Григорий горин — биография знаменитости, личная жизнь, дети

Веселый-грустный человек. Григорий Горин / Телеканал «Россия 1»

В 70-80-е не было, пожалуй, в Советском Союзе писателя-сатирика и драматурга популярнее, чем Григорий Горин. Удивительная вещь: один из самых диссидентствующих советских литераторов сумел в годы застоя сделать впечатляющую карьеру.

Возможно, причина в том, что против горинской иронии даже цензура и партийные боссы боялись идти в открытую – просто не хотели выглядеть смешными и жалкими.

Правда, потом те же чиновники удивлялись той бурной реакции зрителей, которую вызывали горинские произведения.

1968 год. В Московском театре сатиры – невиданные аншлаги. Очереди в театральные кассы занимают с самого раннего утра. Причина такого ажиотажа – новый спектакль «Банкет», поставленный молодым режиссером Марком Захаровым по пьесе Григория Горина и Аркадия Арканова. Успех постановки был феерическим.

Но, увы, недолгим. Отыграли только 8 спектаклей, а потом «очнулась» цензура.

Удивительно, как этот умный и острый спектакль вообще был разрешен чиновниками к постановке! От министра культуры, всемогущей Екатерины Фурцевой, досталось всем – и Захарову, и худруку театра Плучеку, и актерам, и, конечно же, авторам – Горину и Арканову.

Ленком – главная страница в жизни Григория Горина. Этот театр, по сути, и начался-то с пьесы Григория Горина «Страсти по Тилю». Марк Захаров долго думал, как предложить Горину (а автором пьесы он видел только его) взяться за этот сюжет.

Но Горин даже не стал слушать его доводов – он просто сел за печатную машинку, заправил чистый лист и напечатал: «Григорий Горин. Страсти по Тилю. Шутовская комедия в 2 частях». Первая часть была написана моментально. Захаров тут же решил, что можно уже шить костюмы и строить декорации для будущего спектакля. Весной 1974 года театр уехал на гастроли в Ленинград.

Горин поехал вместе с Захаровым. Поселился в гостинице в соседнем номере и неустанно писал продолжение на пишущей машинке.

Без вмешательства цензуры не обошлось и в этот раз. Не найдя, к чему придраться в самом спектакле, придрались к его названию. Слово «страсти» убрать. Никто от этого особенно не пострадал, короткое «Тиль» тоже звучало неплохо. А страсти все же остались – на сцене.

После школы Григорий Горин выбрал для себя вуз – 1-й медицинский институт им. Сеченова. По окончании обучения он еще несколько лет проработал врачом скорой помощи. И продолжал писать рассказы и фельетоны. Пока в конце 60-х в жизни Горина не возникли новые увлечения – театр и кино. Им Горин будет верен до конца своих дней.

Осень 1978 года. Григорий Горин и Эльдар Рязанов закончили работу над сценарием фильма «О бедном гусаре замолвите слово». В сценарии иносказательно говорилось о больных и зловещих особенностях жизни – о провокациях, доносах, репрессиях и произволе тайного ведомства.

Шутки в адрес КГБ, пусть даже оно выступало под псевдонимом «Третье отделение», привели в бешенство чиновников! Сценарий удалось запустить в производство только в конце 1979 года. Но тогда же советские войска вошли в Афганистан.

Рязанова и Горина вызвали на 10-й этаж в Останкино и потребовали кардинально изменить сценарий — убрать из него «Третье отделение», стихотворение Лермонтова «Прощай, немытая Россия» и многое другое. Но и после того как начались съемки, фильм еще не раз пытались «прикрыть».

Только заслышав о болезни кого-то из друзей, Горин моментально отправлял их к врачам или в больницу. Говорил, что он, как врач, знает, что со здоровьем шутить не стоит. Вот только – горькая ирония – о своем здоровье он не заботился. Никогда не жаловался на свое самочувствие, всегда отмахивался от недуга и отшучивался от уговоров относиться к себе внимательнее.

15 июня 2000 года Григория Горина не стало. Обширный инфаркт… Эта новость застигла врасплох, она буквально раздавила… На панихиде Марк Захаров произнес: «Шуты не умирают или они умирают так неожиданно, так страшно».

В фильме о Григории Горине приняли участие: Любовь Горина, Марк Захаров, Аркадий Арканов, Геннадий Хазанов, Инна Чурикова, Леонид Ярмольник, Эльдар Рязанов, Ксения Ларина, Александр Ширвиндт, Елена Красникова

Источник: http://russia.tv/brand/show/brand_id/10551

Григорий Горин

ГОРИН, ГРИГОРИЙ ИЗРАИЛЕВИЧ (1940–2000), наст. фамилия Офштейн, русский драматург, прозаик. Родился 12 марта 1940 в Москве в семье военнослужащего. Окончив 1-й Московский медицинский институт им. И.М.Сеченова (1963), несколько лет работал врачом «скорой помощи».

Начал с сочинения сценок для студенческого «Клуба веселых и находчивых» (КВН), с 1960-х годов активно выступал в печати с фельетонами, юмористическими рассказами и скетчами, высмеивающими ложь и лицемерие установившихся социальных и личностных отношений, засилье беспринципной, безответственной и трусливой бюрократии, имитацию полезной деятельности и искренних чувств, ленивое и эгоистичное безразличие «застоя», поразившее, как болезнь, предперестроечное советское общество (Хочу харчо!, Чем открывается пиво?, Скрытой камерой, Остановите Потапова!, Хорошее воспитание, Встреча с известным писателем Бурко и др.). Некоторое время заведовал отделом юмора журнала «Юность», вел популярную рубрику от имени Галки Галкиной.

В 1966 вышла первая книга прозы Горина Четверо под одной обложкой (совм. с др. авторами) и пьеса Свадьба на всю Европу (в соавторстве с А.Аркановым, соавтором Горина также в пьесах Банкет, пост. 1968; Маленькие комедии большого дома, Тореадор, обе 1973; Соло для дуэта, 1975).

От изящного анекдота, острого словца, афористической меткости (Горину принадлежит выражение «рояль в кустах», означающее тщательную подготовку мнимого экспромта) и «знаковой» сатирической образности (фигура цинично-равнодушного «пофигиста» Потапова) писатель шел к серьезной философской проблематике, к выявлению смысла, характера и цели человеческого самоосуществления, будь то комедия Тиль (1970) по мотивам фламандского фольклора и романа Ш. де Костера, с «неправильным» и беспокойным, но смелым и бескорыстным героем; трагикомедия Забыть Герострата! (пост. 1972), оспаривающая право разрушителя на историческую память; или пьеса Самый правдивый (1974) о бароне Мюнхгаузене, безудержная фантазия которого оказывается выше приземленной правды бескрылых посредственностей.

Опираясь, в русле традиций Б.Брехта и Е.

Шварца, на переосмысление, порой парадоксальное, хрестоматийных сюжетов, Горин утверждает приоритет ума над косностью (Дом, который построил Свифт, 1980), терпимости народного сознания – над религиозным и национальным шовинизмом (Поминальная молитва, 1989, по мотивам произведений Шолом-Алейхема), силы искусства – над властью (Кин IV, 1991 – о великом английском актере), любви – над фантомами предрассудков, иногда называемых «честью рода» (Чума на оба ваши дома!, 1994, по мотивам трагедии У.Шекспира Ромео и Джульетта).

Непреходящие социально-нравственные коллизии в свойственной драматургу стремительной игровой, импровизационно-коллажной манере, в стилистике, насыщенной злободневными и культурно-историческими аллюзиями, тяготеющей к притче и иносказанию, Горин рассматривает также в многочисленных пьесах, основанных как на современном (Феномены, 1984; Прощай, конферансье!, 1985; Кот домашний средней пушистости, 1989, совм. с В.Войновичем, и др.), так и на ретроспективном, обращенным в культурное или историческое прошлое материале (Королевские игры, 1995; Счастливцев-Несчастливцев, 1997; Шут Балакирев, 1999).

Автор сценариев (как правило, по собственным произведениям) многих популярных кинофильмов (Остановите Потапова!, Ты – мне, я – тебе!, Бархатный сезон, Тот самый Мюнхгаузен, Дом, который построил Свифт, Убить дракона!, по мотивам пьесы Е.Л.Шварца; Формула любви, по произведению А.Н.Толстого); литературно-публицистических статей.

Умер Горин в Москве 15 июня 2000.

