Евгений гинзбург – биография знаменитости, личная жизнь, дети

Евгения Гинзбург: биография, личная жизнь, творчество, фото

Ни для кого, наверное, не секрет, что в страшные тридцатые годы сталинского правления в лагерях и тюрьмах безвинно сгнили многие люди, чье количество исчисляется десятками, сотнями тысяч. Среди пострадавших от рук тирана и его приспешников было и большое число людей известных.

В их числе – журналистка Евгения Гинзбург. Арест и скитания по тюрьмам разделили ее жизнь на “до” и “после”. О том, как и что было, она откровенно рассказала в своей книге “Крутой маршрут”.

Книга рекомендована к прочтению всем и каждому, а далее приведена краткая биография Евгении Гинзбург и рассказ о том, как была написана ее исповедь.

Начало всех начал

Родители Евгении принадлежали к еврейским семьям, следовательно, еврейкой была и она сама, несмотря на вполне русское имя Женя. Зато отчество выдавало сразу – отца ее звали Соломоном (а мать – Ревеккой).

Юность

В институте Казани, куда поступила Женя, она изучала историю и филологию. Благополучно окончив высшее учебное заведение, какое-то время поработала учителем в школе, а затем ушла в институт – трудилась ассистентом сразу на двух кафедрах.

Одновременно с этим девушка защитила кандидатскую диссертацию, но науке в конечном счете себя не посвятила, зато это сделала ее младшая сестра Наталья. Евгения же выбрала другую стезю – журналистику, устроившись на работу в редакцию газеты “Красная Татария”.

Там Гинзбург руководила отделом культуры.

Тридцатые

“Крутой маршрут” Евгении Гинзбург начинается с этого – описания ее работы в газете. А еще с убийства Сергея Кирова, революционного деятеля.

Это произошло в декабре тридцать четвертого в Ленинграде, а волна арестов, выговоров, увольнений и прочих “проработок” прокатилась по стране в тридцать пятом, с самого его начала. Тут нужна ремарка.

Дело в том, что, когда начались отдельные аресты, сокращения и прочие “звоночки”, Евгения была спокойна и ничего не боялась, так же как и ее тогдашний муж, партийный деятель (о личной жизни Евгении Гинзбург подробнее мы расскажем далее).

И сама Гинзбург, и ее супруг Павел Аксенов (у них были разные фамилии) являлись убежденными коммунистами, свято верили в пропагандируемые идеи. И полагали, что если кого-то забирают, значит, этот человек действительно виноват.

А поскольку их совесть чиста, биография не запятнана, то и волноваться им попросту не о чем. К сожалению, так в то время заблуждались очень и очень многие люди.

Первый раз Евгения столкнулась с несправедливостью в том же тридцать пятом, когда ей объявили выговор, а позже отстранили от возможности преподавать (молодая женщина занималась и этим) и отобрали партийный билет за то, что она не разоблачила коллегу, якобы убежденного троцкиста.

Как пишет Евгения Гинзбург в “Крутом маршруте”, она тогда очень переживала, для нее настали тяжелые времена, и она даже думала о самоубийстве, но все равно никаких сомнений в политике партии у нее не возникало.

Арест

Однако два года спустя был получен новый “удар под дых”. Журналистку арестовали. Вот что пишет сама Евгения Гинзбург в книге “Крутой маршрут”:

После этого посещения энкавэдэшников домой Евгения уже не вернулась.

Ее обвинили все в том же – в пособничестве троцкистам, которые организовали свою ячейку в редакции газеты и в результате действий и заговоров которых и был убит Киров.

Разумеется, попытки доказать, что это полный бред, что не только она ни в чем подобном не участвовала, но и в принципе такой организации в газете не было, ни к чему не привели. Для Евгении Гинзбург началась другая жизнь…

Дальнейшая судьба

Что было дальше? А дальше – томительное ожидание приговора, то в камере, полной самых разных женщин, набитой так, что негде даже стоять, то в “двойке”, то в одиночке. По подобным камерам и пересыльным тюрьмам Евгения кочевала долгих два года. Кочевала, каждый раз не зная, куда ее перевозят, каждый раз ожидая, что этот день может стать для нее последним.

Как выжить

Врагу не пожелаешь испытать того, что довелось пережить в те страшные годы многим и многим жителям Советского Союза. Выдерживали далеко не все, “ломались” даже самые, казалось бы, стойкие, сильные, выдержанные мужчины.

Не столько от физических страданий, хотя были, конечно, в большом количестве и они, сколько от морального давления на душу. Сходили с ума, кончали жизнь самоубийством, умирали от сердечных приступов.

Тем удивительнее, что женщина, хрупкое, слабое существо, смогла выстоять, выдержать всю эту боль, весь этот ужас и не сломаться, оставшись в здравом рассудке. Евгения Гинзбург выстояла.

Как сама она признавалась в своей горькой исповеди, ей очень помогали в этом стихи. Она была человеком огромной эрудиции, знала французский, немецкий, татарский, стихов наизусть – в том числе и на иностранных языках – помнила немереное количество. Так и спасалась, лежа на нарах в ожидании своей дальнейшей судьбы: вспоминала стихи, рассказывала их мысленно в своей голове.

А еще сопоставляла то, что происходило сейчас, с разными историческими событиями, проводила параллели – в общем, активно нагружала свой мозг умственной деятельностью, заставляла его работать для того, чтобы не было времени думать о самом страшном. О том, что будет с ней самой. О том, жив ли ее муж, не забрали ли стариков-родителей. О том, как же и с кем останутся дети…

Эти мысли она старалась гнать прочь.

Приговор

Гинзбург осудили по политической пятьдесят восьмой статье, за которую, как правило, приговоренного ожидал расстрел. Однако Евгении повезло – ее не расстреляли, ей дали десять лет тюрьмы, пять лет поражения в правах.

Эти годы журналистка провела в самых разных местах – была и в Бутырке, и на Колыме… Там, на Колыме, и встретила окончание своего срока в сорок седьмом году минувшего столетия.

Как писала Евгения Гинзбург в “Крутом маршруте”, она была не только жертвой, но и наблюдателем – смотрела, что происходит вокруг, изумлялась – изумление запоминала, оценивала, чтобы иметь возможность потом просто и честно рассказать, как это было.

