сейчас семья, дети, ответственность, Олимпиада – и я отказался от лишнего экстрима. Хотя остался велосипед, довольно экстремальные у меня бывают заезды, с падениями, все как полагается. 

— У вас на дистанции скорость где-то 60 км/ч. Вам бывает страшно?

— Не то, чтобы страшно, скорее это адреналин. Прикольное ощущение. Конечно, ты летишь на хорошей скорости, а толщина конька — миллиметр-два, и если вдуматься в эти цифры, может стать не по себе.

Но я не боюсь упасть. Этот страх я переборол в себе давным-давно. Я по разному в своей карьере падал, и плечо выбивал и операция у меня была из-за этого.

Так сейчас боишься не упасть, а боишься провалить забег. 

— А вы выбираетесь на обычный каток? Так чтобы с семьей, с друзьями, с глинтвейном?

— С друзьями мы в хоккей играем. Без силовых, конечно, приемов, но иногда стычки бывают серьезные. А на каток… Я в этом году хочу сына на коньки поставить. Вот тогда и выберемся всей семьей.

Источник: http://www.mn.ru/sports/85223

Иван Скобрев: Давление делает меня сильнее

Конькобежец Иван Скобрев опровергает устоявшийся миф, что профессиональный атлет — это мышцы, мышцы плюс интеллект, достаточный только для управления ими на спортивной арене.

Мол, такой человек за пределами ристалища уже мало на что способен, поскольку «вперед, выше, сильнее» там не обязательно — «лучше».

 С мышцами у чемпиона мира и Европы, двукратного призера Олимпийских игр все в порядке. Статую с него лепить можно.

При росте 187 см весит 85 кило. Что касается интеллектуальной мощи, то ее, похоже, хватает на большее, чем только обгонять соперников на катке. Впрочем, убедиться в этом не просто, учитывая, как много времени он занят исключительно спортом: 300 дней в году!  И в основном – за границей.

Мне повезло встретиться с Иваном Скобревым в тот редкий час, когда он находился дома – в кругу семьи и житейских забот.

Иван Скобрев у своего дома в Подмосковье. Фото Сергея Акулича

Живет Иван недалеко от Москвы в небольшом двухэтажном коттедже, строительство которого завершил совсем недавно. Завершил – и тут же затеял новую стройку.

Рядом со «старым» домом поднимается теперь уже трехэтажный особняк. «Хочу, чтобы у каждого сына была отдельная комната», — делится планами хозяин. Вместе с Иваном мы прошлись по новостройке, он деловито раздавал распоряжения рабочим.

Надеется, что к Новому году объект будет готов.

До праздника Скобрев хочет завершить и другой свой проект – кандидатскую диссертацию.

Но самое главное для него сегодня это, конечно же, предстоящая в феврале Олимпиада в Сочи.

Когда Амур разбушевался…

О спорте, диссертации, семье и многом другом разговор впереди, а пока – первый вопрос: о родном городе, оказавшемся в беде.

— Иван, недавно вы побывали в Хабаровске, практически на пике наводнения, и, как известно, тоже поучаствовали в спасении города. Какие чувства это вызвало?

Читайте также:  Jim parsons - биография знаменитости, личная жизнь, дети

— Я всегда очень рад возвращаться в родной город и видеть, как он преображается. Круто ли в Хабаровске? Круто! Мне очень нравится наш город —  то, каким его сделали. Это изюминка Дальнего Востока. О наводнении узнал в Швейцарии, где находился на сборах. Конечно, сильно переживал, поэтому, как только появилась возможность, вылетел в Хабаровск.

И сразу пошел на набережную, чтобы вместе с другими волонтерами строить там дамбу из мешков с песком.  Не важно, надо было это или не надо, просто захотелось поучаствовать в этом процессе. Размеры бедствия меня ужаснули.