Энциклопедия Кругосвет

Источник: http://bookinistic.narod.ru/soviet_biography/g/gorin.htm

Григорий Горин — Автобиография

Здесь можно купить «Григорий Горин — Автобиография» в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Юмористическая проза, издательство У-Фактория, год 1999.

Так же Вы можете читать ознакомительный отрывок из книги на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.

На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте

Описание и краткое содержание «Автобиография» читать бесплатно онлайн.

«Насколько мне не изменяет память, я родился в Москве 12 марта 1940 года ровно в двенадцать часов дня. Именно в полдень по радио начали передавать правительственное сообщение о заключении мира в войне с Финляндией. Это известие вызвало, естественно, огромную радость в родовой палате.

Акушерки и врачи возликовали и некоторые даже бросились танцевать. Роженицы, у которых мужья были в армии, позабыв про боль, смеялись и аплодировали.И тут появился я.

И отчаянно стал кричать…Не скажу, что помню эту сцену в деталях, но то странное чувство, когда ты орешь, а вокруг все смеются – вошло в подсознание и, думаю, в какой-то мере определило мою судьбу…»

Григорий Горин

Автобиография

Насколько мне не изменяет память, я родился в Москве 12 марта 1940 года ровно в двенадцать часов дня. Именно в полдень по радио начали передавать правительственное сообщение о заключении мира в войне с Финляндией.

Это известие вызвало, естественно, огромную радость в родовой палате. Акушерки и врачи возликовали и некоторые даже бросились танцевать. Роженицы, у которых мужья были в армии, позабыв про боль, смеялись и аплодировали.

И тут появился я. И отчаянно стал кричать…

Не скажу, что помню эту сцену в деталях, но то странное чувство, когда ты орешь, а вокруг все смеются – вошло в подсознание и, думаю, в какой-то мере определило мою судьбу…

* * *

Писать я начал очень рано. Читать – несколько позже. Это, к сожалению, пагубно отразилось на моем творческом воображении. Уже в семь лет я насочинял массу стихов, но не про то, что видел вокруг, скажем, в коммунальной квартире, где проживала наша семья, а, в основном, про то, что слышал по радио. Радио в нашей квартире не затихало.

По радио шла холодная война с империалистами, в которую я немедленно включился, обрушившись стихами на Чан-Кай-ши, Ли-сын-мана, Адэнауэра, Де Голля и прочих абсолютно не известных мне политических деятелей. Нормальные дети играли в казаков-разбойников или боролись во сне со Змеем Горынычем. Я же вызывал на смертный бой НАТО и Уолл-стрит!.

.

Воротилы Уолл-стрита, Ваша карта будет бита! Мы, народы всей земли, Приговор вам свой произнесли!..

и т.д.

Почему я считал именно себя «народами всей земли», даже и не знаю.

Но угроза подействовала! Стихи политически грамотного вундеркинда стали печатать в газетах.

В девять лет меня привели к Самуилу Яковлевичу Маршаку. Старый добрый поэт слушал мои стихи с улыбкой, иногда качал головой и повторял: «О, господи, господи!..»

Это почему-то воспринималось мною как похвала.

– Ему стоит писать дальше? – спросила руководительница литературного кружка, которая и привела меня к поэту.

– Обязательно! – сказал Маршак. – Мальчик поразительно улавливает все штампы нашей пропаганды. Это ему пригодится. Если поумнеет, станет сатириком! – и, вздохнув, добавил: – Впрочем, если станет сатириком, то, значит, поумнеет не до конца…

Так определился мой литературный жанр.

К четырнадцати годам, убедившись в незыблемости империализма, я порвал с международной тематикой и перешел к внутренним проблемам. Стал писать фельетоны, сценки, рассказы на школьные темы. В восьмом классе, после исполнения на вечере куплетов о хулиганах, меня здорово отлупили…

Это и был мой первый настоящий успех на выбранном пути. И позже бывали удачи – закрывали мои спектакли, запрещали фильмы, но вот о такой живой и непосредственной реакции на меткие остроты приходилось только мечтать…

* * *

Заканчивая школу, я твердо решил, что стану писателем. Поэтому поступил в медицинский институт.

Это было особое высшее учебное заведение, где учили не только наукам, но и премудростям жизни.

Сегодня только ленивый не ругает нашу медицину. Я же остаюсь при убеждении, что советский врач был и остается самым уникальным специалистом в мире, ибо только он умел лечить, не имея лекарств, оперировать без инструментов, протезировать без материалов…

Поставить бы в такие условия выпускников Бостонского и Калифорнийского университетов, хотел бы я на них посмотреть… Как бы они справились с нашими многоразовыми шприцами и одноразовыми градусниками…

То, что за рубежом пробовали лишь на мышах, мы проверяли на себе!

И как, например, мне забыть нашего заведующего кафедрой акушерства профессора Жмакина, который ставил перед студентами на экзаменах такие задачи:

– Представьте, коллега, вы дежурите в приемном отделении. Привезли женщину. Восемь месяцев беременности.

Начались схватки… Воды отошли… Свет погас… Акушерка побежала за монтером… Давление падает… Сестра-хозяйка потеряла ключи от процедурной… Заведующего вызвали в райком на совещание… Вы – главный! Что будете делать, коллега? Включаем секундомер… Раз-два-три-четыре… Женщина кричит! Думайте! Пять-шесть-семь-восемь… Думайте! Все! Женщина умерла! Вы – в тюрьме! Освободитесь – приходите на переэкзаменовку!..

Тогда нам это казалось иезуитством. Потом, на практике, убедились, что жизнь ставит задачки и потрудней, и сделали для себя главный вывод: не бывает бесплатной медицины! За все медик и пациент поровну платят своими нервами и здоровьем…

* * *

Учась в институте, а позже работая врачом «Скорой помощи» в Москве, я продолжал писать рассказы, фельетоны, монологи, сценки. Одним словом, стал тем, что у нас называется «писатель-сатирик».

(Один американский исследователь справедливо заметил, что советский сатирик был самым изобретательным в мире, поскольку только он, имея всего две-три разрешенные властями темы для творчества, был способен сочинять бесчисленное количество вариантов.)

К началу семидесятых годов у меня вышло уже несколько книг рассказов и пьес, я был принят в Союз писателей и решил проститься с работой в «Скорой помощи».

Антон Павлович Чехов писал: «Медицина – моя жена. Литература – моя любовница». Я тоже долго метался между этими двумя дамами сердца, пока не возникли новые увлечения мужского и среднего рода —

Театр и Кино!

Эта компания завладела мной полностью, не оставляя времени ни на рассказы, ни на то, чтобы лечить других, ни на то, чтобы лечиться самому…

Начинались так называемые «застойные времена». Я беру эти слова в кавычки, потому что в искусстве застоя вообще не бывает. Живая идея всегда пробивалась к жизни, как трава из-под асфальта…

Поэтому настоящие прозаики писали «в стол», кинематографисты клали готовые фильмы «на полки», художники развешивали свои картины на кухнях…

Театру, может быть, было труднее всего! Ему нужен был зритель, и не будущий, а современник! И говорить хотелось в полный голос, не спотыкаясь о бесконечные запреты…

Я решил помочь зрительской фантазии. Стал сочинять пьесы-притчи, основанные на исторических и литературных легендах. Первая из них называлась «…Забыть Герострата!» …Древний греческий город Эфес, сожженный храм, беспородный хам, рвущийся к власти… Мне казалось, думающие люди меня поймут.

Пьеса имела успех. Люди все поняли. Цензоры тоже.

Работник Министерства культуры с выразительной фамилией Калдобин задал мне уникальный по изобретательности вопрос.

– Григорий Израилевич, – сказал он мне, – вы же русский писатель? Так?! А зачем же вы тогда про греков пишете, а?

Я не нашелся, что сказать в ответ. Да и как можно было объяснить этому убогому чиновнику, что кроме его учреждения существует иное пространство, имя которому – Вселенная, и кроме его календарика с красными датами существует иное время, имя которому – Вечность. И если жить по этому летосчислению, то получается, что все люди – и жившие, и живущие, и готовящиеся к жизни – современники.

Читайте также:  Юлия лазарева - биография знаменитости, личная жизнь, дети

И тогда фламандский шут Тиль Уленшпигель становится понятен своим московским сверстникам и призывает их к свободе, немецкий барон Мюнхгаузен учит русских людей ненавидеть ложь, а английский сатирик Джонатан Свифт – иронии и сарказму…

Я перечислил спектакли и фильмы, которые мы делали вместе с режиссером Марком Захаровым. А еще были пьесы, поставленные в Театре сатиры Андреем Мироновым… И фильм «О бедном гусаре…», снятый вместе с Э. Рязановым…

Короче, в застойные годы мне лично азартно и интересно работалось. Было много трудностей и препятствий, но сегодня как-то и не хочется о них вспоминать. Может, для сатирика необходимы нажим и запреты, чтобы совершенствовать форму сопротивления?

