Наталья осипова — биография знаменитости, личная жизнь, дети

Наталья Осипова: личная жизнь

Балерина Наталья Петровна Осипова известна не только у себя на родине, в России, но и далеко за ее пределами. Она выступает как прима в Лондонском Королевском балете и Михайловском театре. На концерты с ее участием выстраиваются очереди поклонников.

Родилась талантливая девушка в самой столице – городе Москве 18 мая 1986 года. Изначально ее привлекал отнюдь не балет, а гимнастика, но из-за травмы занятия пришлось прекратить.

По рекомендациям специалистов родители отдали девочку на балет, потому как она подавала довольно большие надежды и талант нужно было развивать.

После школы Наталья стала студенткой Московской академии хореографии, а по ее окончании зачислена в труппу Большого театра.

Далее карьера Натальи Осиповой развивалась с завидной скоростью. В 2007 году она уже получила премию как лучшая балерина классического балета, а в 2009 ее пригласили балериной в Американский балетный театр на главные партии. Такое везение выпадает далеко не каждому, многие талантливые балерины так и не удосуживаются попасть на такие сцены.

Но на этом достижения Натальи не закончились. Она продолжала совершенствоваться и развиваться, ей покорялись все новые вершины как отечественного, так и зарубежного балета. Сейчас Наталья Осипова занимает почетное звание примы  American ballet theatre. С 2013 года между ней и Royal Ballet (Лондон) заключен постояннодействующий контракт.

Не смотря на то, что Наталья достигла запредельных высот в своей профессии, многие критики недоумевали, как ей это удалось. Ведь ее фигура далека от балетных стандартов и идеалов, манерность тоже далеко не изысканная, да и движения порой выдают недостаток правильной постановки.

Однако все перекрывает Наташина харизма и умение совершать прыжки так, как никто другой этого сделать не сможет. Многие смотрят на ее зависания в воздухе, на то, как она порой просто парит над сценой и недоумевают, как у этой девушки все это получается.

Но известная балерина не раскрывает своих профессиональных секретов.

В личной жизни у Натальи Осиповой пока не все так гладко, как в карьере. Несколько лет у нее длился роман с коллегой по сцене Иванов Васильевым. Пара проводила вместе много времени не только на сцене, но и за ее пределами. Однако в один момент в их отношениях произошло нечто, что положило им конец. Ребята просто решили расстаться, а вместе с этим прекратили совместное сотрудничество.

Сейчас пресса поговаривает о том, что Иван решил жениться Марии Виноградовой. А вот Наталья Осипова продолжает оставаться завидной невестой. От вопросов по поводу личной жизни девушка тактично уходит, а если уж и отвечает на них, то только то, что у нее сейчас очень много работы и ни о какой личной жизни речи не может быть.

Возможно вам также будет интересна статья Ольга Рыжикова: личная жизнь

Источник: http://lichnaya-zhizn.ru/blog/natalja_osipova_lichnaja_zhizn/2016-03-31-1346

Евгения Осипова – биография, личная жизнь, дети

Родилась 24 мая 1986 года в простой провинциальной семье в Туле. В 9 лет она осталась без отца, который умер из-за проблем с сердцем. Поэтому дальше девочку растила 28-летняя мама, молодая вдова, которая делала для дочки все.

Евгения это понимала, поэтому сейчас о маме отзывается только положительно, говорит, что без мамы она не стала бы той, кем сейчас является.

С самого детства Женя хотела стать моделью, даже пошла в модельную школу. Там ее внешность и фотогеничность оценили. Московское модельное агентство «Мадемуазель» пригласило девушку сотрудничать.

Будущая актриса переехала в Москву. Она сама нашла себе квартиру, перевелась в московскую школу (кстати, девушка подавала заявки в разные школы, но в 4 из них получила отказ), устроилась в McDonald’s, где получала по 500 долларов в месяц, из которых ей на прожитие оставалось всего 200, так как 300 долларов девушка ежемесячно платила за квартиру.

Но всю дальнейшую жизнь изменила случайная встреча будущей актрисы с семьей Безруковых, Ириной и Сергеем. По словам девушки, в 17 лет она ловила попутку, а машина, которая остановилась, принадлежала именно этой звездной паре.

Дорога была не близкой, поэтому артисты разговорились с Женей, а потом посоветовали ей поступать в Российскую академию театрального искусства, сказав, что у нее отличная внешность для актерства, да и таланты имеются. Девушка решила прислушаться к совету. С первой попытки будущая знаменитость поступила в академию, а в 2007 году успешно ее закончила.

Внешность девушки, по словам критиков, идеально подходит для ролей провинциалок. Наверное, именно поэтому сразу же после окончания вуза молодую Осипову пригласили на главную роль в фильм, после которого Женя проснулась знаменитой, – «Доярка с Хацапетовки».

Наверное, она понравилась режиссерам именно тем, что и сама была с провинции, никогда не боялась никакой работы, наоборот, всегда стремилась всем помочь.

Решив, что возвращаться домой стыдно, Катя устраивается на работу в ресторан официанткой. Когда ее оттуда увольняют, она встречает Диму (Кирилл Жандаров) и Васю (Владимир Жеребцов).

Дима предлагает ей взаимовыгодную сделку: Катя должна выйти за него замуж, чтобы он смог получить наследство дедушки, а девушка сможет остаться в Москве и жить в приличном месте. Вскоре фиктивные чувства героев перерастают в настоящие.

В подростковом сериале «Закрытая школа» девушка играла Юлию Самойлову, смелой, умной и в то же время избалованной 16-летней ученицы школы, дочки известных и богатых адвокатов. По сюжету, подросток умеет видеть и разговаривать с призраками. Несмотря на то, что на момент съемок Евгении было уже 25 лет, она отлично справилась со своей ролью.

Следующий сериал, в котором снялась актриса, – «Башня». За жанром это детективный мистический триллер. Тут Евгения превращается в Юлю Бережкову, которая приходит в «Башню» (здание будущего), чтобы устроиться на работу секретаршей.

Сериал «Карпов» за жанром криминальный детектив. Актриса получила роль Аллы.

Кстати, на съемках триллера «Башня» Евгения Андреевна встретила своего будущего мужа, Анатолия Симченка. Он был оператором во время съемок сериала. Встречались они около года, а в 2011 году поженились.

Евгению Андреевну Осипову можно стабильно четыре-пять раз в год видеть на экранах в главных ролях фильмов и сериалов.

В начале июля 2018 года с Евгенией произошел неприятный инцидент, прямо во дворе ее дома. По словам очевидцев, актриса пыталась защитить свою подругу, которую на ее глазах избивал муж, а в итоге он избил и Евгению. Врачи диагностировали сотрясение мозга. Сейчас с молодой мамой все хорошо.