После сорок седьмого

После окончания срока Евгения осталась на Колыме – в ссылке. В Москву и в другие крупные города ей было нельзя. А два года спустя ее арестовали вновь, правда, на сей раз только на месяц. Однако угроза ареста висела над ее головой вплоть до самой смерти Сталина в пятьдесят третьем. Лишь после этого стало возможным, наконец, вздохнуть более-менее спокойно.

Частично восстановлена в своих правах, как указано в книге Евгении Гинзбург, она была в пятьдесят втором году, а полная реабилитация наступила двумя годами позднее. Тем не менее еще десять лет ей запрещено было жить в крупных городах, и потому журналистка, покинув, наконец, Колыму, уехала во Львов. Там и начала оформлять свои лагерные записки…

Семья и личная жизнь в биографии Евгении Гинзбург

Первый раз юная Женя выскочила замуж в двадцать лет – за врача по имени Дмитрий из Ленинграда. Брак просуществовал недолго, вскоре распался, но результатом его стало появление на свет сына Алеши.

Несмотря на то что после развода мальчик остался жить с отцом, он часто виделся с матерью, частенько жил в ее новой семье. После ареста Евгении Алексей, который в то время как раз находился у матери в Казани, вернулся в Питер к отцу.

В Ленинграде отец и сын встретили начало войны. В Ленинграде же оба и погибли в блокаду в страшном сорок первом.

Вторым мужем Евгении стал партийный деятель Павел Аксенов. От него у Гинзбург была падчерица Майя, также в браке родился сын – Вася. Впоследствии выросший Василий стал известным писателем – Василием Аксеновым. Когда Евгению забрали, Васе было всего пять лет.

Он остался с отцом, но через несколько месяцев арестовали и Павла, Вася и Майя попали в детские дома. Спустя какое-то время родственники отца смогли забрать мальчика к себе, а когда срок Евгении закончился, ей удалось добиться разрешения на приезд Васи на Колыму, к ней.

Что касается Павла, он тоже пережил множество тюрем и ссылок, освободился лишь в пятьдесят шестом. Но, несмотря на то что развода формально так и не было, вместе Евгения и Павел уже не жили. Все дело в том, что Гинзбург сообщили о смерти мужа.

И она вышла замуж в третий раз, а позднее женился и Павел.

Третьим супругом Евгении стал врач Антон Вальтер, которого она встретила на Колыме – он тоже был заключенным.

Вместе с ним Гинзбург удочерила трехлетнюю сироту Тонечку, которая стала впоследствии актрисой Антониной Аксеновой.

Вместе с Вальтером Гинзбург жила во Львове вплоть до его смерти в 1966 году, переехав в Москву лишь после его ухода из жизни. Такая вот бурная у Евгении Гинзбург и биография, и личная жизнь.

“Крутой маршрут”: история

Как писала сама журналистка, эти записи она предполагала сделать письмом-обращением к внуку, чтобы тот знал, что было, чего ни в коем случае нельзя было повторить.

Первая часть появилась в шестьдесят седьмом году, стала распространяться самиздатом – опубликовать ее было нереально. Несколько лет спустя вышла и вторая.

Книга была опубликована за рубежом, но Евгения, боясь новых арестов, заявила, что сделано это было без ее ведома. В России “Крутой маршрут” напечатали лишь в 1988 году.

Между прочим, существовал и иной вариант книги, более жесткий, дерзкий, с выпадами в сторону власти. Однако его Евгения уничтожила – тоже из страха за свою семью и саму себя. “Крутой маршрут” актуален и поныне, книгу Гинзбург называют одной из лучших книг лагерной прозы вместе с произведениями Солженицына и Шаламова.

Евгения Гинзбург умерла в мае семьдесят седьмого года от рака груди. Похоронена в Москве.

Интересные факты

  1. Евгения – полная тезка режиссера Евгения Гинзбурга, но больше их ничего не связывает.
  2. По “Крутому маршруту” поставлен спектакль и снят фильм (последний не получил популярности).
  3. Отчество Евгении – Соломоновна, но часто на русский манер ее называли Семеновной.

  4. Являлась кандидатом исторических наук.
  5. Была членом партии с двадцативосьмилетнего возраста, а еще преподавала курсы истории ВКП(б).
  6. На зоне сменила много видов работ, в том числе валила лес и трудилась в медчасти.

  7. От сына Василия у Евгении Гинзбург есть внук – художник-постановщик Алексей Аксенов.
  8. Благодаря Василию уже в пожилом возрасте смогла побывать за границей.
  9. Падчерица Евгении Майя (дочь ее мужа Павла) стала педагогом-методистом по русскому языку.

Такова биография Евгении Гинзбург, более подробно ознакомиться с которой может каждый, прочитав книгу “Крутой маршрут”.

Источник: https://autogear.ru/article/423/152/evgeniya-ginzburg-biografiya-lichnaya-jizn-tvorchestvo-foto/

Евгений Гинзбург

Специализировался на музыкальных театральных и кинопостановках (мюзиклы, эстрадные шоу, ревю). Неоднократный лауреат премий международных и российских кино- и телефестивалей, лауреат премии ТЭФИ «За личный вклад в развитие отечественного телевидения» (2003).

Родился 28 февраля 1945 года в Челябинске в семье актрисы и педагога Софьи Михайловны и театрального режиссёра Александра Гинзбурга — двоюродного брата кинооператора Валерия Гинзбурга и писателя, барда, диссидента Александра Галича.

В 1961—1963 годах работал ассистентом оператора на Ташкентской студии телевидения. В 1963 году начал учёбу на режиссёрском факультете Ташкентского института театрального искусства им. А. Островского. Педагог: Кабулов Анатолий Зухирович. Окончил режиссёрский факультет Грузинского государственного института театрального искусства имени Ш.Руставели в 1966 году (класс Михаила Туманишвили).

В 1967 году начал работу в качестве режиссёра редакции эстрадно-концертных программ, с 1968 года — режиссёр Главной редакции музыкальных программ ЦТ СССР. Специализировался на постановке эстрадных концертов, шоу, позже — театральных бенефисов.