А может, это время вспоминается так радостно потому, что я был просто моложе и наивней?!..

Перестройка круто изменила нашу жизнь.

Глоток свободы!.. Еще глоток! Еще! Мы упивались свободой! В России всегда пьют до одурения, забывая, что наступает похмелье…

Через несколько лет мы проснулись и протрезвели неизвестно в какой стране, неизвестно в какой исторической эпохе.

Одни говорят, что у нас «ранний капитализм», другие – «поздний феодализм». Третьи предпочитают термин «постсоциалистический маразм».

Трудно со всеми не согласиться!

Вообще трудностей прибавилось всем, включая тех, кто занимается искусством. Искусство всегда требовало жертв или, по крайней мере, пожертвований… А где их взять в огромной, распавшейся державе?..

Впрочем, жалобы надоели! Хорошо сказал поэт, мой ровесник:

Времена не выбирают. В них живут и умирают. Большей пошлости на свете Нет – на времена пенять… Будто можно «те» на «эти», Как перчатки, поменять!

И поскольку время поменять нельзя, можно поменять свое отношение к нему.

И не впадать в отчаяние. Что я и пытаюсь делать, сочиняя новые пьесы, выпуская новые книги, в том числе и эту. Т. е. по мере сил работаю над продолжением собственной автобиографии…

Конец ознакомительного отрывка

ПОНРАВИЛАСЬ КНИГА?

Эта книга стоит меньше чем чашка кофе!

СКИДКА ДО 25% ТОЛЬКО СЕГОДНЯ!

Хотите узнать цену?
ДА, ХОЧУ

Источник: https://www.libfox.ru/390388-grigoriy-gorin-avtobiografiya.html

Горин Григорий Израилевич

Викентьев И.Л.

Youtube

Почему я считал именно себя «народами всей земли», даже и не знаю. Но угроза подействовала! Стихи политически грамотного вундеркинда стали часто печатать в газетах. В девять лет меня привели к Самуилу Яковлевичу Маршаку.

Старый добрый поэт слушал мои стихи с улыбкой, иногда качал головой и повторял: «Ох, господи, господи!..» Это почему-то воспринималось мною как похвала. […] Оканчивая школу, я уже твёрдо решил, что стану писателем. Поэтому поступил в медицинский институт.

Это было особое высшее учебное заведение, где учили не только наукам, но премудростям жизни.. Причем делали это, по возможности, весело.

Вспоминаю, например, нашего заведующего кафедрой акушерства профессора Жмакина, который ставил на экзаменах студентам примерно такие задачи: — Представьте, коллега, Вы дежурите в приёмном отделении. Привезли женщину. Восемь месяцев беременности. Начались схватки… Воды отошли… Свет погас… Акушерка побежала за монтёром…

Давление падает… Сестра-хозяйка потеряла ключи от процедурной… Заведующего вызвали в райком на совещание… Вы — главный! Что будете делать, коллега? Включаем секундомер… Раз-два-три-четыре… Женщина кричит! Думайте! Пять-шесть-семь-восемь… Думайте! Всё!! Женщина умерла! Вы в тюрьме! Освободитесь — приходите на переэкзаменовку!..

Тогда нам это казалось иезуитством. Потом на практике убедились, что наша жизнь может ставит задачки и потрудней, и если медик не сохранит в любой ситуации чувство юмора, то погубит и пациента, и себя…

Учась в медицинском институте, а затем работая врачом в Москве на станции «Скорой помощи», я продолжал писать рассказы и фельетоны. При этом настолько усовершенствовал себя в создании смешных ситуаций, что вскоре был принят в Союз писателей, но вынужден был оставить медицину в покое.

(Многие из недолеченных мною пациентов живы и до сих пор пишут мне благодарственные письма за этот мужественный поступок.)»

Григорий Горин, Мои автобиографии / Антология Сатиры и Юмора России XX века, Том 6, М., «Эксмо», 2006 г., с. 17-18.

«Сценарий «Дома, который построил Свифт», мог бы разлететься, как «Горе от ума», на крылатые фразы, если бы фильм показывали чаще. Но не показывают. «Свифт нанял актёров, но губернатор оказался хитрее — он нанял зрителей»».

Кичин В.С.,  Мрак Анатольевич / Там, где бродит Глория Мунди: лента встреч, М., «Время», 2011 г., с. 53.

В 1974 году Григорий Горин написал пьесу: «Самый правдивый» (о бароне Мюнхгаузене), на основе которой в   1979 году написал сценарий телефильма: «Тот самый Мюнхгаузен» (режиссёр М.А. Захаров, композитор А.Л. Рыбников) и сыграл там эпизодическую роль. Впервые фильм был показан по телевидению 01 января 1980 года.

В 1989 году Григорий Горин рассказывал: «Я пишу пьесу о Фаддее Булгарине: в этом году ему исполняется 200 лет со дня рождения, и никто, видимо, на Руси не вспомнит о юбилее этого мерзавца.

Долг сатирика — прикоснуться к теме. В разработке мне много помог Н. Эйдельман.

Занявшись историей Булгарина, я увидел, что она поразительно современная. Ведь он умирал в период первой перестройки — после смерти Николая I.

Реакционер, мальчик для битья, которому сегодня могут позавидовать многие наши махровые литераторы, бывшие знаменитыми в период застоя и оказавшиеся вдруг на грани забвения…

Можно было бы написать просто фельетон: стареющий Булгарин и т. д.

Но я вдруг увидел, что у него есть своя микроправда. В этом весь пафос моей пьесы: сперва он обманывал до глубокой старости людей, а потом захотел обмануть и бога, влезть в историю. Булгарин был очень хитрым человеком. Именно он сохранил архив Рылеева — его портфель.

Он, выдававший всех и вся, тайный осведомитель III отделения, этот портфель сохранил: вдруг дело повернется вспять…

И повернулось. К старости он объявил себя либералом, достал из портфеля неизвестные письма Рылеева и стал доказывать, что был самым ближайшим другом декабристов (что во многом было правдой!). Вот так сейчас нам доказывают некоторые писатели, что они в период застоя страдали и подготавливали перестройку…».

Григорий Горин: «Я ни от чего не отказываюсь», в Сб.: Автограф-89 / Ред.-составитель Е. Баханов, М., «Книжное обозрение», 1989 г., с. 136.

«Горин не просто автор остроумных пьес и сценариев — он понимает и знает театр изнутри. Как свидетель, могу констатировать: его замысел всегда формируется не печатными знаками, но общим режиссёрским ощущением.

Он замечательно предчувствует и угадывает жанровые и стилистические нюансы будущего спектакля; он не хочет, не умеет сочинять вне воображаемого будущего спектакля; он не хочет, не умеет сочинять вне воображаемого сценографического пространства.

Потом его собственная режиссёрская концепция может видоизменяться под воздействием подключившегося в работу режиссёра-постановщика, но начинает он всегда сам, с изобретательного ряда, с эстетического запаха, формируя его на сверхчувственном уровне. Чаще всего, следуя практике В.

Шекспира, Жана Ануя или Евгения Шварца, Горин использовал уже известные людям сюжеты, полагая, что полезнее исследовать миф, уже существующий во Вселенной. В этом смысле он скорее философ, чем драматург.

Шекспир без зазрения совести брал старинную британскую легенду о короле Лире и, учитывая многочисленные литературные разработки, сделанные до него примерно двенадцатью авторами, смело и вдохновенно писал свою собственную версию. По смелости Горин не уступал Шекспиру, а по всем другим параметрам лично мне он ближе и дороже. Общение с ним научило меня иронизировать над завихрениями собственной фантазии…»

Захаров М.А., Суперпрофессия, М., «Вагриус», 2000 г., с. 105.

«Самым популярным драматургом предперестроечного времени был, пожалуй, Горин. Работал Горин в жанре ремейка с наибольшим успехом. «Мюнхгаузен» в постановке Захарова стал суперхитом. Хороший ремейк эффектен, изящен и многозначен. Мы смотрим (читаем) одно, одновременно помним другое и подразумеваем третье».

Веллер М.И., Эстетика энергоэволюционизма, М., «Аст», 2010 г., с. 342.