Источник: https://askonline.ru/evgeniya-osipova-biografiya-lichnaya-zhizn-deti/

Наталья Осипова: «Идти вперед и развиваться!» :: Частный Корреспондент

О том, как начиналась карьера, о романтизме и выносливости, Большом и Михайловском театрах, Ратманском и многом другом – в эксклюзивном интервью, записанном в США.

Наталья Осипова – самая непредсказуемая, самая необычная балерина нашего времени.

Окончив Московское хореографическое училище, она пришла в кордебалет Большого театра, но уже в первом сезоне станцевала восемь сольных партий.

О блистательных прыжках-полетах Осиповой заговорила вся Москва. Китри, Жизель, Сильфида, Медора – главные партии следовали одна за другой.

Балетному миру ее имя стало известно в 2007 году, во время триумфальных гастролей Большого театра в Лондоне. После «Дон Кихота» балетный критик Клайв Барнс назвал ее «редким и прекрасным талантом», а газета «The Guardian» посоветовала любителям балета увидеть Осипову любой ценой: «Выпрашивайте билеты, воруйте, отнимайте с боем!»

Нью-Йорк, Париж, Милан, Берлин; Американский балетный театр, Гранд-опера, Ла Скала, балет Баварской государственной оперы – за несколько лет Осипова покорила все балетные столицы мира и выступила со всеми лучшими балетными труппами.

Ее премии и награды стали закономерным продолжением головокружительной карьеры. Премия Леонида Мясина, премия жюри «Золотой маски», приз «Benois de la dance», Гран-при Международной балетной премии «Dance Open»… Осенью прошлого года о балерине снова заговорил весь мир.

Осипова уходит из Большого и c первого декабря 2011 года становится примой-балериной Михайловского театра.

Я застал Наташу в Нью-Йорке в разгар репетиций «Жар-птицы» И.Стравинского. Мировая премьера балета в постановке Алексея Ратманского состоится в конце марта в Калифорнии.

А до этого в составе труппы Американского балетного театра Наталья Осипова впервые выступит в Чикаго. 24 марта она танцует Жизель.

— Вы любите танцевать эту партию?
— Это одна из моих любимых партий, если не сказать – самая любимая. У каждой из великих балерин прошлого — Улановой, Бессмертновой, Фраччи, всех не перечислишь, — была своя Жизель.

«Жизель» – не тот балет, в котором можно поразить зрителей техническими приемами. Я воспринимаю его, как драматический спектакль. Главное в нем — быть искренней, найти свою Жизель, представить себя в этом образе.

— Как вам кажется, вы нашли этот образ или еще в поиске?
— Век живи – век учись. Я всегда буду продолжать искать мою Жизель. Я только нащупала ниточку к этому образу. У меня есть свое понятие о том, какая она — Жизель. Насколько я хорошо раскрываю этот образ, не мне судить. Но в каждом спектакле я стремлюсь открыть что-то новое.

— Когда вы только начинали репетировать Жизель, в балетном мире говорили: «Эта партия – не для Осиповой». Вы слышали о себе такие разговоры?
— Конечно, слышала. Кроме моей первой партии — Китри в «Дон Кихоте» — каждая следующая (Сильфида, Гамзатти, Аврора) вызывала недоумение у окружающих.

«Как же она будет танцевать этот спектакль, когда это совсем не ее?!» С Жизелью было абсолютно то же самое. Никто не верил в меня, и я сама, честно могу сказать, с опаской подходила к этой роли. Мне ее дал Алексей Ратманский, когда работал в Большом театре. Он в меня поверил…

Я понимаю, что в моем образе, наверно, не хватает романтики. Поэтому больше внимания я уделяю реалистичности.

Мне хочется, чтобы зрители видели историю с настоящими эмоциями и переживаниями, а не просто красивую сказку.

— Как вам работается с труппой Американского балетного театра?
— Я работаю с ней четвертый год. Поначалу, конечно, было сложно. ABT был первой зарубежной труппой, с которой я выступала. Но потом привыкла, обжилась.

Мне нравится танцевать в ABT, я обожаю эту труппу. Здесь работает наш легендарный педагог Ирина Александровна Колпакова. Я подготовила с ней все мои американские партии. Здесь у меня чудесные партнеры!

— После выступления в Большом театре ваш партнер Дэвид Холберг стал особенно популярным среди русскоязычных любителей балета.
— Дэвид был моим партнером в дебютном спектакле в АBТ. Это была как раз «Жизель». Спектакль прошел прекрасно, впечатления о нем останутся у меня на всю жизнь.

Дэвид – чудесный человек и прекрасный партнер. Я очень рада, что он встретился мне в жизни и мы станцевали с ним уже не один спектакль. Вместе с ним мы танцуем в Чикаго.

— Замечательно, что мы вас увидим как раз с ним! Наташа, это правда, что мы должны сказать спасибо Нине Ананиашвили за то, что она предложила руководителю ABT Кевину Маккензи взять вас в театр?
— Я знаю, что это была идея Нины, за что я ей несказанно благодарна. Она говорила с Кевином по поводу моего прихода в театр.

«Наталья Осипова и Иван Васильев уходят из Большого в Михайловский театр.» «Звездная пара Осипова-Васильев покидают Большой театр.» «Наталья Осипова и Иван Васильев переросли Большой.»

Эти и другие заголовки заполонили недавно новостные ленты газет и журналов. Новости из Москвы удивили весь балетный мир. Ведущие солисты, премьеры московской сцены, гордость Большого – и вдруг уход из театра.

Конечно, в беседе с Натальей Осиповой я не мог пройти мимо главной балетной новости последнего времени.

В Большом театре все стало очень предсказуемо. Я понимала, что все интересное я уже станцевала и репертуара не прибавится…

Мы Большой очень любим. Ничего негативного не могу сказать ни о театре, ни о партнерах. Просто нам захотелось что-то поменять в жизни. Не хочется останавливаться. Хочется идти вперед и развиваться!

— Вас уговаривали остаться?
— Всем было не очень приятно, что мы это сделали, и нам самим это было очень тяжело…

Конечно, на нас обиделись. Мы это понимаем. Но с другой стороны, мы не хотели этим решением никого обидеть. Труппа в Большом театре замечательная, но, к сожалению, наши пути расходятся.

— Вы уходите навсегда или не исключаете для себя возможности возвращения в театр в качестве приглашенной примы-балерины?
— Большой театр – наш дом. Мы там выросли, добились признания, там работают наши учителя.

С моим педагогом Мариной Викторовной Кондратьевой я проработала семь лет, и, приехав недавно в Москву, продолжала с ней репетировать.

Она на всю жизнь останется для меня главным педагогом. Нам бы не хотелось рвать отношения с Большим театром. Конечно, хотелось бы появляться в театре в качестве приглашенных артистов.