Читайте также:  Группа «вирус» - биография знаменитости, личная жизнь, дети

В декабре 1978 года был назначен руководителем съёмочной группы, работавшей над созданием программы о первых сенсационных гастролях группы Boney M. в Москве. Телешоу «Вечер Boney M. в концертной студии Останкино» впервые было показано в апреле 1979 года и вызвало широкий резонанс.

Запись этой программы впоследствии была уничтожена в период правления Генсека Андропова (1982—1983). Единственной оставшейся копией видеозаписи владеет немецкий продюсер Фрэнк Фариан.

Гинзбург поставил мини-цикл из двух телеконцертов Людмилы Гурченко — «Песни войны» и «Любимые песни». Постановщик всех «Новогодних аттракционов» в цирке на Цветном бульваре и цирке на проспекте Вернадского.

Первые полнометражные телевизионные работы в качестве главного режиссёра относятся к 1974 году. Кинодебют — фильм 1983 года «Рецепт её молодости».

В 1984 году Гинзбург стал режиссёром снятого в Ленинграде музыкального фильма «Волшебная белая ночь» с участием итальянского дуэта Аль Бано и Ромины Пауэр.

Работы Гинзбурга неоднократно отмечались призом «Серебряная роза» международного телефестиваля в Монтрё (Швейцария).

Был продюсером студии «Волшебный фонарь» под эгидой Центра Ролана Быкова[4]. Президент фестиваля телевизионных развлекательных фильмов 1992 года. В 2003 году удостоен премии ТЭФИ «За личный вклад в развитие отечественного телевидения».

Был членом Академии российского телевидения, но в 2007 году подал заявление о выходе из её состава.

По его собственным словам, Гинзбургу были страшны «чудовищная провинциальная пошлость, чванство, псевдо-патриотизм, хамство и прочее в том же роде», господствовавшие на российском телевидении тех лет.

В первом десятилетии нового века работал с Матвеем Ганапольским над передачей «Детектив-шоу»; также работал как театральный режиссёр. Преподавал в Московском институте телевидения и радиовещания «Останкино».

Умер 15 января 2012 года в 05.30 утра в 64-й Московской клинической больнице от инсульта.

Театральные работы

2009 — «Мата Хари» (Московский государственный театр эстрады).

2009 — «Мона» (по пьесе М. Себастьяна «Безымянная звезда», Московский драматический театр под руководством Армена Джигарханяна).

Семья

Вторая жена Нара Ширалиева. С января 1998 года Нара Ширалиева работает в службе информационного вещания телеканала «Культура» (с небольшим перерывом на несколько месяцев — 10 февраля 1999 года у неё родился сын Евгения Гинзбурга Александр).

Источник: http://facecollection.ru/people/evgeniy-ginzburg

Сергей Гинзбург: биография

Сергей Гинзбург родился в столице зимой 1961 года. Рос в неполной семье без отца. Мама была начальником управления Министерства связи.

В школе он увлекался регби, два раза становился чемпионом страны, но после травмы от занятий пришлось отказаться.

Театром Сергей увлёкся в подростковом возрасте, когда случайно попал в кружок, который вели актёры знаменитой «Таганки». Он впервые посмотрел пьесу «Вишнёвый сад», а потом побывал на всех постановках.

После школы Сергей служил в армии, затем пытался попасть в разные театральные вузы столицы, но нигде не набрал нужных баллов. Год занимался в институте культуры, но из-за недостатка денег бросил учебу. Тогда он подрабатывал в разных местах: монтировщиком в театре на Таганке, режиссёром в театре МГУ, натурщиком в Художественном училище.

Позднее Сергея приняли в ГИТИС, но он оставил институт после приглашения в театр О. Киселёва. С тех пор до 1998 Гинзбург появлялся на разных столичных сценах, много гастролировал.

Одновременно занимался рекламой, ставил документальные киноленты, игровые программы, работал над передачей «Оба-на!». В середине 90-х за передачу «В поисках утраченного» режиссёр Сергей Гинзбург получил «Тэффи».

В кинематографе впервые появился в 1993 году в шпионской мелодраме «Дорога в рай». Тогда же зрители увидели ещё один фильм с его участием – мистический триллер «Играем «Зомби».

Лучшие режиссёрские и актёрские работы появились после 2000 года. Дебютной картиной стала мелодрама «Упасть вверх». Гинзбург создавал этот фильм вместе с А. Стриженовым. Первой самостоятельной работой стала комедия «Рекламная пауза».

Всего у режиссёра 12 кинокартин разных жанров, во многих он снимался сам. Среди них драма «И всё-таки я люблю…

», комедия «Любовь-морковь 3», авантюрная мелодрама «Жизнь и приключения Мишки Япончика», исторический фильм «Сын отца народов», детектив «Убить Сталина», приключения «Волчье сердце», мистика «Вурдалаки».

Режиссер Сергей ГинзбургСергей Гинзбург, Оксана Сташенко, Мария Берсенева и Ирина МедведеваСергей Гинзбург и Екатерина фон Гечмен-ВальдекНапомним, супруги развелись в 2011 году после 25 лет брака и, по слухам, с тех пор не общаютсяИнтересно, что на фотографиях со свадьбы не был замечен бывший муж актрисы и отец жениха, продюсер Сергей ГинзбургСергей Гинзбург со спутницейСергей Гинзбург

Личная жизнь Сергея Гинзбурга

Первая жена Лика появилась в жизни режиссёра, когда ему был 21 год. Предложение он сделал почти сразу после знакомства. У пары родился сын Георгий, но брак оказался непрочным, вскоре супруги разошлись.

Второй женой Гинзбурга стала Яна Поплавская. Российским зрителям она знакома по роли Красной Шапочки. Вместе они прожили четверть века. В 2011 году между супругами возникли размолвки, и пара рассталась. В браке появилось два сына: Никита и Клим.

С бывшими супругами режиссёр отношений не поддерживает, с детьми постоянно общается, помогает. Старший сын Гинзбурга учился в консерватории на дирижёрском отделении. Сергей Владимирович обращался к нему по вопросам, связанным с музыкой. Клим учился на режиссёра, иногда работал ассистентом у отца. Младший сын Никита мечтает стать продюсером.