И так грустно стало – насколько красиво выглядела набережная до наводнения, а теперь вот большинство этой красоты оказалось затоплено…

К счастью, стихия почти не коснулась моих близких, которые живут в Хабаровске. У дедушки с бабушкой есть дача в районе малого аэропорта — там все обошлось. Правда, у тети магазин слегка подтопило на Пионерской улице, но они люди обеспеченные – справятся. Хуже дела у бабушки моей супруги из Амурской области: ее дача оказалась в зоне паводка, весь урожай смыло. Ничего – поможем!

— В своем интернет-блоге вы очень хорошо отозвались о работе властей в период наводнения, в частности, губернатора Шпорта…

— Я встречался с Вячеславом Ивановичем и почувствовал, что этот человек душой переживает за случившееся. Он же постоянно выезжал в места стихийного бедствия и буквально сам был готов людей с крыш снимать. За что в итоге получил огромный кредит доверия от народа и правительства, был избран губернатором. Не просто так, а за правильные действия в критической ситуации.

Судьба Вани

Иван Скобрев: Конек — оружие чемпиона! Фото Сергея Акулича

— Теперь углубимся в вашу историю. Почему конькобежный спорт?

— Я думаю, это было решено заранее и не мной (улыбается). На коньки меня поставили рано – не было и трех лет, а я уже как-то катался. Все просто. Моя мама — мастер спорта международного класса, выступала за сборную СССР по конькам. Отец — мастер спорта, и тоже по конькобежному спорту. В принципе они познакомились на катке. Как и мы потом с моей Ядвигой…

— То есть, судьба Вани была предопределена?

— Не скажу, что было какое-то давление со стороны родителей именно на коньки. Изначально я много занимался плаванием, гимнастикой, волейболом. Но так получилось – победы в коньках пришли гораздо раньше. В 12-13 лет стал выигрывать первые места, а в 15 выиграл чемпионат России среди юниоров.

— Путевку в большой спорт дал первый тренер Виталий Важнин?

— Виталий Александрович многому научил – десятилетие за ним. Как старший брат, наверное, он мне был. Повсюду таскал за собой, как щенка. Времени на глупости просто не оставалось… Впрочем, бывали и глупости, но я умудрялся хорошо тренироваться.

— А в школе было время учиться?

— Вот это мамина идея была – хорошо учиться. Она считала, что спорт не приносит ничего, кроме испорченного здоровья. И, конечно, она огромный упор делала на мою учебу. Давление от нее сумасшедшее было! «Э, какой спорт, давай учи домашнее задание!». Нанимала репетиторов. А папа, наоборот, меня поддерживал в коньках, передавая свои амбиции.

Он очень хотел раскрыть мой спортивный талант. Тем более,  талант уже начал проявляться. Сегодня я благодарен родителям за все, что они сделали для меня. Благодаря им я стал разносторонним человеком.  Учился хорошо, без троек.  А потом успешно закончил Санкт-Петербургский  инженерно-экономический университет по специальности «туризм и гостиничное хозяйство».

Сейчас работаю над кандидатской диссертацией.

Времени, конечно, безумно не хватает, но собираюсь  защищаться перед Новым годом. Предзащиту-то я уже прошел.

— И какова тема диссертации?

— «Духовность личности российского спортсмена и ее показатель в социальной позиции». Непростая тема! Не хватает у нас духовности. И в стране, и среди спортсменов, особенно — успешных.

Немногие из них до конца соответствуют, мне кажется, тем критериям, которым следует соответствовать.

Я думаю, мы должны быть не просто примером для своей семьи, для наших детей, но и, наверное, для большинства нации,  для тех людей, которые приходят на стадионы поддержать нас.

«Я умею бегать при болельщиках»

— Скажите, Иван,  ответственность, которую вы ощущаете перед болельщиками – она подавляет или окрыляет? От вас ведь ждут побед. И, прежде всего, на предстоящей в Сочи зимней Олимпиаде.