— Вы работали в Большом театре с 2004 года. Какими были для вас эти семь лет?
— Очень яркими! Каждый год был насыщенным, работы было много, и я достаточно много сделала. Я достигла какого-то этапа, стала балериной, станцевала практически весь классический репертуар, современные балеты, много гастролировала…

А сейчас пришел период, когда с накопленным опытом я буду совершенствоваться дальше… Время покажет, правильное ли это решение. Я пока нисколько не жалею.

— Ваш уход из Большого театра совпал по времени с открытием исторической сцены после реконструкции. Это случайность?
— Конечно. Сначала мы хотели уйти в начале года, но не получилось. Нам надо было уходить в тот период, когда составлялось расписание на следующий сезон.

Во всех европейских и американских театрах это делается в начале сезона. Если бы мы уходили зимой, мы бы уже не смогли построить следующий сезон так, как нам хотелось. Так совпало.

Читайте также:  Михаил шац - биография знаменитости, личная жизнь, дети

— Почему из Большого театра вы перешли в Михайловский?
— Нам очень не хотелось уезжать из России. Владимир Абрамович Кехман (Генеральный директор Михайловского театра. – Прим. автора. ) уже достаточно давно обращался с предложением перейти к нему в театр.

Сначала мы как-то это всерьез не воспринимали, а в этом сезоне, когда решили уходить из Большого, задумались. Санкт-Петербургский Михайловский театр — театр прогрессивный.

Там работает замечательный хореограф Начо Дуато, есть спектакли, которые нам интересно станцевать, например, балет «Лауренсия», который идет только в Михайловском театре, плюс весь остальной классический репертуар.

— Как вас встретили в театре?
— Нам создали прекрасные условия. Спектакли с нашим участием ставят в удобное для нас время в зависимости от нашего расписания. Обещали, что будут ставить спектакли на нас.

Труппа в Михайловском замечательная, и театр замечательный: милый, уютный, домашний. Нам как раз хотелось камерности после Большого театра и огромного количества людей.

— Очень приятно, что вы перешли в труппу Михайловского театра. Он всегда был в тени Мариинки…
— Это разные театры. В Михайловском всегда бурлила жизнь, были новаторы, рождались новые и интересные балеты. Сейчас у театра очень хорошие перспективы, и он становится интересен широкой публике.

— Но ведь никуда не уйдешь от конкуренции в балетном мире! Как вас встретили балерины Екатерина Борченко, Оксана Шестакова, другие примы Михайловского? Они танцевали главные партии, а тут приходите вы, и все лучшее уже вам, и они уходят в тень…
— Я такого не заметила. Наоборот, мы вводились в новый спектакль, и нам все искренне пытались помочь.

Мы – люди абсолютно не звездные. У нас таких замашек нет. К тому же мы танцуем один-два спектакля в месяц. Не думаю, что мы многое отнимаем у других.

Мы все достаточно разные. У меня свои спектакли, у них — свои. Поэтому мы ничего ни у кого не забираем. Мы пришли с уважением к труппе.

— Вы переехали в Санкт-Петербург?
— Нет, мой дом и мои родители остались в Москве. Своего жилья в Санкт-Петербурге у нас нет. Мы приезжаем туда на то время, пока танцуем.

Так же мы проводим время в Америке. К сожалению, я сейчас понимаю, что в этом году мы практически в Москве не будем. Четыре-пять дней в году, не больше.

— Чувствуете ли вы разницу в подготовке балетных артистов – выпускников Вагановского и Московского хореографического училищ?
— Мы все представляем одну русскую балетную школу, но только мы разные, как Москва и Питер разные. Я уже столько натанцевалась в разных труппах и в Америке, и в Европе, что впитала понемножку от всех.

У меня гибкая натура, я подстраиваюсь под любую хореографию. (Смеется.) Мы все разные, но в целом я считаю русскую школу лучшей.

С пяти лет Наташа Осипова занималась спортивной гимнастикой. В балет пришла случайно, после травмы спины. Тренеры посоветовали родителям попробовать балет.

— Наташа, если бы не травма, вы бы продолжали заниматься спортивной гимнастикой или все равно были мысли о балете?
— В детстве мыслей о балете никаких не было, поэтому я не исключаю, наверно, что если бы у меня сложилось все хорошо, я так и продолжала бы заниматься гимнастикой. Мой переход в балет был действительно случайностью.

— А если бы сейчас вам сказали отмотать «пленку жизни» лет на пятнадцать назад, пошли бы опять по балетному пути?
— Да, конечно, и занималась бы еще с большим упорством. С одной стороны, это сложно и тяжело, с другой – очень интересно. В этом — смысл жизни. Без балета не можешь ни жить, ни дышать.

Уже в десять лет приятно осознавать, что у тебя есть профессия, а в восемнадцать ты готовый профессионал и знаешь, ради чего работаешь.

Лет в сорок мы заканчиваем свою карьеру, и у нас остается полжизни на то, чтобы еще в чем-то себя реализовать.

— У вас еще все впереди в балете, так что о второй половине жизни думать рано.
— Да, я даже половину своего срока не проработала. (Смеется.)

— Наташа, в 2007 году в Лондоне вы проснулись знаменитой. Что это такое – испытание славой?
— Пока не знаю. Вы даже не представляете, какая колоссальная работа была проведена до того момента, когда я в Лондоне вышла на сцену.

Я была совсем юная, и Алексей Ратманский поверил в меня, дал мне станцевать Китри в «Дон Кихоте». Я работала день и ночь, готовила этот спектакль.

Я так устала, что на сцене мне было уже все равно. Такое напряжение выдерживать было очень сложно, но в итоге я получила невероятное удовольствие от спектакля.

Была прекрасная пресса, и сейчас я вспоминаю это, как сказку. С другой стороны, мне кажется, в тот момент я это заслужила.

— Думали ли вы, начиная в Большом театре с кордебалета, что у вас сразу пойдут главные партии?
— С первого месяца в Большом театре мне начали давать вариации, и в кордебалете я практически ничего не танцевала. Сразу стала танцевать ведущие партии.

— О вас пишут, что вы физически очень выносливая. Как вы выдерживаете такие нагрузки?
— Спортивная закалка с детства плюс моя «физика». Я такой родилась. Сильная от природы. Крепкая.

— Но при этом станок никто не отменял и вы продолжаете репетировать, как все?
— Всегда по-разному. Смотря, какие спектакли и какой график. Иногда полностью класс не делаем. Но каждый день репетируем.

— Самый банальный вопрос – любимая балетная партия?
— Они все любимые, но в разное время разные партии нравятся больше. Сегодня – Джульетта в «Ромео и Джульетте» Прокофьева. С таким трепетом я сейчас ни к одной партии не готовлюсь. Для меня музыка Прокофьева – космос.