  • Понятие «личностное знание» по Майклу Полани«…Во всякой гениальной или новой человеческой мысли,  или просто даже во  всякой серьёзной человеческой мысли, зарождающейся в чьей-нибудь голове,  всегда остаётся нечто такое, чего никак нельзя передать другим людям, хотя  бы Вы исписали целые томы  и растолковывали Вашу мысль тридцать пять  лет…»  Достоевский Ф. М. ,  Идиот Майкл Полани опубликовал книгу: Личностное знание: на пути к посткритической философии / Personal Knowledge: Towards a Post-Critical Philosoph.В предисловии автор ввёл…

Источник: https://vikent.ru/author/866/

Читать

© Оболенский И.В., 2015

© МИА «Россия сегодня», 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2015

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Лет пятнадцать назад я оказался на юге в одной компании с писателем Андреем Битовым. Так получилось, что мы, пробираясь по горной тропинке, отстали от остальной группы.

День выдался каким-то не по-осеннему жарким. Устав от быстрой ходьбы, Битов предложил немного передохнуть.

И во время этого незапланированного перерыва мне довелось стать единственным слушателем уникальной лекции о писательском мастерстве.

Запомнилось, как Битов, среди прочего, рассказывал о собственной теории рождения текста. Было невероятно интересно. Особенно идея о том, что в литературе ничего не бывает случайно, и даже последовательность написания книги зависит не от самого автора.

https://www.youtube.com/watch?v=wPz_-CTqxVs

Прошло несколько месяцев. Я уже находился совсем в другой части мира, в Толстовском фонде неподалеку от Нью-Йорка. Целью командировки было исследование судьбы великой балерины Ольги Спесивцевой, встретившей свой последний день за океаном.

А потому встречу и знакомство с дочерью барона Врангеля, легендарного царского офицера и командующего Русской Армией в Крыму, я воспринял лишь как приятное дополнение к беседам с окружением Спесивцевой. Но, конечно, не упустил возможности записать воспоминания дочери «черного барона».

Наталья Петровна прожила целый век, ее не стало в 2013 году.

Прошло еще какое-то время, и я очутился на даче Александра Вертинского, куда меня пригласила старшая дочь гениального актера и поэта.

И вновь случилась нечаянная радость – только мы с Марианной Александровной начали нашу беседу, как на пороге дома появилась сама Лидия Владимировна – вдова Вертинского, красавица-актриса, которая не допускала до себя ни одного журналиста.

В итоге состоялся разговор, во время которого мне то и дело начинало казаться, что я оказался в машине времени.

Встреча с матерью Андрея Миронова, знаменитой актрисой Марией Владимировной Мироновой, случайной не была. Я добивался ее долгими и упорными уговорами, завершившимися приглашением в гости в дом Мироновой и Менакера в Малом Власьевском переулке. И снова меня не покидало чувство, что я попал за кулисы большой истории.

Но лишь после знакомства с дочерью Никиты Хрущева Радой Аджубей понял, что из откровений родных и близких тех, кто вершил нашу историю, может получиться целая книга.

Вот так, беседа за беседой, она и родилась.

Игорь Оболенский

www.igorobolensky.com

ИЗ ДОСЬЕ:

«Мария Владимировна Миронова – актриса, народная артистка Советского Союза. Выступала на эстраде в дуэте со своим мужем, актером Александром Менакером. Дебютировала в кино в роли секретарши товарища Бывалова в комедии «Волга-Волга».

Мать народного артиста России Андрея Миронова, любимого публикой за роли во многих кинолентах, среди которых – «Бриллиантовая рука», «12 стульев», «Фантазии Фарятьева», «Блондинка за углом», а также блистательные работы на сцене Театра Сатиры.

Андрей появился на свет 7 марта, но родители зарегистрировали его только на другой день, что потом дало основание для шутки: «Андрей Миронов – подарок женщинам на 8 марта».

Мария Миронова умерла в 1997 году в возрасте 86 лет».

В ее квартиру почтальон приносил кипу писем, на которых было написано всего четыре слова: «Москва, матери Андрея Миронова».

Для меня Мария Владимировна Миронова тоже всегда была прежде всего матерью великого актера. Конечно, я видел какие-то черно-белые кадры старых фильмов, в которых она снималась. Но в моем восприятии все равно она оставалась матерью.

Мы с ней были соседями. И я не мог не попытаться уговорить Марию Владимировну дать интервью.

Когда я пришел в ее дом впервые, то старался обратить внимание на все.

* * *

Итак, большой кирпичный дом в Малом Власьевском переулке. На входной двери в квартиру – медная табличка: «Менакер А. С., Миронова М.В.». Причем обе фамилии как бы объединены одной большой буквой «М». Так внимательно рассмотреть дверь я успел потому, что боялся нажимать на звонок. Хотя Миронова о моем приходе наверняка уже знала – предупредила консьержка.

Чего я боялся? Показаться глупым. О непростом характере Марии Владимировны я был наслышан. В довоенной московской богеме ее даже назвали «ведьмой». По легенде, когда во время одного из застолий она посетовала на боль в ноге, друзья не упустили случая сострить: «А ты не расстраивайся, Маша. Возьми метлу и лети».

Ну и потом я слышал, как в эти мгновения Мария Владимировна разговаривает с врачом, который, судя по всему, стоял в передней. Если уж она так говорит с человеком, которого сама пригласила в свой дом, то чего ждать мне?

Пока я обдумывал, с какими словами войти в дом Мироновой, дверь открылась.

* * *

– Чего это вы порог не переступаете? – спросила хозяйка.

– На дверную табличку засмотрелся. Какая она у Вас оригинальная. С общей буквы.

– А это очень символично. У меня с Александром Семеновичем действительно все было общее. Проходите, милости прошу.

В большой комнате громко работал телевизор. Передавали последние известия. Мария Владимировна очень внимательно слушала комментатора, а когда он замолчал, обратилась ко мне: «Игорь, вот вы молодой человек. Объясните мне, кому нужно это интервью?».

И не дав мне ответить, продолжила: «Если хотите знать мое мнение о том, что происходит в стране, оно и так понятно. Мне так хочется, чтобы Красной площади вернули ее первозданный вид.

А то превратили такую красоту в обыкновенное кладбище, на котором только один порядочный человек и похоронен – Юра Гагарин».

Немного помолчав и заметив мое смущение, Мария Владимировна кивнула: «А теперь начинайте. У вас, смотрю, целая тетрадка вопросов заготовлена».

Я действительно основательно подготовился к встрече. Получив «добро», открыл блокнот:

Читайте также:  Павел дуров - биография знаменитости, личная жизнь, дети

– Вы как-то сказали, что чувствуете себя барыней. Может, вам было бы лучше родиться в XIX веке?

– Почему? Барыней можно быть и в XX веке. Смотря что под этим подразумевать. Барыня – это ведь самочувствие. Для меня быть барыней – значит быть свободной, а не управлять челядью. Понимаете, барыня – это…

Ну, вот есть слово «воля», а есть «свобода». У нас сейчас есть только «воля». Свобода в первую очередь – это свобода духа. Человек раскрепощен, может думать о чем угодно, читать что угодно, короче, жить так, как ему нравится. Но ни в коем случае не ограничивать такую же свободу другого человека.

А воля – это не что иное, как жизнь под девизом «что хочу, то ворочу». Вот иду я, например, по улице, и какой-нибудь прохожий, который не согласен с моим мнением, возьмет и плюнет мне в лицо. И у меня нет никакой защиты от такого человека.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=248429&p=4

Григорий Горин: биография, история псевдонима, фотографии, пьесы и сценарии сатирика

Григория Горина — выдающегося комедиографа, драматурга — ставили на сценах театров, экранизировали в кино даже в застойные годы. Удивительно? Да. Ведь острая сатира Горина никогда не стеснялась попадания в самые важные мишени. Порой его запрещали. Чаще — редактировали. И тем не менее Григорий Горин сделал выдающуюся карьеру, а его героев мы цитируем и по сей день.

Писал Гриша Офштейн уже в детстве, рифмуя ни много ни мало события из политической жизни. Вдохновение черпал в радиопередачах о борьбе с империалистами, себя отождествляя с «народами всей земли».

Талант маленького автора первым оценил Самуил Маршак. Прочитав стихи девятилетнего Гриши, Самуил Яковлевич пророчески заметил: «Мальчик поразительно улавливает все штампы нашей пропаганды. Это ему пригодится. Если поумнеет, станет сатириком!»