Последние новости о Сергее Гинзбурге

57-летний режиссёр не спешит создавать семью, всё время отдаёт работе. В июне 2017 года Сергей Владимирович закончил съёмки многосерийной исторической киноленты «Зорге», которая повествует о жизни легендарного разведчика. Работа над картиной длилась 3 года, в главной роли снялся А. Домогаров. Зрители увидят в фильме и самого режиссёра в роли Шлезингера.

Источник: http://www.woman.ru/articles/tag/sergej-ginzburg/

Евгения Гинзбург

Евгения Гинзбург родилась в Москве, 20 декабря, 1904, в семье уроженца Гродно, фармацевта Соломона Абрамовича (Натановича) Гинзбурга (1876—1938) и его жены Ревекки Марковны (1881—1949), уроженки Вильно.

В 1909 переехала с родителями в Казань, где училась в частной гимназии, а затем в школе.

После школы в 1920 году Евгения поступает в Казанский университет, на факультет общественных наук, затем переводится на 3-й курс общественного отделения Казанского Восточного педагогического института, где изучает историю и филологию.

Заканчивает учебу в июне 1924 года (специальность история, в дальнейшем защитилась как кандидат исторических наук). Устраивается на работу в институт, преподает на…

Евгения Гинзбург родилась в Москве, 20 декабря, 1904, в семье уроженца Гродно, фармацевта Соломона Абрамовича (Натановича) Гинзбурга (1876—1938) и его жены Ревекки Марковны (1881—1949), уроженки Вильно.

В 1909 переехала с родителями в Казань, где училась в частной гимназии, а затем в школе.

После школы в 1920 году Евгения поступает в Казанский университет, на факультет общественных наук, затем переводится на 3-й курс общественного отделения Казанского Восточного педагогического института, где изучает историю и филологию.

Заканчивает учебу в июне 1924 года (специальность история, в дальнейшем защитилась как кандидат исторических наук). Устраивается на работу в институт, преподает на тюркско-татарском рабфаке, в экспериментальной школе при пединституте.

Подрабатывает воспитателем в детском саду, пишет статьи в газету “Красная Татария”.

В 1924 году знакомится и вскоре выходит замуж за врача, преподавателя Первого ленинградского мединститута Дмитрия Федорова. Через два года у пары рождается сын Алексей. Однако, этот брак оказался недолговечным. Алексей же вместе с отцом гибнет в 1941 году в осажденном немцами Ленинграде.

В 1930 Евгения Гинзбург исполняла обязанности доцента на кафедре истории ВКП(б). Через два года – член ВКП(б), с 1933 – доцент на кафедре истории ленинизма Казанского государственного университета.

Примерно в это же время знакомится со своим будущим вторым мужем Павлом Аксеновым, который уже к тому времени сделал блестящую партийную карьеру – занимал пост председателя Казанского горсовета и являлся членом Центральной ревизионной комиссии. В 1932 году у Аксенова и Гинзбург родился сын Василий, будущий писатель.

В семье, кроме Василия и сына Гинзбург Алексея воспитывалась дочь Аксенова Майя. Евгения Гинзбург и Павел Аксенов занимают видное место в партийной иерархии Татарстана, получают квартиру, имеют свою машину с личным водителем, домработницу.

Павел Аксенов трудится на почетных постах. Евгения Гинзбург с 1932 по 1934 год учится в институте Марксизма-Ленинизма, в 1935-1937 гг. руководит русской секцией Союза советских писателей Татарии, одновременно заведует отделом культуры газеты “Красная Татария”. Хорошо владеет немецким и французским языками.

Однако тучи уже сгущались. В 1935 году был арестован заведующий отделом международной информации газеты “Красная Татария”, профессор истории Ельфов, которого обвинили в троцкизме. Гинзбург, по неписанным законам того времени, должна была распознать предателя в рядах своих сотрудников.

Евгения Соломоновна отвергала все обвинения и верила и надеялась, что “вскоре все прояснится”. Не прояснилось. Евгении Гинзбург для начала объявили выговор за потерю политической бдительности, затем лишили права преподавания, исключили из партии и в конце концов, в феврале 1937 года арестовали.

Приговор – тюремное заключение по статье 58, пункт 8, 11, “Групповой терроризм”.

Гинзбург ничего не знала о происходящем на воле. Не знала, что уже арестованы родители (спустя два месяца их освободили), не знала об аресте и сроке мужа (15 лет), не знала, что стало с детьми. Между тем, старших детей – Майю (дочь Аксенова) и Алешу (сына Гинзбург), забрали к себе родственники.

Васю, которому к тому времени не было и пяти лет, принудительно отправили в детский дом для детей репрессированных (бабушкам не разрешили оставить его у себя). В 1938 году брат Павла Аксенова разыскал маленького Васю в детдоме в Костроме и забрал его к себе.

Вася жил у Аксеновых до 1948 года, пока его не забрала освободившаяся из лагеря мать. Василий поселился с Гинзбург в Магадане.

Евгения Гинзбург провела 10 лет в тюрьмах (в том числе в Бутырках и Ярославском политизоляторе) и колымских лагерях (Эльген), 8 лет в «бессрочной» ссылке. Колымский лагерь – это минус сорок, лесоповал, сто граммов хлеба в день. Спасали редкие дни работы на кухне или уборка барака.

Последние годы срока Евгения Соломоновна работала медсестрой в лагерной больнице и воспитательницей в детском саду, где познакомилась с врачом Антоном Вальтером, с которым прожила оставшиеся годы ссылки.

В 1949 году Гинзбург настиг повторный арест, на этот раз всего на месяц. Была сослана сначала в Красноярский край, а затем обратно на Колыму. 25 июня 1955 году Евгению Соломоновну реабилитировали.

Добившись частичной реабилитации, Гинзбург почти 10 лет провела во Львове, где жила по вместе с Вальтером. После его смерти в 1966 году вновь осела в Москве, работала в журналистике.

Во Львове же Гинзбург создала и альтернативный вариант «Крутого маршрута», отличавшийся куда более резкой и последовательной антисталинской риторикой. По некоторым сведениям, он назывался «Под сенью Люциферова крыла».