— Я такой спортсмен, который трудится не для себя… Нет-нет, и для себя тоже! Я люблю, когда на меня смотрят, когда приходит, как минимум, моя семья меня поддержать. Даже тренироваться одному мне скучно.

Я профессионал, и если надо, это сделаю, но когда есть кто-то рядышком, для меня это – бух! – дополнительный стимул.

В принципе тот опыт, который у меня есть забегов в России – будь то на кубках мира в Москве или на чемпионатах мира в Коломне, Челябинске, – благодаря поддержке наших людей я всегда приносил медали своей стране, себе лично и своей семье.

Жизнерадостный человек Иван Скобрев. Фото Сергея Акулича

Я умею бегать при наших болельщиках. Будет ли такое в Сочи? – не знаю, да никто не знает! Это первая наша зимняя олимпиада.

И какая там будет атмосфера и как тебя там будут поддерживать, гнать – это трудно пока представить. Есть ли давление ответственности? Оно есть.

Но это давление только делает меня сильнее на сегодняшний момент: дисциплинированнее, трудоспособнее, у меня появляется желание бежать еще быстрее.

Так что, здесь я не испытываю никаких проблем, а просто готовлюсь без лишней истерии к тому дню, на которой поставлено многое. 8 февраля – мой первый забег на Олимпийских играх. Планирую хорошо сделать свою работу. А кто в итоге станет чемпионом, не известно. Это спорт. Наверное, этим он интересен – ничего заранее не знаешь.

— В одном из интервью вы сказали, что хотите поставить на Олимпиаде «яркую точку в четырехлетнем цикле». Для вас это может стать точкой во всей спортивной карьере?

— Пока не думаю об этом. Хочу лишь констатировать, что четыре года подготовки к сочинской Олимпиаде – это ярчайшее время для меня. Не только из-за спорта, хотя я в эти годы выигрывал чемпионат мира и первенство Европы.

У меня достроился дом, у меня родились двое детей, у меня замечательная семья. В общем, я рад многому, что произошло за эти четыре года. Но стоит ли подводить итоги? Нет. Мы еще работаем.

Как только четырехлетие закончится, подведем итоги и запланируем, что делать дальше…

— Значит, впереди новые вершины?

— Конечно. У меня нет какой-то мечты невыполнимой или каких-то грез. Я больше человек задачи. Задачи, которую надо выполнить.

— Эти задачи реальны?

— Зачем ставить себе нереальные задачи? Любая задача, если она поставлена с разумом в голове, она реальная. И я считаю, что в нашей стране есть все необходимые условия для того, чтобы задачи ставить и выполнять.

— Сегодня вы — лидер нашей конькобежной сборной?

— Не мне судить. Я, наверное, из тех людей, которые выступают стабильно. В нашей сборной, конечно, появились ребята, которые выигрывали и чемпионат мира, и другие соревнования. Они очень молодые, амбициозные. Это хорошо. Но запрыгнуть наверх порой легче, чем удержаться.

И надо очень много работать,  чтобы поддерживать себя на уровне в течение достаточно длительного времени. Я рад, что, видимо, какой-то мой опыт, созданные условия, в которых я живу и работаю, позволяют мне на протяжении четырех лет приносить медали с главных стартов сезона.

Это заслуга, в том числе,  моей команды, тренерского персонала Федерации, заслуга Хабаровского края, за который я выступаю. Спасибо хабаровчанам за поддержку!

Команда Скобрева

— Иван, вы считаете себя удачливым?

— Если я не буду ничего делать,  а только надеяться на удачу – ничего не произойдет. Но если упорно трудишься, то  в какой-то момент чаша весов может склониться на твою сторону. И благодаря удаче тоже.

— То есть, победить можно, если ты готов к победе?

— Да. Да. Да. Стать чемпионом «просто так», мне кажется, нереально. Бывают, наверное,  случаи раз в 100 лет, когда где-то кто-нибудь  берет и сразу стреляет в «десятку». Но это не про меня история. Чтобы выиграть, мне приходится пахать. Пахать очень много. Безусловно, у меня есть талант от родителей, мои гены.