Но сначала Григорий стал врачом, пошел в медицинский по маминым стопам, где, как сам вспоминает, «научился премудростям жизни». Успел поработать на скорой помощи, при этом продолжая писать.

Своим псевдонимом Горин тоже обязан матери. Из ее девичьей фамилии Горинская сначала вышел Горинштейн, а затем уже и Горин. Хотя «литературная» версия звучит куда забавнее. «Знаете, как расшифровал мой псевдоним Володя Войнович? Гриша Офштейн Решил Изменить Национальность», — отшучивался сатирик.

Гриша Офштейн за фортепиано

Первая публикация тогда еще студента-медика — в 1960-м на последней странице «Литературной газеты». В 1966 году выходит сборник юмористических рассказов «Четверо под одной обложкой», где в четверке вместе с Аркановым, Камовым, Успенским значится и Горин.

Так рассказы и фельетоны в середине шестидесятых взяли верх над медициной. Горин звучал на радио и в юмористических телепрограммах, пробуя одновременно себя в драматургии.

В соавторстве с Аркадием Аркановым написаны «Свадьба на всю Европу» и «Маленькие комедии большого дома», с Владимиром Войновичем «Кот домашний средней пушистости».

Григорий Горин и Андрей Миронов

Первая театральная премьера по Горину в Театре Советской армии «Забыть Герострата» имела огромный успех.

К восьмидесятым Горин окончательно оставил малые формы и перешел на пьесы и сценарии, чем несказанно обогатил репертуар советского театра и кинематограф.

Настоящий театральный тандем сложился у Горина с Марком Захаровым.

«Тиль», «Поминальная молитва», «Королевские игры», «Шут Балакирев»… И сотрудничество на съемочной площадке: «Убить дракона», «Формула любви», «Тот самый Мюнхгаузен».

Марк Захаров, Евгений Леонов, Григорий Горин

Надо упомянуть, что сам Горин скромно считал себя не сатириком, а юмористом: «Для меня «сатирики» — это узаконенные обществом борцы, призванные сделать окружающую жизнь лучше».

И сегодня имя Горина не сходит с афиш. К юбилею сатирика, в 2015 году, «Тиль» поставили в орловском театре «Свободное пространство», петербургский Учебный театр «На Моховой» взялся за «Прощай, конферансье», а в Нижнем Тагиле показали спектакль «Чума на оба ваших дома!».

«Юмор — продукт скоропортящийся», — утверждал Григорий Горин. И свои слова опровергал собственными произведениями. Мюнхгаузен — все тот же; и граф Калиостро, появись он вдруг в России, был бы нарасхват. И «ежели один человек построил, другой завсегда разобрать может», и так и не открыта формула любви.

Источник: https://www.culture.ru/materials/38954/satirik-s-grustnymi-glazami

Григорий Горин — Аншлаг.ТВ

Григорий Израилевич Горин появился на свет 12 марта 1940 года в Москве и при рождении стал обладателем фамилии Офштейн. Отец мальчика имел звание подполковника, участвовал в войне 1941-1945 гг.

Мама проработала врачом скорой и именно от ее девичьей фамилии Горинская произошел псевдоним будущего деятеля искусств.

Сам писатель называл ее аббревиатурой, расшифровывавшийся «Гриша Офштейн Решил Изменить Национальность».

Будучи еще ребенком, Гриша привлек внимание родителей своим недетским интересом к литературе. В семилетнем возрасте он начал писать стихи. В школьные годы все свое свободное время проводил за написанием рассказов, сценок, фельетонов, посвященных школьной теме.

По окончании медицинского университета им. И.М. Сеченова в Москве в течении трех лет работал в должности врача скорой медицинской помощи. При этом желание творить у Григория не угасло.

Им все так же писались юмористические рассказы, которые публиковались на страницах советских газетных и журнальных изданий. Кроме этого, произведения создавались и для студенческого клуба КВН.

Некоторое время проработал в журнале «Юность», где возглавлял отдел юмора и вел популярную рубрику, называя себя Галкой Галкиной.

В 1966 году Григорий Горин стал соавтором книги прозы «Четверо под одной обложкой». Этот же год ознаменовался выходом комедии «На всю Европу», созданной совместно с Аркадием Аркановым.

Это был не последний их совместный проект. Спустя некоторое время еще ряд комедий стали доступны широкой публике.

Работу в медицине Григорий Горин оставил, ведь в писательском деле он достиг невероятных успехов и стал членом Союза писателей.

В семидесятых годах Григорий Израилевич под руководством режиссера Марка Захарова стал создавать пьесы.

Кроме этого, благодаря столь плодотворному сотрудничеству зритель мог увидеть и полюбить одни из популярнейших советских кинокартин, таких как: «Формула любви», «Тот самый Мюнхгаузен» и прочие.

Марк Захаров восторгался способностями Григория Горина, его редким даром комедиографа-драматурга.

Чтение сатирических монологов на телевидении началось в 1978 году. Григория Горина регулярно приглашали в телепередачу «Вокруг смеха». Популярность моментально обрушилась на его плечи, реплики тут же разбирались на цитаты, а голос стал узнаваем всеми, благодаря своей уникальной интонации. Целью сатирика была попытка заставить зрителя думать.

Не хотелось, чтобы публика воспринимала его произведения лишь как юмористический жанр. Каждый, кто хотя бы раз слушал и слышал то, что читал со сцены Григорий Израилевич, видел глубокий философский смысл, скрытый в его шуточных изречениях.

Если посмотреть записи выступлений писателя, то можно понять, что они актуальны и на сегодняшний день!

Григорий Горин был частым гостем юмористической телевизионной передачи «Белый попугай» с Юрием Никулиным. В ночь на 15 июня 2000 года писатель скончался. В 2003 году сатирик был посмертно награжден Государственной премией РФ.

За долгую, насыщенную творческую деятельность им, как автором, написано пятнадцать пьес, десять сценариев и десять книг.

Кроме этого, Григорий Израилевич был одним из основоположников ежегодной Премии российских деловых кругов «Кумир».

Читать дальше

Источник: http://anshlag.tv/grigorij-gorin/

Григорий Горин

Замечательному писателю сегодня исполнилось бы 70 лет.

Драматург, прозаик, писатель-сатирик и сценарист, автор пьес «Поминальная молитва», «Чума на оба ваши дома!», «Шут Балакирев», «Дом, который построил Свифт» и сценариев к фильмам «Тот самый Мюнхгаузен», «О бедном гусаре замолвите слово», «Формула любви», «Убить дракона» — Григорий Горин ушел из жизни в июне 2000-го. 12 марта ему исполнилось бы 70 лет. О том, каким был Горин в текстах и в жизни, с его близким другом, драматургом Виктором Славкиным, побеседовала обозреватель «Известий».

известия: С чего началась ваша дружба?

-Виктор Славкин: Мы группировались вокруг журнала «Юность», и там все познакомились: Арканов, Горин, я. Гриша был самым оптимистичным и веселым. Он нас корил за то, что мы жалуемся — мол, у нас «не пишется». Говорил: «Садись с утра, начинай писать — и все поедет!» И он рано перешел от юмористики к рассказам, в которых есть психологический момент.

и: А у Горина всегда «писалось»? Не жаловался, что «не идет»?

-Славкин: Жаловался, конечно. Поскольку он в основном имел дело с театрами, то всякое было. В театрах ведь трудно — там главный режиссер, главный артист… Мы это называли «проблема второго акта». Первый акт он всегда писал быстро и хорошо. А во втором почему-то начинал сам себя анализировать.

Поскольку, как известно, второй акт должен быть сильнее, чем первый… Помню, он быстро находил со всеми общий язык. Был такой случай — несколько человек, в том числе Арканов, Горин и Ширвиндт, купили на Валдае избу для рыбалки. И там был крестьянин, у которого была лодка.

Он очень подружился с Гришей, но понимал, что Гриша — человек другого образовательного ценза. И мне потом Арканов рассказал, что этот лодочник к нему подошел и спрашивает: «Скажите, пожалуйста, а правда, что отчество Григория — Израилевич?» Тот отвечает: «Правда».

— «И он не обидится, если я буду его так называть?» — «Не обидится», — ответил Арканов. И тогда тот стал его называть Григорий Израилевич.

Горин всегда был настолько расположен к человеку, что ему мало что мешало. Например, он немного шепелявил. И сделал из этого эстрадный номер, который читал с большим успехом.

Тем самым он не давал возможности над собой зло шутить, поскольку сам первым шутил над собой. Номер так и назывался — «Шепелявочка». Это ценное качество юмориста — не уходить в самоанализ, а выплескивать все.