— Эта партия очень романтична…
— Джульетта — очень сильная героиня. Не могу сказать, что она — лиричная, она скорее лирико-драматическая. Она – настоящая. Она – личность.

— У вас есть кумир в балете?
— Их очень много, но я назову одного – Рудольф Нуреев.

— Есть какие-то партии, которые вы еще не станцевали, но о которых вы мечтаете?
— Мечтаю о многих партиях. Я всегда мечтаю станцевать все! В ближайшем будущем мне бы хотелось станцевать Манон.

Скоро буду танцевать Татьяну в балете «Евгений Онегин». В этом году мне все-таки придется станцевать «Лебединое озеро», от которого я так долго отказывалась.

— Почему? Это же та вершина, без которой не обходится ни одна балерина! Не танцевать «Лебединое…» — все равно, что музыканту никогда не исполнять Баха и Моцарта.
— Трудно сказать, почему. Не чувствовала, не понимала этой партии, не верила в себя, не знала, что хочу сказать в этом балете.

Все привыкли видеть лебедей красивыми и высокими. Я – другая. Невысока, не обладаю потрясающе красивыми линиями.

Одной «физикой» не возьмешь. Поэтому нужно что-то невероятно интересное рассказать зрителю в этом спектакле. Еще год назад я думала, что никогда в жизни не буду танцевать «Лебединое…»! Даже желания не было.

Но вот сейчас я начинаю понимать, что бы мне хотелось. Думаю, что должна попробовать. Если это не мое и у меня не получится, я пойму сама и больше не буду этого делать. Но попробовать надо обязательно!

— Расскажите, пожалуйста, о вашей работе с Алексеем Ратманским. Что отличает его от многих других современных хореографов?
— На мой взгляд, он — либо один из лучших, либо лучший хореограф современного балета. Он – невероятно музыкальный человек, что очень важно в балете.

Он ставит балеты практически в любом жанре, работает с любой формой и любым содержанием. У него есть свой язык и свой почерк. Он универсален.

Хореографию Ратманского, его стиль не спутаешь ни с каким другим. Он невероятно привлекает артистов, когда показывает, объясняет…

Каждая встреча с ним – интересный лабиринт с неизвестным финалом. Я танцевала во многих его спектаклях, и они все разные.

«Пламя Парижа», «Утраченные иллюзии», авангардная «Игра в карты», «Русские сезоны», «Средний дуэт» – невозможно представить, что все эти балеты поставлены одним человеком! Он очень многообразен.

— Впереди – ваш дебют в Чикаго. Чикагскую балетную публику вы еще не знаете, но с нью-йоркской знакомы уже достаточно хорошо.

Она отличается от российской?
— Каждая публика в каждой стране очень отличается друг от друга. Но в Америке всегда танцевать приятно.

Публика живая, восприимчивая, очень тепло на все реагирует и не скупится на аплодисменты. Люди сопереживают и не стесняются выражать свои эмоции.

— Где сложнее танцевать: на гастролях или дома?
— Сложнее всегда танцевать дома.

— А как же выражение «дома и стены помогают»?
— Они вроде и помогают, но и требуют многого.

Вопросы задавал Сергей Элькин (Чикаго)

ОТПРАВИТЬ:       

Источник: http://www.chaskor.ru/article/natalya_osipova_idti_vpered_i_razvivatsya_26439

Звезды британского балета Наталья Осипова и Сергей Полунин в Нью-Йорке

Очередь за билетами на спектакль Natalia Osipova & Artists

Очередь за билетами на перформанс Natalia Osipova & Artists растянулась почти за квартал. Субботний спектакль известной российской балерины собрал в Нью-йоркском City Center аншлаг.

Афиша Natalia Osipova & Artists

Прима Лондонского королевского балета решила попробовать себя в новом жанре -contemporary dance. Осипова привезла в Нью-Йорк три одноактных истории, каждая из которых, поставлена в собственной стилистике тремя различными хореографами.

Первый спектакль Run Mary Run оказался самым простым — он предлагал понятный сюжет, не требующий толкования. Девушка любит юношу, а тот любит пить, курить и колоть в вены наркоту. Счастье их яркое, но непродолжительное. Он умирает молодым, а она — нет. И любовь тоже — нет.

На создание истории режиссера Артура Питу вдохновил альбом Эми Уайнхаус Back To Black, которая в свою очередь впечатлилась девичьей группой 60-х The Shangri-Las.

Фото предоставлено пресс-службой Натальи Осиповой

Артур Пита, режиссер: “Я слушал эти песни и поражался их театральности. Звуковые эффекты и отрывки слов глубоко исполненные Мэри Вайс, делают эти песни предвосхищающими время.

Такой тип песен, известный как “диски смерти” часто рассказывал о расставаниях и смерти и делал это с точки зрения девочки-подростка с разбитым сердцем. Мне хотелось переделать эти песни в рассказ. Я знал, что Наталье понравится мелодрама, и также знал, что это добавит правды в образ персонажа.

То, что мы сделали, похоже на так называемое дорожное кино, на обреченную любовную историю о навязчивых и поглощающих отношениях с сексом, наркотиками и рок-н-роллом”.

Run Mary Run Осипова танцевала с Полуниным. Трагикомическая пара персонажей растрогала Нью-Йоркскую публику, но не впечатлила критиков.

Британские обзоры (Великобритания увидела спектакль первой) и американские полны осуждения: Осипова драматически не “дожала” роль растерянной влюбленной девочки.

Зато в этом моменте все довольны Полуниным — “плохой парень мирового балета” (именно так артиста называют таблоиды) был в роли наркомана убедителен. Впрочем, как мы уже сказали, зритель остался доволен.

Сценография спектакля минималистична до гениального. Например, куча черной крошки символизирует землю, которая “засасывает” героев, а качели, на которых катается героиня, — ее легкомысленное поведение.

Хореография — нечто среднее между модерн данс и классическим балетом.

Фото предоставлено пресс-службой Натальи Осиповой

Вторая часть вечера — спектакль Qutb (стержень, ось — на арабском) в постановке Сиди Ларби Шеркауи — история без сюжета. На сцене, залитой оранжевым светом, под арабскую музыку бесконечно вплетаются друг в друга трое героев — два мужчины и женщина (Джейсон Киттелбергер Джеймс О’Хара и Наталья Осипова).

Автор спектакля рассказывал о “неизвестной и опасной территории».

Сиди Ларби Шеркауи, постановщик Qutb : “Три танцора воплощают множество вещей: иногда они — жертвы природной катастрофы. Они поднимают друг друга из руин и проносят через развалины. Есть ощущение страдания и беззащитности, но одновременно и исцеления, освобождения и взаимной помощи”.