Но также есть совокупность колоссальной работы, профессионализма, строгого следования режиму и поддержка той команды, которая меня окружает.

Под «командой» я имею в виду не только коллег по сборной, спарринг-партнеров, тренерский персонал, но и всех людей, кто, занимается в Хабаровске проектом «Иван Скобрев», готовя его к Олимпиаде, а также мою семью – ведь это тоже моя команда.

Семейная команда Скобревых в полном составе. Фото Сергея Акулича

Семья со мной на всех главных стартах. Особенно на длинных турнирах, таких, как Олимпийские игры. Супруга Ядвига была в Ванкувере в 2010 году. Теперь планируем вместе с детьми поездку в Сочи. Турнир длится две недели. Приезжаешь туда заранее. Итого почти месяц получается.

Когда ты один, может крыша поехать от всей этой олимпийской истории, от деревни, от еды, от спортсменов, от изнурительной подготовки. Конечно, должен быть уголок, где тебя будут ждать твои близкие, где ты можешь обо всем забыть, поужинать в семейном кругу, поговорить о чем-то отвлеченном и просто посмеяться.

  Семья всегда поддержит, вне зависимости – плохо ты выступил или хорошо. Это очень важно.

Иван и Ядвига Скобревы. Фото Сергея Акулича

— Ваша жена Ядвига — бывшая спортсменка?

— Да. И она тоже хабаровчанка. Мы познакомились с ней на секции конькобежного спорта. Она была чемпионкой России среди юниоров по спринту, выигрывала на дистанциях  500 и 1000 метров. Когда Ядя закончила университет технологии и дизайна одежды в Санкт-Петербурге, мы решили, что одного спортсмена в семье достаточно, а ей все-таки лучше заботиться о нашем общем очаге.

Ядвига Скобрева с младшим сыном Данилом. Фото Сергея АкуличаИван Скобрев со старшим сыном Филиппом. Фото Сергея Акулича

— Сегодня у вас двое замечательных детей. Кем вы их видите в будущем – тоже пойдут по стопам родителей?

— Ну, конечно, мне хочется, чтобы они были спортсменами. Это естественно. Но хочу ли я, чтобы они были именно конькобежцами?  Тяжелый это хлеб, тяжелый. Немногим конькобежцам удается жить так, как мне. Обеспеченно и успешно.

Я хочу, чтобы они, в первую очередь, были здоровы духом и не были глупыми пацанами, чтобы с младенчества дружили с физкультурой. Сегодня у нас с этим проблем нет. Старший сын Филипп, ему 2 года 3 месяца, уже может 50-метровый бассейн переплыть. С шести месяцев он в воде.

Пробовал его поставить на коньки, но пока, правда, без особого успеха. Даниле еще 4 месяца, у него все впереди. Думаю, будем развивать детей так же, как родители развивали меня, — разносторонне. Мы с Ядей просто постараемся, чтобы у них был выбор больше, чем был у нас в свое время.

Вот и все. Надеюсь, будем делать правильный выбор вместе с детьми.

Иван и Ядвига Скобревы — тепло семейного очага. Фото Сергея Акулича

— Вы на двух решили остановиться или еще нужна дочка в семье?

— Хотелось бы, но это решение за супругой. Все хозяйство же на ее плечах. А я что? – 300 дней в году на сборах и соревнованиях. А  с детьми ведь надо заниматься.

6. Главная задача — показать результат в Сочи

— Я обратил внимание, что практически на всех фото вы жизнерадостно улыбаетесь. Иван Скобрев — весельчак по натуре или это роль, которую вы играете на публике? Мол, глядите, у меня все в порядке!

— Нет, я не играю. Это моя жизнь – я такой, какой есть, и не пытаюсь быть другим. Мне нравится, что я интересен людям. Классно жить, когда ты кому-то нужен. Я получаю от этого сумасшедшую энергию и удовольствие от жизни.