И они, конечно, с Захаровым были друг другу серьезной опорой. Хотя это, конечно, сложностей не исключало.

и: Какого рода были сложности?

-Славкин: Обычные — человек пишет и думает: «А что я пишу? Это неинтересно». И нуждается в другом человеке, который сказал бы ему: «Старик, все нормально». Вот у них такой тандем был. Я знаю, что «Дракон» не получался.

Захаров его начинал сам делать. Потом подключился Гриша, и тогда получилось. Я не говорю, что Гриша все вытянул, но у них было завидное уважение друг к другу. И они взаимно оберегали друг друга от хождений не в ту сторону.

и: А как бы вы могли охарактеризовать Горина-драматурга?

-Славкин: У Гриши был момент, когда он очень хотел написать современную пьесу: на современном языке, о современной проблеме. Он мучился, мучился — и написал, пьеса называлась «Феномены».

Но в какой-то момент он эти мучения прекратил и сказал: «Знаешь, я понял, что мое — это когда я развиваю фантазию на тему какого-то классического произведения и получаю в результате новое произведение». И когда он это понял, стал писать еще лучше.

Недавно вышла толстая книга, которая называется «Театр Горина». Он создал вот такой театр.

и: За Гориным в широких кругах закрепилась репутация писателя-сатирика. Насколько это соответствовало его самоощущению?

-Славкин: Он иногда переживал, что все думают: вот вышел Горин — значит, надо смеяться. А ведь благодаря своей драматургии он заставил людей не только смеяться, но и грустить, и плакать. Это нормальная черта творческого человека, который считает, что надо пробовать делать то, что еще не делал.

У него есть рассказы, написанные пером прозаика. Но я не могу сказать, что он ненавидел себя как комика. Он был очень остроумный собеседник, человек с оптимистическим зарядом. Правда, незадолго до смерти он как-то сказал: «Что-то сердце прихватило, я решил сегодня дома посидеть».

Были у него и такие моменты.

и: Есть еще одно распространенное мнение, что люди, которые привыкли смешить публику, в жизни довольно печальные. Это применимо к Горину?

-Славкин: Он был довольно печальным тоже. Нельзя сказать, что он всегда сыпал шутками и остроумием. Иногда погружался в меланхолию, был недоволен собой. Но когда вокруг него появлялись друзья, он снова превращался в милого Гришу Горина, который шутит.

У него часто были печальные глаза. Недаром появилась фраза про «печальные глаза Горина». Во многия мудрости многия печали. Иногда бывало так, что он шутит, а в этой шутке глубокий печальный смысл, а потом снова весело. Поэтому его тексты и живут до сих пор.

и: Можете описать какую-нибудь ситуацию, которая лучше всего характеризовала бы Горина-человека?

-Славкин: Он был заядлый профессиональный рыбак. А я просто любитель. Однажды мы с ним собрались на рыбалку в деревню Скнятино — довольно далеко от Москвы. Взяли удочки, выпивку, продукты и поехали. Ночью нам нужно было сойти с поезда. Нам сказали, что это наша остановка, и мы сошли. Когда поезд стал удаляться, мы поняли, что сошли не там.

Остались вдвоем посреди России. Зашли в избушку, где касса, но там никого не было. Ну что делают рыбаки? Открыли бутылку водки, выпили. Гриша стал мне показывать свою новую удочку, развеселились. И вдруг у него глаза стали по-горински печальными, и он сказал: «Знаешь старик, какое счастье, что мы сошли не там, где надо. Эту ночь мы запомним на всю жизнь».

Так и случилось.

Источник: http://facecollection.ru/people/grigoriy-gorin

Горин Григорий Израилевич: биография, карьера, личная жизнь

Григорий Израилевич Горин (настоящая фамилия – Офштейн) появился на свет 12 марта 1940 года в Москве. Отец Григория был профессиональным военным, прошел войну. Мама работала врачом скорой помощи. Ее девичья фамилия – Горинская – стала прообразом псевдонима, который впоследствии взял себе писатель.

С юных лет Горин проявил интерес к литературному творчеству. Стихи он начал писать в семь лет. Его первые поэтические опыты были наивными: маленький автор воспевал величие пролетариата и призывал на борьбу с капитализмом.

Будучи школьником, Горин писал шуточные рассказы сатирического содержания. Темы для произведений автор черпал из школьной жизни.

После школы Горин поступил в столичный медицинский институт, который с успехом окончил в 1963 году. Несколько лет Григорий Израилевич работал врачом скорой помощи. Но любовь к литературному творчеству сделала свое дело. Горин продолжал писать, его фельетоны печатались в популярных газетах и журналах. Горину довелось руководить отделом юмора в журнале «Юность».

Женой Горина стала Любовь Кереселидзе. Чистокровная грузинка, она работала редактором на «Мосфильме». Отношения между супругами были теплыми и доверительными. Друзья и коллеги считали Гориных счастливой парой.

Писатель и сценарист ушел из жизни неожиданно. Произошло это 15 июня 2000 года. Причиной смерти стал сердечный приступ.

В 1966 году вышла в свет первая книга Горина, созданная в содружестве с тремя другими авторами. Называлась она «Четверо под одной обложкой». В этом же году зародилась дружба Горина с Аркадием Аркановым, которая переросла в прочный творческой союз.

Из под пера Горина выходили талантливые пьесы, которые ставили на сценах столичных театров. Впоследствии он взялся за разработку сценариев к фильмам. В этой работе Горину помогало сотрудничество с Марком Захаровым. Критики отмечали особый дар писателя: он брал всем известный сюжет и наделял его новым смыслом.

Важной вехой в творчестве Горина стала работа над сценарием фильма «Тот самый Мюнхгаузен». В результате кропотливого труда творческого коллектива на экраны вышел двухсерийный фильм, который впоследствии зрители разобрали на цитаты.

Читайте также:  Бриттани мерфи - биография знаменитости, личная жизнь, дети

Полюбился зрителям и знаменитый фильм «Формула любви». Сценарий к нему также стал продуктом творчества Горина. Забавные и смешные творения сценариста и писателя всегда содержали острые темы для глубоких размышлений.

На протяжении ряда лет Григорий Горин активно участвовал в популярной телепередаче «Вокруг смеха». Его можно было увидеть в жюри «Клуба веселых и находчивых». После ухода из жизни Юрия Никулина Горин вел передачи клуба «Белый попугай». Память о Григории Горине нашла отражение в многочисленных документальных фильмах, повествующих о творчестве этого талантливого писателя и сценариста.

Источник: https://www.kakprosto.ru/kak-960781-gorin-grigoriy-izrailevich-biografiya-karera-lichnaya-zhizn

Любовь Горина: «Для меня Гриша до сих пор жив»

Виталий Бродзкий

23 мая 2013 19:39

Вдова известного драматурга, которого не стало тринадцать лет назад, до сих пор хранит ему верность: «После смерти мужа мне делали предложение наши приятели. Я перестала с ними разговаривать».

Еще при жизни драматурга Григория Горина его произведения растащили на цитаты. А фраза «рояль в кустах» стала практически народной. За что бы ни брался Горин, все становилось любимым и популярным.

Как считает Марк Захаров, театр «Ленком» в том виде, каким мы его сегодня знаем, родился вместе со спектаклем «Страсти по Тилю», поставленным по пьесе драматурга.

А сам Григорий Израилевич был уверен: все его большие вещи появились на свет благодаря главной женщине его жизни — супруге Любови Гориной.

Григория Горина не стало тринадцать лет назад. Но попадая в его знаменитую квартиру в «писательском» доме на Ленинградке, невольно ощущаешь его присутствие. Возможно, благодаря этой удивительной женщине.

Она, чем-то неуловимо похожая на всех романтических героинь его пьес, выглядит в родных стенах немного потерянной, будто ожидающей, что вот прямо сейчас откроется дверь — и войдет он, ее Гриша.

Ведь он всегда учил ее верить в чудеса!..

Любовь Павловна, вы помните, как познакомились с будущим мужем?

Любовь:

«С Гришей? Я работала в Библиотеке имени Ленина, куда устроилась после окончания пединститута. Естественно, там я много читала. И мне встретился очень симпатичный рассказ, который назывался „Я — Рекс“. Это одна из первых его вещей — Гриша тогда был начинающим писателем. А поскольку у моего дяди-охотника тоже была собака Рекс, я этот рассказ запомнила. На этом все могло бы и закончиться. Но так уж случилось, что знакомство заочное переросло в личное. Помню, как-то приходит ко мне приятельница, которая жила со мной рядом, и говорит: „Знаешь, я должна сегодня отдать Грише Горину деньги, но на улице уже темно. Ты не могла бы со мной сходить, а то мне страшно?“ И я пошла с подругой. Тем более что мне очень хотелось посмотреть на автора „Рекса“. Оказалось, Гриша жил недалеко от меня. Вот так мы с ним и познакомились».