Но в 1965 году, опасаясь нового ареста и ссылки в связи с усилившимися преследованиями украинских националистов, Гинзбург уничтожила эту рукопись и все её черновики.

Похоронена в Москве на Кузьминском кладбище.

Источник: https://www.livelib.ru/author/117231-evgeniya-ginzburg

Сергей Гинзбург: личная жизнь

Личная жизнь Сергея Гинзбурга долгие годы была связана с актрисой Яной Поплавской, известной исполнительницей роли Красной шапочки в популярном детском фильме. Они прожили вместе почти двадцать пять лет и уже собирались отметить свою серебряную свадьбу, но Яна узнала, что ее муж изменил ей с другой женщиной и простить этого не смогла.

Читайте также:  Джош хатчерсон - биография знаменитости, личная жизнь, дети

Их семья всегда считалась идеальной, и новость о том, что Гинзбург и Поплавская разводятся, стала для многих неожиданностью.

Сергей старался не смешивать личную жизнь с работой и поэтому почти не снимал жену в своих фильмах, и Яна относилась к этому с пониманием.

Сергей Владимирович говорит, что они всегда любили друг друга, и своих сыновей – Никитe и Климf, и развод стал тяжелым событием в личной жизни Сергея Гинзбурга.

На фото — Сергей Гинзбург с бывшей женой и сыновьями

Он познакомился с Яной, когда был женат на другой женщине, и в его семье только что родился ребенок, поэтому  разница в возрасте между его старшим и средним сыновьями составляет всего год.

Старший сын Гинзбурга от первого брака Георгий музыкант и уже сам стал отцом, подарив Сергею Владимировичу двух внуков.

После разводов со своими женами Сергей Гинзбург не общается, и, возможно, причина эта кроется в том, что в обоих случаях его разводы были связаны с изменами.

На фото — Гинзбург и Поплавская

Яна Поплавская утверждает, что на съемках фильма про Мишку Япончика ее муж увлекся костюмершей, хотя сам режиссер категорически это отрицает.

Сергей Владимирович всегда говорил, что жена для него была правой рукой, и они любили друг друга и старались никогда не расставаться, однако после расставания с Яной он сказал, что устал от этой любви.

С огромной обидой Сергей Гинзбург говорит о том, что после развода его сыновья встали на сторону матери.

На фото — Сергей Гинзбург и Анастасия

После развода с Яной Поплавской в личной жизни Сергея Гинзбурга не происходит никаких серьезных изменений.

Когда его спрашивают, не появилось ли у него новой любви, режиссер отвечает, что хочет пока пожить один, потому что ощущает себя абсолютно счастливым, хотя иногда рядом с режиссером видят интересную молодую девушку по имени Анастасия, которую многие и считают виновницей разрыва режиссера с его законной женой Яной Поплавской.

Его бывшая жена говорит, что ее бывший муж почти не общается с их сыновьями, да и она старается не обращаться к нему ни с какими просьбами. Старший сын Сергея Гинзбурга тоже стал режиссером, а младший Никита после девятого класса поступил в колледж предпринимательства, а в будущем мечтает стать продюсером.  

Источник: http://lichnaya-zhizn.ru/blog/sergej_ginzburg_lichnaja_zhizn/2014-07-28-461

Евгения Гинзбург

Евгения Гинзбург родилась в Москве, в семье уроженца Гродно, фармацевта Соломона Абрамовича (Натановича) Гинзбурга (1876—1938) и его жены Ревекки Марковны (1881—1949), уроженки Вильно.

С 1920 по 1922 год Евгения Гинзбург училась в Казанском университете, на факультете общественных наук, после чего перевелась на 3-й курс общественного отделения Казанского Восточного педагогического института, который окончила в июне 1924 года (специальность история, в дальнейшем защитилась как кандидат исторических наук). В 1930-е годы активная коммунистка, работник образования в Казани, сотрудник областной газеты «Красная Татария».

Мать писателя Василия Аксёнова, жена председателя Казанского горсовета Павла Аксёнова, сестра поэтессы Натальи Соломоновны Гинзбург. Старший сын Алексей — от первого брака с доктором Фёдоровым, преподавателем Первого ленинградского мединститута, погиб во время блокады Ленинграда, где его с отцом застигла война.

Была репрессирована в 1937 году, приговорена к тюремному заключению Военной коллегией Верховного суда по статье 58, пункт 8, 11, обвинена в участии в троцкистской террористической организации.

Приговор: 10 лет тюремного заключения с поражением в правах на 5 лет и с конфискацией имущества. В августе того же года как «отец и мать врага народа» были арестованы её родители.

Провела 10 лет в тюрьмах (в том числе в Бутырках и Ярославском политизоляторе) и колымских лагерях (Эльген), 8 лет в «бессрочной» ссылке.

Добившись частичной реабилитации, Гинзбург почти 10 лет провела во Львове, где жила по адресу ул. Шевченко, 8, вместе со вторым мужем Антоном Вальтером. После его смерти в 1966 году вновь осела в Москве, на ул. 1-й Аэропортовской, работала в журналистике.

Во Львове же Гинзбург создала и альтернативный вариант «Крутого маршрута», отличавшийся куда более резкой и последовательной антисталинской риторикой. По некоторым сведениям, он назывался «Под сенью Люциферова крыла».

Но в 1965 году, опасаясь нового ареста и ссылки в связи с усилившимися преследованиями украинских националистов, Гинзбург уничтожила эту рукопись и все её черновики.

Похоронена в Москве на Кузьминском кладбище.

Творчество

Автор книги воспоминаний «Крутой маршрут» (1967, вторая часть — 1975—1977), одного из первых литературных произведений, рассказывающих о сталинских репрессиях в СССР.

Первая публикация состоялась в Милане (изд-во «Мандадори», 1967 год), куда она была вывезена в виде аудиозаписи. Вывоз и последующая публикация были произведены без ведома автора.

В СССР «Крутой маршрут» впервые издан в 1988 году, до этого распространялся в самиздате.

В 1989 году Галина Волчек поставила в театре «Современник» пьесу «Крутой маршрут» в инсценировке А. Гетмана. В роли Евгении Семёновны — главной героини пьесы и воспоминаний — была занята Марина Неёлова.