Фото предоставлено пресс-службой Натальи Осиповой

Именно Qutb — в чистом виде — современный балет. И его главное достоинство — то, что каждый зритель видит то, что хочет увидеть. В антракте зрители утверждали, что спектакль был “о страдании арабского народа”, “о том, что люди убивают землю, а потом страдают” и даже “о том, что молодой любовник пытается увести мужа из семьи”.

Критики пеняют Осиповой на то, что ей не удается полностью перестроиться из классики в контемпорари дэнс и что ее танцевальная манера отличается от способа существования партнеров по сцене.

Лондонские арт-гурманы даже посчитали, что Осипова доминирует над задумкой режиссера и коллегами. Абсолютно, зря.

Очевидно, что в современном танце балерине пока не до конца комфортно, но, что она искренне старается и, что через время Осипова может достичь в модерновом балете таких же высот, как и в классике.

Декораций в спектакле не было, если не считать темное световое пятно луны на оранжевом фоне. Впрочем, в абстрактной живописи постановки, любая физическая декорация была бы неуместной.

Третий одноактный спектакль вечера — Silent Echo — Осипова также танцевала с Полуниным.

Похоже, режиссер Рассел Малифант решил показать в постановке все технические возможности артистов классического балета и зритель это высоко оценил, прерывая спектакль овациями.

Па-де-де с сольными и дуэтными выходами танцевали на абсолютно затемненной сцене — артисты появлялись и исчезали в ярких лучах театральных светильников.

Малифанта  называют одним из главных эстетов британской сцены — считается, что его постановки можно “разобрать” “покадрово”, и в каждом кадре выйдет идеальная композиция.

Читайте также:  Melissa fumero - биография знаменитости, личная жизнь, дети

Ни Осипова, ни Полунин прекращать эксперимент с contemporary dance не планируют (для Киттелбергера и О’Хара модерн дэнс- дом родной).

Весной 17-года Сергей Полунин запускает собственную программу Project Polunin, а Осипова вернется в Лондон играть Анастасию Романову — в спектакле об одной из дочерей последнего российского императора. Программу Natalia Osipova & Artists в марте увидит Новая Зеландия.

Источник: http://www.gazettco.com/zvezdy-britanskogo-baleta-natalya-osipova-i-sergej-polunin-v-nyu-jorke/

История любви: Иван Васильев и Мария Виноградова

Нормальные мужчины сейчас так не делают. Не выстилают пол от входной двери до гостиной лепестками роз и не надувают шарики, чтобы с максимальной пышностью обставить момент вручения кольца Graff. Но Иван Васильев не претендует на роль нормального. Он претендует на роль принца.

И из Большого в Михайловский два года назад он ушел в том числе и потому, что ему давали героические роли, а хотелось быть Зигфридом, Альбертом, Дезире. В Большом он, скорее всего, будет танцевать «Ивана Грозного» — царя, но не принца, зато собственную жизнь обустраивает на свой вкус.

Лепестки — слишком театрально? Только не для Ивана. Друг Васильева, ювелир Петр Аксенов, в своей фирменной московско-усадебной манере сообщая о том, что танцор намерен «падать на колено», выдерживает театральную паузу.

Петр в Москве знает все и про всех, но в разговоре со мной играет в партизана. Напрасно – Иван к тому моменту на колено уже упал, и Мария летом выйдет за него замуж. Однако рано делать иронические выводы о наивных влюбленных. Ваня и Маша — не дети и не позеры.

Они принципиально не такие, как все. Особенно Иван. Или Маша. Не знаю, кто больше. Наверное, все-таки Иван.

«Какой он человек? Лучший. Мой, — Мария говорит о любви самыми простыми словами, без популярного в рублевских женских гостиных психоанализа. И сглазить не боится: она вообще не робкая. — Не в том смысле, что он моя собственность. Он мой человек.

Мне с ним удобно. Больше всего на свете, после меня, конечно, он любит докторскую колбасу — это его страсть. Ваня сделал предложение с шариками и лепестками — это его выбор, и он мне не показался смешным». — «Сколько каратов в камне?» — «Я не понимаю».

Зато безумие поступка если не понял, то по достоинству оценил продюсер Ивана (а также не посторонний человек для Дианы Вишневой, Натальи Осиповой, Полины Семионовой, а с недавних пор и Роберто Болле, звезды Ла Скала и лица Dolce&Gabbana) Сергей Данилян, Дягилев нашего времени.

Для справки: кольцо Graff из розового золота с белым бриллиантом посередине и розовыми по периметру стоило пятьдесят тысяч долларов. «Мне тяжело дать оценку этому жесту. Ваня попросил: «Отвезите меня туда, где вы купили кольцо своей супруге». Но я купил его Гае к тридцатилетию нашей семейной жизни и только сейчас смог его себе позволить.

А Ваня решил сделать такой подарок в свои двадцать пять. Я понимаю, что у него сейчас есть средства и он может их потратить. А с другой стороны, завтра у него может вообще ничего не быть. Не дай бог травма, не дай бог пенсия. У Ивана очень высокие гонорары.

Двенадцати спектаклей «Соло для двоих» и двенадцати спектаклей нью-йоркского тура Михайловского театра ему хватило, чтобы выкупить квартиру в Питере».

Данилян говорит, что балетные девочки крепкие: если стукнут, мало не покажется. Но Маша эфемерна, у нее невероятно тонкие руки, которыми она точно не собирается своего Ивана бить.

У нее татуировка на правой стопе возле пальцев (не кривых, не переломанных и не стертых в кровь пуантами, что бы ни говорили те, кто ни одной балерины без одежды вблизи не видел) — «турецкие огурцы», как на тканях Etro. И русалочьи глаза — голубые с темным ободком, и это не контактные линзы. А Иван…

Пока команда Tatler переодевает Машу для следующего кадра в номере гостиницы «Украина», Иван засыпает в кресле, как Штирлиц, — в момент. Он в одних джинсах, и невозможно не смотреть на его торс. Докладываю — это равнобедренный треугольник из идеально отполированной кожи. Смотреть на чужого жениха как на произведение искусства можно, не возбраняется.

Можно даже оправдывать свое сердцебиение и головокружение синдромом Стендаля — это когда произведение искусства так сильно на тебя воздействует, что начинаются галлюцинации. А можно и не оправдывать — в конце концов, искусство балета принадлежит народу, и любоваться можно сколько угодно.

«Из него счастье прет просто, — говорит строгий Данилян после того, как подробнейшим образом аргументирует свою ярость по поводу Ваниной декабрьской травмы: для танцовщика надрыв крестообразной связки колена и, как следствие, отмененные выступления — это не повод пожалеть больную ножку, а свидетельство неорганизованности, безответственного отношения к своему телу. С этим не спорит даже влюбленная Маша. — Они с ней как два цветка. Хорошо политых с утра. И расцветших».