Вы сразу понравились друг другу?
Любовь:
«Мне он не понравиться просто не мог. В его однокомнатной квартире выделялся шкаф до потолка, полностью заставленный книгами. Меня это очень удивило и порадовало, конечно.

Я про себя еще подумала: „Вот он, филиал Ленинской библиотеки!“ После этого случая мы встретились с Гришей в фойе Театра сатиры. И там в компании Марка Захарова, Шуры Ширвиндта, Андрея Миронова и Миши Державина он пригласил меня к себе домой в гости, я согласилась. Гриша просто взял меня за руку и повел. С тех пор мы стали с ним дружить.

Он звонил, предлагал погулять. У нас была такая дружба, которая со временем переросла в любовь. Вот тогда он и сделал мне предложение».

Он красиво за вами ухаживал?
Любовь:
«Да, но и судьба помогала. Однажды, когда мы шли пешком от его дома к метро (у нас тогда еще не было машины), он спас женщину, больную эпилепсией. Она упала перед нами на асфальт и начала биться в конвульсиях.

И пока не появилась „скорая помощь“, Гриша ни на минуту не отходил от больной, делая все, чтобы она не умерла. Он же окончил медицинский, поэтому знал, как надо действовать в таких ситуациях. Хотя я так и не поняла, как он умудрялся одновременно держать ей голову, руки и ноги, чтобы она не покалечилась.

Я позвонила из телефона-автомата в „Скорую“. Та приехала очень быстро. И женщину спасли. В тот день я влюбилась в него окончательно.
Еще я до сих пор храню его письмо, которое он бросил в мой почтовый ящик.

Сейчас не могу читать его без слез, хотя написано оно со свойственным Грише юмором: „Люба, помните, по Москве ходит высокий толстый человек и постоянно думает о вас“. Странно, ведь толстым он никогда не был…»

У вас была пышная свадьба?
Любовь:
«Мы не устраивали в Москве свадебное застолье. Мы расписались через полгода после нашего знакомства и в тот же день уехали в Прибалтику, в Дом творчества под Ригой.

Не знаю, обиделись друзья или нет, но корили нас потом. Хотя еды мы им заготовили, чтобы они попировали. А нам просто не хотелось сидеть за столом. Мы посчитали это очень обычным. В Прибалтике у нас тоже были приятели, но мы поехали туда как бы в свадебное путешествие.

И все-таки застолья, пусть небольшого, избежать не удалось».

Повеситься из-за Мюнхгаузена

Говорят, Григорий Израилевич начал писать еще в детстве. Это так?

Любовь:

«Он еще в школе посещал литературный кружок. Сочинял критические эпиграммы на ООН и Уолл-стрит. И так у него талантливо получалось, что учительница показала их Самуилу Яковлевичу Маршаку. Тот прочитал и сказал: „Если поумнеет, станет сатириком. А если станет, то поумнел не до конца!“ Когда в школе заболевал учитель, то шли за Гришей, который был еще подростком. И он развлекал ребят тем, что рассказывал истории, на ходу переделывая известные сказки. У него всегда был свой сюжет».

Когда он впервые прочел вам что-то из своих произведений?

Любовь:

«Я сейчас уже не вспомню, что именно он мне прочитал первым. Но перед тем как предъявить на суд режиссеров любую свою пьесу, он обязательно сначала давал ее мне. Наверное, поскольку я филолог». (Улыбается.)

Вы только читали и высказывали свое мнение или же что-то поправляли?
Любовь:
«Если и поправляла, то грамматические ошибки. Я была грамотнее в этом плане. (Улыбается.) Гриша просто советовался. Нельзя сказать, что я принимала большое участие в его творчестве. Он все делал сам».

Он интересовался вашим мнением о своих работах?

Любовь:

«Конечно. Однажды, когда мы уже были женаты, они с Аркадием Аркановым написали пьесу „Лестничная клетка“. Гриша дал мне ее прочитать, и мне она не понравилась (сразу скажу, что это был первый и единственный случай, когда я что-то так всерьез критиковала). А по времени пьесу надо было уже сдавать в Театр сатиры. Пришел Арканов, а Гриша расстроен: „Знаешь, Любе не понравилось!“ Арканов не нашел ничего умнее, чем сказать: „Ну, не все же в театре дураки!“ Правда, он на таком уровне никогда со мной не разговаривал. (Смеется.) Но через несколько дней оказалось, что и Валентин Плучек тоже не в восторге от произведения. С тех пор Гриша стал доверять моему вкусу».

А как он работал?

Любовь: «

Скажу так: работал он не мучительно, нет. Мне кажется, что ему легко все давалось. Но иногда случались «заторы», и в такие моменты он говорил: «Я не знаю, что дальше будет с героями, в какую сторону мне двигаться». Когда он писал про похождения барона Мюнхгаузена, я лежала в больнице. Гриша пришел меня навестить, и мы вышли прогуляться во дворик. Вдруг он сказал: «Второй акт не получается, хоть вешайся!» А я, смеясь, в ответ: «Представляешь, и все будут потом говорить: «А, это тот самый Горин, который повесился из-за Мюнхгаузена?» Так родилось название «Тот самый Мюнхгаузен». И такое бывало, но редко, очень редко. Еще он мог целый день просидеть с удочкой в руках. В это время он размышлял, придумывал своих героев, их реплики».

Популярность «Мюнхгаузена» была ошеломляющей. Горин не изменился после такого успеха?
Любовь:
«Нет, он не „забронзовел“. И Гришу действительно любили в народе благодаря этой пьесе.

Как-то таксист, который узнал его, заявил: „За Мюнхгаузена я готов везти вас бесплатно. Но начальство не поймет!“ Правда, активно его начали узнавать в лицо, когда он появился на телеэкранах как ведущий передачи „Белый попугай“.

И очень жалко, что большими тиражами его книги стали печатать только после его смерти».

Считается, что театр «Ленком» в его сегодняшнем виде начался с постановки «Страсти по Тилю», где блистали Инна Чурикова и начинающий тогда актер Николай Караченцов. Любовь Павловна, вы помните период создания пьесы, по которой был поставлен спектакль?
Любовь:
«Очень хорошо помню! Мы тогда жили на улице Горького, недалеко от „Ленкома“.

Я помню, что Гриша сразу согласился на предложение Марка написать пьесу. И тут же взялся за работу. После чего Захаров стал приходить к нам каждый день. Они с Гришей долго обсуждали следующие главы. И Марк уносил новые исписанные листы в театр. Удивительно, но репетировать пьесу начали тогда, когда Гриша ее еще не закончил. Все дописывалось в процессе.

Я как-то раз была на репетиции, а там Олег Янковский и Саша Абдулов. Они просто пришли посмотреть, как репетирует Марк, хотя и не были заняты в спектакле. Думаю, всем хотелось быть причастными.
После премьеры „Тиля“ у нас в доме начали появляться знаменитые люди. А однажды, открыв дверь, я увидела на пороге Евгения Евтушенко.

Представляете? В то время это было чем-то фантастическим!»

У вас дома часто собирались компании? Почему-то считается, что все сатирики — люди, предпочитающие одиночество…
Любовь:
«Гриша был жизнерадостным человеком. Любил людей, любил общаться с ними. У нас частенько бывали гости. Однажды даже приехала Марина Влади. Мы познакомились с ней в Париже и подружились, у нас оказались общие друзья.

А вот когда она собралась приехать к нам домой, я начала очень стесняться, говорила Грише, что уйду, — я не понимала, как надо принимать такую актрису, почему-то очень смущалась. А Гриша удивлялся: „Ты что? Куда ты пойдешь? Оставайся дома!“ Он ее встретил, привез к нам.

Помню, я открыла дверь, а Марина с порога: „Ой, какая ты симпатичная!“ Представляете, этим комплиментом она тут же сняла всю мою нервозность. Интересной получилась история ее знакомства с Володей Высоцким. Гриша со своим приятелем повел Марину в ресторан. Меня с ними не было, чем-то я тогда была занята.

Так вот, там за соседним столиком сидел Высоцкий, он был один. Гриша предложил ему пересесть к ним, чтобы не скучал. Так у Марины с Володей начался роман».