— Но бывает ли Скобрев хмурым? Что вас может расстроить?

— Бывает, я же человек. А что меня может расстроить…

Иван Скобрев — минута размышлений… Фото Сергея Акулича

— Поражение на соревнованиях.

— Я отношусь к этому философски. Считаю, без поражений не бывает побед. И вообще, многие поражения – они плановые. Когда случаются неплановые – садимся и разбираемся, почему поражение произошло, если можно было выиграть?

— Существуют плановые поражения?

— Ну конечно! Нельзя же бежать быстро и выигрывать весь сезон.  А расстраиваюсь…  Ну, вот — сын упадет где-то – расстраиваюсь: елки-палки! — недоглядел. Недавно ему мой конек на нос упал, рассек переносицу. У него и так уже шрамов хватает, как и на моем лице.

Главное беспокойство – о здоровье детей и близких мне людей – да, это может расстроить. Но пока все живы-здоровы и пока я работаю без травм, какие могут быть разочарования? Вот еще в Хабаровске расстроила ситуация с наводнением. А в целом лучше не думать о плохом.

Если же оно, плохое, случается, стараюсь превратить его в хорошее.

— Долог ли век конькобежца-профессионала? Вам скоро 31…

— Ну, есть люди, которые и в 34 меня обгоняют. На сегодняшний день, что касается моей спортивной карьеры, хотелось бы поставить яркую точку на Олимпиаде в Сочи… Именно в этом четырехлетнем цикле. Будет ли следующий цикл? – я думаю, решим это после Олимпиады, посоветовавшись и с семьей, с руководством Хабаровского края и города, и с бизнесом хабаровским. Здесь надо все взвесить и решить.

По себе скажу: я полон сил и готов работать. И даже больше, чем 4 года. Здоровье позволяет. Но готова ли к этому моя семья – наверное, нет. Все-таки, им тяжело. Они хотят, чтобы папа был чаще дома – дети растут. Будем думать, так что пока еще не могу сказать ни «да» ни «нет».

Иван Скобрев — присядем на дорожку. Фото Сергея Акулича

— Если заглянуть в далекое «послеспортивное» будущее – кем вы себя видите?

— Не хочу даже заглядывать. Я уже говорил, что я не тот человек, который грезит, мечтает. Есть конкретный план, который надо выполнять. Действующий план ограничивается Олимпиадой в Сочи. Закончится Олимпиада –  тогда и начнем строить дальнейшие планы и ставить новые задачи на жизнь. Сегодня главная задача, на которой я концентрируюсь, — показать результат в Сочи.

— Вы говорили, что побежите только на тех дистанциях, где можно реально бороться за медаль – 1000, 1500, 5000 метров…

— Будет, скорее всего, и командная гонка. Опять же, все прояснится по ходу сезона — какие дистанции будут в приоритете. Но выходить на лед собираюсь только с одной задачей – подняться на подиум.

— Я понимаю, Иван, что сегодня у вас строжайший режим тренировок, однако 20 октября Хабаровский край отмечает свое 75-летие. Вы не планируете приехать на родину?

— Хочется, конечно, приехать, но сейчас просто нет возможности вырваться из тренировочного процесса.

Я поздравляю от всей души наш великолепный край, всех жителей с юбилеем! Сил всем нам и здоровья, чтобы справиться со всеми проблемами, которые обрушились в связи со стихийным бедствием.

Считаю, мои земляки способны сделать Хабаровский край одним из лучших регионов страны. А лично я сделаю все возможное, чтобы оправдать ваши надежды на Олимпиаде.

Скобревы. Фото Сергея АкуличаСергей Акулич и Иван Скобрев

© Сергей АКУЛИЧ. Фото автора.

10 октября 2013 г.

Ледниковый период Ивана Скобрева.

Источник: http://akulich.org/skobrev-davlenie-delaet-silnee/

Ссылка на основную публикацию