Источник: http://people-archive.ru/character/evgeniya-ginzburg

Антонина Аксенова

Антонина Аксенова, приемная дочь автора романа “Крутой маршрут” Евгении Гинзбург и сестра писателя Василия Аксенова .

Из интервью в еженедельнике “Европа Эскпресс”, Ирина Навара-Себастьян, 1 Апр, 2010 >>>

Евгения Гинзбург, маленькая Антонина, Василий Аксенов, Антон Вальтер…. автобиографическое произведение, исповедующее тяжелейшие годы сталинских репрессий, перешло из самиздата в свободную продажу только в период горбачевской перестройки – в 1988 году.

Незаменимый вклад в издание романа в России внесла Антонина Аксенова – дочь Евгении Гинзбург и сестра всемирно известного писателя. Антонина – профессиональная актриса театра и кино, в последнее время проживает во Франкфурте-на-Майне, но эпицентром ее существования по-прежнему является театральное творчество..

..

– Антонина, мой вопрос может задеть личные мотивы. И, тем не менее, что ушло из вашей жизни с кончиной Василия Аксенова?
– Конечно, это очень большая потеря – прежде всего, как брата, как друга, как очень близкого человека.

Со смертью Васи размылся громадный пласт моей жизни – всего, что связано с детством. Нечеловеческие по своей жестокости условия, в которых мы росли, то страшное время репрессий 1937 года и общие переживания соединили навечно наши души.

Нас связывала не только судьба – выпавшие на нашу долю испытания явились основным экзаменом на прочность и преданность, который мы выдержали, который определил каждому из нас свою цену.

Мы виделись последний раз за полтора года до Васиной смерти. Тогда он уже болел, но, казалось, ничто не может сломить силу его духа. Умер он, так и не приходя в сознание…

– Я позволю себе задать вопрос – по крови Василий Аксенов не приходится вам братом?

– Я родилась в Магадане и не знаю своих настоящих родителей. Уже в наши дни мне удалось установить, что моя настоящая и, как выяснилось, очень редкая фамилия – Хинчинская. И сейчас мои родственники, с которыми меня связывают тесные отношения, проживают в Израиле.

А в том детском доме, где я росла, меня двухлетнюю нашла и усыновила семья Евгении Гинзбург и Антона Вальтера, как сейчас принято говорить – русского немца, с которым Гинзбург познакомилась в ссылке на Колыме.  Представьте вместе глыбу искристого льда и сноп яркого пламени.

Два антипода, мои приемные родители – Гинзбург и Вальтер. Мама – преданная идеалам коммунистической партии и учению сталинизма патриотка. Образованный человек, научный сотрудник, владеющая иностранными языками, ведущая газету, живущая с чистыми помыслами и искренними идеалами.

Но это не мешало ей быть преданным членом партии, жить с бескомпромиссной верой в идеалы партии. В общем-то, за это она и поплатилась. И отец – глубоко верующий, соблюдавший религиозные обряды человек, живущий с именем Бога на устах и в душе. Талантливейший врач и человек, верящий в божью справедливость.

Попал в ссылку за неосторожно оброненный анекдот. Они были созданы друг для друга.

Нет ни одного дня, чтобы я не вспомнила о Вальтере и не поблагодарила за доброту и участие. О том, что мама, иначе не могу сказать, не была мне родной матерью, я узнала, уже учась в институте. Мама в то время приступила к роману и во избежание слухов (мир не без добрых людей), рассказала, все как есть.

Вася Аксенов – ее старший сын от брака с Павлом Васильевичем Аксеновым, крупным партийным работником в Татарском обкоме партии, стал для меня родным братом и такой же родной душой. Мама не дождалась Васиного отца – ей передали, что он был приговорен к расстрелу. И мама длительный период оставалась в неведении.

Павел Васильевич, как выяснилось спустя много лет, остался жив, но мама уже тогда встретила Антона. Красивая, умная, за словом в карман не полезет – такая женщина не могла остаться одна.Васе досталось не меньше моего – когда ему не было и пяти лет, родители с клеймом «Враги народа» попали под общую чистку, и Вася, сирота казанская, был помещен в детский дом в Костроме.

Позднее, его уже с измененным именем и фамилией с трудом выцарапали родственники отца…

– Каким вам запомнилось детство?

– Тогда в Магадане, на краю света, в условиях вечной мерзлоты и ненависти меня окружала необыкновенно теплая обстановка и противоречащая всем разумным представлениям духовная атмосфера. Там ведь сидели сливки общества. Нас окружала опальная профессура – изгнанные, но не сломленные дамы света и ученые мужья, искалеченные ужасными условиями и лагерным трудом балерины Большого Театра, с изувеченными во время допросов руками музыканты. Много лет спустя, в 1948 году, живя еще в ссылке в Магадане – городе, построенном на костях, маме все-таки удалось добиться разрешения на приезд Васи. Тогда ему уже исполнилось 16 лет – молодой человек, в силу пережитого – с очень сложным характером, слишком рано повзрослевший, много узнавший и необычайно талантливый. Так мы и познакомились: мне – три года, ему – 16. Вася никогда не задевал вопрос нашего кровного родства – мы не затрагивали эту тему.В мамином доме, на свободных четырех метрах постоянно собирались люди, о чем-то шептались, ничего не скрывая от детей. Но закон был один: дома – что угодно, за порогом дома – язык на замок. В таком режиме двойных стандартов мы жили до самой смерти Сталина. В 1955 году реабилитировали маму, а Вальтера – в 1958. Но на тот момент Вася по настоянию семьи уже учился в медицинском институте в Ленинграде: родители решили, что профессия писателя – дело неблагодарное и непрактичное.Мы начали выбираться на большую землю. Нам всюду отказывали из-за национальности Вальтера – «Немец»! Те кровавые годы прошлись бороздой по судьбе, практически, каждого человека – Вальтер так и остался врагом народа. Единственным приютившим нас городом стал Львов. Бедствовали ужасно, но после постоянной слежки, магаданских страшных бараков и хлеба с водой наши крошечные метры казались изобилием и царством свободы. Вася сразу же к нам приехал, успев уже к тому времени блестяще окончить медицинский институт.Мои юношеские воспоминания, связанные с Васиным приездом, наверное, и сегодня остались самыми сильными. Город встречал Васю, как столичную знаменитость: рассказы «Коллеги», «Звездный билет», «Апельсины из Марокко» обрушили на него лавину славы. Я смотрела на суету вокруг него распахнутыми глазами и с открытым ртом. Мама была страшно горда – на пик популярности взлетел ее оставшийся в живых единственный сын, да еще с данным от Бога талантом. Первый-то сын, Алеша, умер в блокадном Ленинграде.