Вы в начале интервью упомянули о компании вашего мужа, куда входили Андрей Миронов, Александр Ширвиндт, Марк Захаров, Михаил Державин. Известно, что они любили подшутить друг над другом…

Любовь:

«Как говорил Олег Янковский, наша компания определяла климат. Все хотели с нами общаться, дружить. Когда, возвращаясь с работы, я слышала счастливый смех Гриши, точно угадывала, что звонит Андрюша Миронов. Ни разу не ошиблась. У нас было весело. Смешным Гриша быть не боялся, а шутки пробовал на своих знакомых. Как-то Игорь Кваша сообщил всем, что он решил не праздновать свой день рождения. Вот мы и договорились при-ехать к нему без приглашения. Гриша со мной, Андрюша Миронов с Ларисой, Аркаша Хайт с Люсей. Все оделись в какую-то рабочую одежду, телогрейки, а на груди у Гриши висела табличка со словами: „Да, я хуже татарина!“ Еду и выпивку мы взяли с собой. Игорь открыл дверь, мы прошли в комнату, сели на пол и стали праздновать его день рождения, произнося тосты и добрые слова о его родителях. Сам Кваша пытался привлечь внимание незваных гостей, прыгал вокруг нас, хохотал. Но все мы сидели с непроницаемыми лицами. И обратили внимание на именинника, только когда бутылка оказалась пустой».

Страсти по Жанне Д’Арк

Вы ведь с Григорием Израилевичем практически не расставались, все время были вместе?
Любовь:
«Да, и путешествовали, и на разные фестивали ездили. Когда снимали фильмы по его пьесам, я тоже присутствовала вместе с ним на съемочной площадке, если это происходило в Москве. А иногда я с ним и дальше выезжала. Да-да, как правило, он брал меня с собой».

Вы были музой для вашего мужа?
Любовь:
«Как я могу про себя говорить? Мне неловко». (Смеется.)

А вашими фразами, жестами он награждал героинь своих пьес?
Любовь:
«Иногда бывало, но я хочу, чтобы об этом было сказано очень скромненько».

Я вот к чему вас об этом спрашиваю. Дело в том, что Марк Захаров утверждал, что в «Том самом Мюнхгаузене» образ героини Елены Кореневой списан с вас.
Любовь:
«Не знаю, не знаю, надо перечитать. (Улыбается.) Вот сейчас вспомнила одну фразу, которая точно вошла в фильм.

Была у Гриши приятельница по имени Жанна, которая открыто предлагала ему жениться на ней. И когда он бывал мной недоволен, я всегда произносила: „А почему ты не женился на Жанне д’Арк? Она же была согласна“.
Еще вспомнила.

В спектакле „Страсти по Тилю“ была лирическая сцена, когда Неле (Инна Чурикова) говорит Тилю (Николаю Караченцову): „Знаешь, какая я сильная? Я за тебя кому хочешь глазки выцарапаю!“ Все зрители в слезы, а я, ко всеобщему удивлению, засмеялась. Просто никто не знал, что эту фразу я как-то сказала Грише на кухне.

Потом еще у Чуриковой были такие слова: „Почему я все понимаю, но ничего не могу?“ Это тоже Гриша взял из моего лексикона. Арканов, наверное, ревновал из-за этого!»

Почему он должен был ревновать?
Любовь:
«Они же с Гришей были самыми близкими друзьями. А потом, когда появилась я, они уже не встречались так часто, как раньше. Хотя я не запрещала, ни в коем случае».

Истринская «ссылка»

Как вы любили проводить свободное время, когда оно появлялось?
Любовь:
«Когда мы бывали в Москве, двери нашего дома всегда были открыты. А еще нам очень нравилось жить на нашей даче на Истре.

Гриша часто сбегал туда работать, потому что в Москве не переставая звонил телефон, и это сильно его отвлекало. Я приезжала к нему на субботу и воскресенье. Ведь я каждый день работала.

А вот лето мы в основном проводили на даче».

А где вы работали?

Любовь:

«Много где. На Всесоюзном радио в отделе сатиры и юмора. Была редактором передач «С добрым утром!», «Вы нам писали», «Опять двадцать пять». Еще на «Мосфильме». В объединении комедийных и музыкальных фильмов была редактором картин «Жестокий романс», «Гараж», «Забытая мелодия для флейты», «О бедном гусаре замолвите слово», «Кин-дза-дза!», «Человек с бульвара Капуцинов», «Будьте моим мужем»…

Каким Григорий Израилевич был в быту? Он мог, к примеру, злиться?
Любовь:
«Я не помню такого».

А переживал?
Любовь:
«По поводу того, что связано с работой? Тоже не помню. Ему никогда и ничего не возвращали. Не говорили переделать. Думаю, дело тут вот в чем. Он же писал не по заказу, а то, что сам хотел. В результате все получалось с первого раза, поэтому и переживаний не было».

Кто был главным в семье в бытовом плане?
Любовь:
«Я по национальности чистокровная грузинка, но русскоязычная. И я привыкла к тому, что мужчине отводится главная дорога. Но у нас с Гришей не существовало никакого разделения.

Я никогда не ощущала ни малейшего давления с его стороны. Вот различные счета оплачивал только он, так уж повелось: мне очень трудно общаться с деньгами. Терпеть этого не могу. Я бы, может, и занималась бытовыми вопросами, но Гриша сам взял это на себя».

А как понять — «мне трудно общаться с деньгами»?
Любовь:
«А я этим не интересовалась вообще. Я просто брала столько денег, сколько мне было нужно на текущие расходы. Но никогда не злоупотребляла. Я же непьющая и негулящая. (Смеется.) Правда, после смерти Гриши мне все же пришлось начать общаться с деньгами, куда же деваться».

Жизнь с чистого листа

Мало кто даже из ваших знакомых знает, что до встречи с Гориным вы были замужем…

Любовь:

«…слегка». (Смеется.)

Правда, что после свадьбы Григорий сказал вам: мол, все, что было до встречи с ним, нужно забыть, будто никого и ничего не существовало?
Любовь:
«Это так. Но я вообще никогда не говорила о своем первом замужестве. Никто меня не спрашивал. И тема это ни разу не возникала.

А откуда вы об этом узнали?.. Да, Гриша действительно такое сказал. Было так: однажды я увидела на Гришином столе мой старый паспорт. Откуда он его взял? Видимо, я положила его в какую-то книгу, и он выпал, когда Гриша брал ее с полки.

Так вот, он мне тогда сказал: „Чтобы я это больше никогда не видел!“ И все, для него эта тема была закрыта».

Вы сознательно не заводили детей? Я слышал, что Горин отшучивался в ответ на подобные вопросы, говоря, что он сам еще ребенок.
Любовь:
«Нет. Есть такое понятие, как несовместимость резус-факторов. В общем, я была беременна, лежала на сохранении. Но случился выкидыш».

После смерти Горина вы пытались уйти из жизни, но врачи вас спасли (после того как не стало ее мужа, Любовь Павловна выпила ударную дозу таблеток — она считала, что без него ей тоже нет смысла жить. — Прим. авт.).

Сегодня друзья вас не забывают?
Любовь:
«Не забывали. (Грустно улыбается.) Раньше всегда приглашали на спектакли. Мы вместе отмечали Гришин день рождения. Но последний год обо мне забыли. Не приглашают.

Наверное, людям некомфортно общаться с вечно печальным человеком, даже если причиной тому смерть их близкого друга».

Сейчас чем занимаетесь?
Любовь:
«Да ничем. Читаю книжки, плаваю».

А чего хотелось бы?
Любовь:
«Чтобы он был жив! Его мне никто не может заменить. Делали предложение два человека, наши приятели, так я обиделась, перестала с ними общаться. Один из них — Владимир Войнович. Жил в нашем доме. Слава богу, он жив.

Другой — Юрий Крелин (писатель, публицист и врач, по его повести „Хирург“ в конце семидесятых был снят трехсерийный телевизионный фильм „Дни хирурга Мишкина“ с Олегом Ефремовым, Евгением Евстигнеевым и Галиной Польских в главных ролях. — Прим. авт.).

Он, к сожалению, умер».

А сегодня устраивают вечера памяти Горина?

Любовь:

«Теперь уже не устраивают. Но для меня Гриша все равно до сих пор жив…»

Источник: https://www.womanhit.ru/on-i-ona/lovestory/654672-lyubov-gorina-dlya-menya-grisha-do-sih-por-zhiv.html

Ссылка на основную публикацию