Их роман выглядит как первая любовь — но нет, она не первая. Мария без лишнего шума была замужем за Александром Савицким, владельцем компании «Трехмер», делающей компьютерную графику для рекламы, кино и телевидения. А у Ивана история была громкая — роман с балериной Натальей Осиповой. Когда-то их свел Алексей Ратманский, двигая вместе и вверх в Большом.

С Наташей они уехали из Москвы в Петербург к Владимиру Кехману. С ней же до сих пор танцуют разрывающее сердце «Соло для двоих». Но Наталья хотела в Лондон, это сильно осложняло отношения и в итоге их прекратило. Скорее, по ее инициативе — о личной жизни такие вещи трудно говорить определенно.

Сейчас Осипова — прима лондонского The Royal Ballet в Ковент-Гарден, у нее другая жизнь. Но когда в Москве в декабре на юбилейном вечере Даниляна «Ардани 25» Васильев не смог танцевать из-за травмы, Наталья в «Соло» отказалась выходить на сцену с другим партнером: этот танец ставился для них с Иваном, и по-другому она его себе не представляет.

Васильев говорит, что Маша и Наташа знакомы и хорошо общаются. Маша не спорит.

Жених и невеста не могут друг от друга оторваться, держатся за руки и целуются прилюдно — то ли получают удовольствие от того, что другие смотрят, то ли им просто все равно. Иван вообще не слишком беспокоится о том, кто что про него скажет.

Его даже не тревожит тот факт, что на белом свете существует Николай Цискаридзе. «Я не в ссоре с ним, это все враки. Мы недавно в Михайловском танцевали «Тщетную предосторожность» вместе, он был вдовой Симоной, я Каленом.

У нас замечательные отношения.

Это же театр — тут слухов больше, чем событий. Один скажет: «Представляешь, у него все волосы выпали». А другой добавит: «Да, все выпали, и растут теперь зеленые». Скучно ведь просто идти смотреть спектакль, надо, чтобы скандалы, интриги, расследования».

Ну, на совсем пустом месте зеленые волосы не растут, тем более что Николай Максимович — человек ироничный.

Ходит такая байка, что, когда Ваня с Машей в Большом танцевали вместе (он — Спартака, она — Фригию, что, кстати, и стало началом их романа), Цискаридзе не отказал себе в удовольствии спросить Васильева, мальчика из поселка Тавричанка Надеждинского района Приморского края: «А ты читал «Спартака»?» Мальчик ему в ответ: «Зачем мне читать «Спартака», я смотрел фильм «Гладиатор». Иван этого диалога не помнит, но даже если бы он на самом деле имел место, то унижение, которое он испытал от старшего товарища, прошло бесследно и безболезненно. Спартак растет с бешеной скоростью, впитывает информацию как губка, увлекся оперой. Первое свидание, на которое он пригласил Машу, было все в том же Большом, но на опере — «Дона Карлоса» смотрели, сидя в третьем ряду. Она была в длинном платье-бандаже Rick Owens, туфлях Prada и с сумкой Chanel. Как сейчас помнит.

Иван потрясающий танцовщик: он прыгает до небес, приземляется на землю как кошка.

Некоторые говорят, что он слишком корпулентен для принца Дезире в «Спящей красавице», что в Минском хореографическом училище его в первую очередь натаскивали на трюки, но зато у него харизма такая, что партер и кресла — все блестит.

Когда он танцевал «Баядерку» в Нью-Йорке, газеты писали, что тестостерон на сцене выделяется в таком количестве, что его хватает даже на тех, кто в зале. В первом эпизоде он после охоты, на которой убили тигра, и ты действительно веришь, что тигр был убит.

Но у Ивана Васильева, заслуженного, между прочим, артиста Российской Федерации, есть грех — называется Sony PlayStation. Игровых приставок в его жизни много: «В Питере стоит одна. И в Нью-Йорке лежит. И в Милане. В Москве тоже есть, но она у мамы осталась.

И у брата моего в гримерке миманса есть, я к нему прихожу, и мы играем в Call of Duty. Редко, когда время есть. В Большом вообще есть приставки, ребята пользуются. С Сарафановым (Леонид Сарафанов — премьер Михайловского театра. — Прим. Tatler) мы играли на них в футбол. Но есть игры лучше футбола — если часик помочить компьютерных дядек, потом не хочется никого убивать».

На нашей съемке он в перерывах не только спал — чаще хватал телефон и играл в «Битву замков», надеясь, что ему выпадет быть супергероем Росомахой.

Из московского гнезда на «Маяковской» Маша приставку выселила и вообще, похоже, намерена ненавязчиво вести молодого человека дорогой добра. Она ему готовит, он боготворит ее суп том-ям.

После открытия Олимпиады в Сочи Ваня мгновенно засобирался домой, потому что Маша прислала ему на WhatsApp фотографию котлет с гречкой, но его такси развернули: президент Путин пригласил звезд церемонии к себе — праздновать.

Как только Иван залечит ногу, за ним придется пристально следить. Записываем: в планах у него «Лебединое озеро» в Лондоне, «Утраченные иллюзии» и «Спартак» в Большом, «Майерлинг» в Станиславского, «Дон Кихот» и «Тщетная предосторожность» в Михайловском. И гастроли с Большим в Бразилии.

И проект «Соло для двоих» в России и Нью-Йорке. К этому надо добавить еще одно обстоятельство — Иван Васильев и Мария Виноградова теперь просто обязаны стать роскошным украшением светской жизни двух столиц.

Иван не боится общества, на открытии прошлого весеннего сезона в American Ballet Theatre (главный смотр балетных богатых и знаменитых) он был великолепен и не нуждался в представлении — его и так все знают.

Но в Москве они с Машей едят в «Цветении сакуры» рядом с домом и «Рыбном базаре» на Патриарших, в Питере — в «Тархуне» и «Рибае». В «Угольке» их однажды обидела хостес, и больше они туда не ходят.

Мария тянется к свету — она уже знает, какую роль в нем играют кутюрные платья и бриллиантовые диадемы, но Иван тянет ее домой — там Apple TV, чтобы смотреть кино в постели, и ароматические свечки, которые он привез из парфюмерной лавочки напротив Ла Скала. Он их зажигает, когда готовит Маше ванну.

Хочет ребенка. И домик у моря — в идеале на острове около Позитано, который когда-то принадлежал Нурееву. Пишет стихи. В нем вообще есть что-то есенинское — немного странный имидж для современного светского льва, но он не про имидж.

Он, никого не слушая, упорно стремится жить так, как ему нравится, и с той, кого любит.