Читайте также:  Сергей игнашевич - биография знаменитости, личная жизнь, дети

– Творческая атмосфера семьи и талант Василия Аксенова оказали влияние и на вас?

– Мама всегда и везде была центром внимания, она притягивала к себе людей утонченностью, интеллектом, неукротимой энергией, неунывающим характером и небывалой силой воли – наша квартира во Львове сразу же превратилась в литературный салон. Но с приездом Васи наш салон стал, по сути, центром встреч всей творческой элиты города. Вся наша семья и внутренние отношения были выстроены на обожание Васи. Мама буквально его боготворила, увидев в нем творческую натуру и разглядев его писательский дар. Вообще, это было необыкновенно талантливое поколение, выход творческому потенциалу которому дала хрущевская оттепель. Люди, наконец, начали дышать полной грудью, жизнь обрела краски. Шестидесятые дали миру плеяду талантливых людей, масштаб которых и сегодня остался непревзойденным: Ахмадулина, Евтушенко, Вознесенский, Аксенов, Битов, Высоцкий, Окуджава, Войнович, Гладилин, Горин. Кстати, бывший сокурсник Васи по медицинскому институту. Веселое поколение, шумное, гулящее, преданное идеалам дружбы. Искренняя фраза: «Старик, ты гениален!» была самой большой и заслуженной наградой.Шум вокруг Васи, мамины литературные вечера, витавший в доме дух творчества не прошли для меня бесследно. Я поехала в Москву – поступать в МГУ на журналистику. А в результате, поступила в театральное училище имени Щукина.Мама не разговаривала со мной целый год. Она была изначально против театральной карьеры и не скрывала убеждения, что мой, в хорошем смысле слова, авантюрный характер не совместим с актерской профессией. Зависимость от режиссера, сложные отношения с коллегами по цеху – это сопутствующие факторы жизни любой актрисы, и даже самой талантливой. А я была заводная, прямолинейная, за что на меня сваливались постоянные неприятности. И время тогда было особенное – оттепель закончилась, ни брякнуть, ни вякнуть лишнего слова.В общем, после экзамена по актерскому мастерству на первом курсе, мама подошла ко мне, обняла и сказала: «Я понимаю, ты должна быть актрисой. Это твое призвание!». Мама все поняла… На то она и мама…

– Кто с вами учился? Вы реализовали профессиональное призвание?

– Из звезд со мной учились Леонид Филатов и Иван Дыховичный. Их уже нет. Послевоенные мы дети. Видимо, сказываются лишения и испытания, рано пригнувшие детские плечи к земле.После окончания училища меня пригласил Акимов в Театр Комедии. Очень был известный театр. Громкий. И опять судьба распорядилась по-своему – Акимов неожиданно умер. Знаете, приглашает один режиссер, на смену ему приходит другой – со своими взглядами и требованиями. Это был 1971 год – время острых театральных конфликтов и закулисных войн. Начался дележ власти. Старые и заслуженные актеры едва держались на плаву, а какая перспектива ждала меня? Сидела бы безвылазно за кулисами… Я опять оказалась на распутье – могла бы поступить в один из московских театров. Тем более, к тому времени мама и Василий с семьей, жили в Москве. Но, я, как всегда, решила по-своему.Лев Копелев, мой крестный отец, мой учитель по жизни, используя связи, посоветовал мне уехать в Красноярский театр им. Ленинского Комсомола. Друзья меня не понимали – имея направление в Питер, стремиться на край света. Между прочим, многие мои однокурсники, сделав ставку на большие города, попали в забвение, а я – именно там, за полтора года сделала себе профессию! И с кем – с Камой Гинкасом и Генриеттой Яновской! Я попала на большие роли, я работала до седьмого пота, я умирала от страха, но я не сидела без дела. Мастерство актера требует постоянной работы и творческого приложения сил, чего у меня было в достатке. Красноярск – город с удивительным театральным климатом. Власти позволяли нам, практически, все. Там, в середине 70-х, мы ставили Вампилова! Мы приехали на гастроли и покорили северную столицу. Вампилов, Мольер, Шекспир потрясли видавший виды город на Неве. Всю труппу мгновенно разобрали – нас с Камой Гинкасом заметил и пригласил в театр «Акимова» главный режиссер.Подводя черту под очередным этапом жизни, мы, не понимая, что творим, как одержимые, жгли эксклюзивные декорации спектаклей, созданные Эдуардом Кочергиным – а они вошли в антологию советского театра. Мы расставались с костюмами, смоделированными самой Аллой Коженковой. Я вспоминаю об акте сожжения прошлого с тяжелым сердцем. Воистину, мы жгли мосты…

– Итак, начался ваш питерский период?