Источник: https://www.tatler.ru/heroes/istoriya-lyubvi-ivan-vasilev-i-mariya-vinogradova

Наталья Осипова: «В Большом я бы хотела исполнить что-то другое» — МК

В Кремлевском дворце Пермский балет представил оригинальную версию «Щелкунчика»

06.02.2018 в 13:59, просмотров: 5226

На сцене Кремлевского дворца Пермский академический театр оперы и балета им. П.И.Чайковского представил свою недавнюю предновогоднюю премьеру — балет «Щелкунчик» в постановке главного балетмейстера театра Алексея Мирошниченко. В роли главной героини Мари на сцену вышла прима-балерина Лондонского Королевского балета Наталья Осипова.

Наталья Осипова и Никита Четвериков в балете «Щелкунчик». Фотограф Александр Муравьев.

Цены на этот «Щелкунчик», прямо сказать, кусались и доходили в обычно не слишком дорогом для зрителя Кремлевском дворце до 10 тысяч рублей.

Тем не менее 6-тысячный зал оказался почти заполненным. Лишний билетик спрашивали еще у метро.

И это не смотря на то, что участие Теодора Курентзиса в спектакле, о чем сообщали афиши, расклеенные по всей Москве, мягко говоря, не соответствовало действительности — спектакль шел под фонограмму.

Не слишком повезло этому камерному «Щелкунчику» и с прокатной площадкой. Трудно было разглядеть балет как с галерки, так и с боковых мест: пермская постановка, рассчитанная на маленькую сцену, в гигантском ангаре Кремлевского дворца явно терялась.

Но ничто не могло омрачить встречу зрителя с Натальей Осиповой. Москва ждала свою любимицу, а в настоящее время мегазвезду мирового балета, с большим нетерпением.

И была вознаграждена за столь длительное (Осипова в цельных спектаклях не выступала в Москве несколько лет) ожидание.

В роли Мари Наташа была драматична и вдохновенна и перекрывала своим темпераментом циклопические размеры зала Кремлевского дворца.

Действие своего «Щелкунчика» Алексей Мирошниченко перенес в Санкт-Петербург в 1892 год, то есть в год постановки этого балета Чайковского в Мариинском театре.

Соответственно моде тех лет одеты все персонажи балета, главные и не главные: городовой, трубочист, мещане с детьми, рабочие, студенты, бакалейщики, уличные мальчишки, а на сцене предстает наполовину реальный, наполовину вымышленный дореволюционный Санкт-Петербург: ярмарочные гулянья — совсем как у Бенуа в балете «Петрушка», архитектурные символы города (Казанский собор, копия Воронихинской решетки и др.).

Читайте также:  Илья олейников - биография знаменитости, личная жизнь, дети

К воссозданию всего антуража художник-постановщик Альона Пикалова и художник по костюмам Татьяна Ногинова подошли весьма скрупулезно, стараясь перенести на сцену даже мельчайшие детали быта тех лет.

Однако с цветами художницы явно переборщили: в доме Штальбаумов очень резало глаз обилие красного цвета и в платьях дам, и в одежде детей. Даже детская матроска — и та оказалась алой.

Плюшевые мыши же во сне Мари здесь окрасились в едкие лимонно-салатовые тона.

Решающее влияние на идеи балетмейстера оказал его педагог Игорь Бельский. Его знаменитую постановку «Щелкунчика» (1969 год) Мирошниченко, конечно, не застал, но многие идеи позаимствованы оттуда.

Например, в Вальсе снежных хлопьев в пермской постановке действуют чуждые, даже враждебные героям силы: снежинки, образуя снежную бурю вокруг влюбленных, пытаются заморозить их чувства и усыпить Мари и Принца навсегда.

Так же, как и у Бельского, введена в спектакль Мирошниченко и супермодная ныне тема про принцессу Пирлипат. Эту сказку вместе с родителями в домашнем спектакле разыгрывает сестра Мари Луиза.

Начиная с ироничного американца Марка Морриса (постановка 1991 года) кто только не использует сегодня этих не востребованных в первых постановках «Щелкунчика» героев сказки Гофмана. Совсем недавно на гастролях в Большом театре спектакль с этими героями показал «Балет Цюриха» и его хореограф Кристиан Шпук, перекроивший ради этой сказки всю партитуру Чайковского.

Как раз этого делать Мирошниченко не стал. Его спектакль можно смело назвать традиционным. Помимо Бельского тут множество отсылок к другим предшественникам хореографа.

В первую очередь к спектаклю Василия Вайнонена, в котором нынешний главный балетмейстер пермского театра когда-то танцевал, будучи артистом Мариинского, а также к первой постановке «Щелкунчика» в хореографии Льва Иванова по музыкально-сценическому плану Мариуса Петипа.

Спектакль этот не сохранился, но его осколки используются как в версии Баланчина, так и в английской версии Питера Райта, которая восходит к Николаю Сергееву, режиссеру и ассистенту Петипа, записавшему с помощью метода Степанова первоначальную хореографию Льва Иванова и поставившему этот спектакль в Лондоне в 1934 году… В спектакле Мирошниченко, в частности, сохранен старинный пантомимный монолог Принца, рассказывающего жителям волшебной страны о своих злоключениях.

Единственное изменение в партитуре касается финального па-де-де. Мужскую и женскую (на музыку челесты) вариации, изъяв из па-де-де, Мирошниченко поставил в своем спектакле перед Вальсом цветов как продолжение кукольного дивертисмента (впрочем, женскую вариацию переставил из па-де-де в начало второго акта еще Баланчин).

Большое же адажио исполняется в новом спектакле теперь сразу после вальса. Таким образом постановщик постарался решить так называемую проблему Большого адажио, которая заключается в трагичности звучания музыки, отмечаемой всеми исследователями в этом балете.

Как известно, в момент написания «Щелкунчика» Чайковский узнает о кончине своей родной сестры Александры Ильиничны Давыдовой, а за 5 лет до постановки от передозировки морфия умирает ее дочь, племянница Чайковского, Татьяна. Эти-то события и отразились в «Щелкунчике» трагическими мотивами. Американский исследователь Р.-Дж.

Уайли в своей работе On meaning in Nutcracker нашел даже сходство главной темы адажио с музыкальной фразой заупокойной молитвы «И со святыми упокой».

Проблему, не дававшую покоя многим балетмейстерам, обращавшимся к этому балету Чайковского до Мирошниченко, он решает чисто режиссерскими средствами: Принц в постановке пермского театра предлагает Мари остаться вместе с ним в волшебном Цветочном городе — Блюменбурге, куда герои переносятся с помощью ангелочков (они есть и в постановке Баланчина, и в лондонской версии Питера Райта). Но небольшое сомнение девушки приводит к катастрофе: ожившие куклы разных национальностей, которые только что танцевали в городе толерантности и любви (некоторые зрители, не учитывая немецкое окончание, неверно перевели название города как «город голубых мужчин»), замертво падают на сцену, а Принц снова превращается в деревянного уродца, чье предназначение — колоть орехи. Счастливая развязка происходит лишь на последних тактах: как и у Гофмана, Мари знакомится с племянником Дроссельмейера, в котором узнает Принца из своего сна. Так что в напряжении и ожидании хеппи-энда зритель остается практически до самого конца.