– Да. Я опять попала в Театр Комедии, который по сей день называют «акимовским». Зубастый театр! Гинкас бы и раньше перешел на питерскую сцену, но режиссерскую дорогу ему, как и Льву Додину, перекрыл Товстоногов, распоряжавшийся в те годы судьбой театрального Ленинграда. Свободных вакансий в труппе не было – театр всегда был укомплектован «под завязку», но для меня сделали исключение. «Монолог о браке» Радзинского – мой дебют, поставленный Камой. Все в театре знали, что я родная сестра Аксенова, собственно, я это и не скрывала. Нас часто видели вместе – Вася постоянно навещал Питер.Старики, столпы питерской театральной сцены – Зарубина, Уварова, Юнгер, Вельяминов, Севастьянов, Лемке отнеслись ко мне замечательно. С некоторыми ровесниками отношения не сложились. Закулисная жизнь, страсти в гримерках, любовные интриги, недвусмысленные предложения режиссеров – это, пожалуй, основная движущая сила любого театра. Я не могу сказать, что у меня мертвая хватка, но, я смогла влиться в труппу без всех этих сложностей. Видимо, как в спектакле, оказалась в нужный час в нужном месте.Я проработала с одним из ведущих режиссеров – Петром Фоменко, семь лет, захватив самые лучшие годы театра! Наверное, питерский период был одним из самых плодотворных. У меня появился колоссальный круг знакомых и друзей. Миша Барышников стал одним из самых близких мне людей.В 1974 году Миша становится невозвращенцем. Именно в этот самый день мы возвращаемся с гастролей по российской глубинке. Спускаемся с трапа самолета, и я моментально попадаю в объятия КГБ. Под белы рученьки меня препровождают в черную волгу и увозят на Литейный 4.Начинается дотошное выспрашивание: знала ли я о предстоящих планах Барышникова? Если да, то, с какого момента? Если нет, то не лучше ли – да? Кто бывал в гостях у Барышникова? С кем последним он контактировал перед отлетом? Кого последним я видела у него в гостях? Если никого не видела, то не лучше ли напрячь память? Если я забыла, может, помочь мне вспомнить? И дальше в таком же духе. А я сижу и думаю только об одном:- С собакой остался?- Без шуток тут! – Строго постучал пальцем по столу высокий КГБэшный чин.Закончилась моя актерская жизнь в этом театре тем, что к нам приехал Валерий Раевский – режиссер Национального Театра Белоруссии. Шукшина у нас ставил. Талантливый режиссер и незаурядный человек – он покорил меня мгновенно, и я поехала за ним. Меня никто не мог понять: «Как ты можешь менять Питер на Минск?». Но, любовь – есть любовь…

– Вы никогда не жалели?

– Я вообще никогда ни о чем не жалею. Но основной причиной переезда в Минск послужила смерть мамы. Мне нужно было отвлечься от мыслей об одиночестве, терзавших душу после ее ухода. В моей жизни не было человека более родного, более близкого. Меня всегда окружали друзья, но в этот период уже пошла первая волна эмиграции. Друзей оставалось все меньше, пустоты – все больше…В Белоруссии проблем на мою голову свалилось не мало. Сначала в 1979, когда Аксенову в связи с событиями в Чехословакии припомнили все, он вынужден был выйти из Союза Писателей. Это вызвало соответствующий резонанс в высших кругах власти. А когда в 1980 году, прямо в самолете, Васю лишили советского гражданства, мне в Русском театре досталось по полной схеме: и КГБ, и чиновники окружили плотным кольцом. Полетело все – и моя дополнительная работа в газете, работа на радио, съемки в кино. Коллектив театра сразу же отвернулся, за спиной постоянно шептались.Раевский, ставший к тому времени моим мужем, испугался за свое кресло – предал меня самым банальным образом. Опала и изоляция – все, что у меня осталось. Вот, когда я вспомнила Магадан – он научил нас держать удар!

– Как в этот период складывались отношения с Василием Аксеновым?

– Все эти годы меня не покидала Васина поддержка – я часто ездила в Москву до его отъезда в США в 1980 году. Вася, поддерживающий дружбу с послом США тех лет – Джеком Мэтлоком, мог с заднего хода – таясь и вздрагивая от каждого шороха, проводить меня с американское посольство, где мы видели некоторые новинки американского кино. Мама сходила с ума, эти несанкционированные вылазки могли закончиться чем угодно – любой контакт с иностранцами моментально фиксировался. Тем более, Вася уже тогда попал в опалу, и, будучи членом Союза писателей, остался без работы. Его никто не хотел печатать, его намеренно игнорировали. Приходилось что-то издавать под чужими именами. Он хватался за любую работу – переводы, сценарии. Платили гроши, и то из милости. Очень выручал Васю Евгений Евтушенко – кормил Васю в прямом смысле слова, постоянно помогал материально. Вроде бедствовали, но Женя не отпускал Васю от себя, и даже в такой тяжелой ситуации водил по ресторанам. Женя же финансировал ремонт Васиной машины. Еще мама говорила: «Вася должен сидеть на золотом стуле и пить виски!». Откуда в нем это стиляжничество и завышенное честолюбие – никто из нас не понимал….Звезды столичных театров уже давно живут не в России – приезжают только на гастроли. На Васиных похоронах мы затронули эту тему с Галиной Борисовной Волчек – мы остались близкими подругами еще со времен моего студенчества. Галина Борисовна, одна их самых, на мой взгляд, талантливейших режиссеров, сразу обратила на меня внимание. Много позже, в конце 80-х, она предложила роль мамы в спектакле Современника «Крутой маршрут». Я отказалась – эта роль для меня невозможна по психологическим причинам. Ее гениально сыграла неповторимая Марина Неёлова.

– Как вы себя чувствуете в Германии?

– Германия – мой не первый опыт жизни за границей. В 90-х я по приглашению Васи оказалась в Америке, где создала детский оперный театр. А Германию я знаю давно – ставила спектакли со школами разных конфессий и организовывала еврейские праздники для детей. Сейчас я живу здесь на полную катушку! Я берусь за все, что мне нравится. Основала детский театр – для всех возрастов. Нахожу в детях искру божью, вытаскиваю ее на свет, придаю таланту грани – самые одаренные и трудолюбивые остаются. Сейчас в коллективе 20 человек – у нас далеко идущие планы. С недавних пор даю мастер-класс по актерскому мастерству на кафедре славистики Гренобльского университета им. Стендаля. Там царит удивительная атмосфера, а я, как всегда, сталкиваюсь с поразительным стечением обстоятельств – почти все профессора знали лично Аксенова. И, тем не менее, я не живу прошлым, но я помню о нем – а это совсем иная история…

Интервью полностью, с фотографиями:  >>>

Роман “Крутой маршрут: Хроника времен культа личности” Евгении Гинзбург Глава 10 “Здесь жили дети”

Два цвета «пуркуратуры», журнал “Огонек”, 1999 год. >>>

Источник: https://usynovlen.livejournal.com/15598.html

Ссылка на основную публикацию