Собственно, второй акт, действие которого и происходит в волшебном Блюменбурге, который у Мирошниченко заменяет собой традиционную Страну сластей — Конфитюренбург, в этой версии смотрится более выигрышно, нежели первый.

Особенно поражает в этой части своей красотой знаменитый Вальс цветов, или Розовый (в первой версии он назывался Золотым) вальс, в котором у каждого цветка (Роза — Олег Куликов, Лилия — Николай Ланцев, Пион — Иван Ткаченко, Лотос — Павел Савин) есть соло, и исполняют эти партии неплохо выученные балетные юноши в окружении женского кордебалета. Головы солистов венчают головные уборы в виде расцветших бутонов, зеленое трико и колет символизируют стебель. Хореография Мирошниченко в этом фрагменте, как, впрочем, и во всем балете, отличается изобретательностью и музыкальностью, хореографу удается выстраивать здесь красивые ансамбли, да и труппа отлично справляется со сложными задачами, которые ставит перед ней балетмейстер.

Несколько сильнее женской части труппы смотрится мужская — из этого обстоятельства, наверное, и исходил хореограф, ставя свой Вальс цветов.

Лучшим в труппе по праву считается Никита Четвериков, виртуозно исполнивший партию Принца.

Помимо всего прочего премьер Пермского балета обладает прекрасными партнерскими качествами, которые он и проявил в дуэте с Натальей Осиповой, ставшей главным сюрпризом, ожидавшим московского зрителя в этой постановке.

Наталья Осипова и Никита Четвериков в балете «Щелкунчик». Фотограф Александр Муравьев.

С мегазвездой мирового балета обозреватель МК встретился после спектакля.

— Наташа, сколько тебя не было в Москве? Или ты по личным делам периодически наезжаешь?

— Да, здесь я давно я не выступала. Но, конечно, когда у меня есть время, я приезжаю к родителям. Летом, например. К сожалению, нечасто это получается. Очень часто встречаемся в аэропортах, но вот так, чтоб надолго, такого нет. Я и в Москве уже долго не была. Последний раз в Большом танцевала спектакль года три назад.

— А почему Пермь?

— Почему?.. Но вот так сложилось. В самом начале из-за «Ромео и Джульетты», который я, приехав к ним, станцевала, потому что мне очень хотелось… Я очень люблю этот спектакль, а он не шел в Ковент-Гардене в том сезоне.

Он ведь не каждый сезон идет в Лондоне, а мне так хотелось! И Дэвид Холберг, мой любимый партнер, как раз выздоравливал. И я ему сказала: «Давай станцуем!» В итоге он, как оказалось, не выздоровел еще окончательно.

Но поскольку мы договорились, я все равно станцевала «Ромео и Джульетту» в Перми и очень подружилась и с Лешей Мирошниченко, и с труппой. И педагоги там хорошие, и партнер Никита Четвериков отличный.

Мне правда очень приятно там работать! И когда мне предлагают у них станцевать, я с удовольствием откликаюсь, потому что я в России редко бываю… А с Холбергом в марте предполагаем танцевать «Жизель» и «Манон» в Ковент-Гардене и летом в ABT опять вместе танцуем.

— Чем тебя привлекла новая работа Мирошниченко «Щелкунчик»? За сколько времени ты в нее вошла?

— Ну прилично — я ездила в Пермь и учила спектакль, наверное, около двух недель. Потому что это совершенно новая для меня постановка. Правда, я еще и «Легенду о любви» в Петербурге сейчас учу, у меня 16 февраля премьера в Мариинском театре.

— Мне лично в интервью ваш художественный руководитель говорил в отношении тебя, что в Королевском балете очень сложно кого-либо отпустить выступить на стороне. А ты вот везде выступаешь… Как это удается? Ты единственная там такая?

— Мне кажется, что да (смеется)… То есть мне действительно очень идут навстречу, и так получается, что я месяца два работаю, веду репертуар, а вот сейчас они меня фактически на два месяца отпустили. Правда, потом практически до конца сезона я уже уехать никуда не смогу…

— Не могу не задать этот вопрос, потому что многие поклонники вашей пары очень этим интересуются. Как у вас с Сергеем Полуниным складываются отношения?

— Мы по-прежнему танцуем вместе…

— Только танцуете? Вы расстались?

— Мне как-то про личную жизнь не очень хотелось бы говорить. Мы очень хорошо общаемся, у нас по-прежнему хорошие и даже замечательные отношения.

— Хорошо, потрясающая пара сохранилась, и слава богу! Тогда вернемся к «Щелкунчику»… Что тебя здесь привлекло? Не кажется, что он местами похож на вашу английскую версию Питера Райта, которая восходит к Николаю Сергееву? Вот эта пантомима во втором действии, когда Принц, оказавшись в волшебной стране, рассказывает о своих злоключениях, явно оттуда, например…

— Да, она есть и в английском варианте, это действительно сохранилось от первого спектакля. И вообще у Леши много в этом балете таких отсылок к старым спектаклям. Из английского спектакля здесь только этот монолог, и ангелочки тоже есть.

У Питера Райта спектакль по-другому, конечно, построен, но что-то похожее есть в атмосфере, начало, куклы… А больше всего привлекла меня новая работа Алексея своим последним дуэтом.

Мне как раз нравится, что заканчивается Лешин спектакль не традиционным па-де-де, а именно дуэтом, именно на этой музыке и на этой ноте. И что он внес сюда драматическую составляющую.

— Да, драма там есть.

Действительно, с одной стороны, когда все жители волшебной страны обратно превращаются в кукол, это хорошо соответствует трагическому характеру звучания музыки, даже слезы в этот момент наворачиваются.

Но, с другой стороны, несмотря на наличие прыжков, собственно танца в этом дуэте, сделанном на такую потрясающую музыку, маловато. Вы с Никитой Четвериковым ведь в основном там ходите?

— Ну вы же сами говорите, что слезы наворачиваются…

— Да, но это прием чисто режиссерский, а у Григоровича, например, в адажио хореографическими средствами это сделано. Когда двух протагонистов кордебалет поднимает на руки, а вокруг свечи, это смотрится как молитва в храме. И Григорович тоже добивается драматического эффекта в своей постановке, но с помощью хореографии…

— Да, но мне кажется, что лучше больше хороших спектаклей и разных. Обе версии мне очень нравятся. И танцевать в постановке Григоровича, и играть в версии Мирошниченко мне очень приятно. И мне очень понравилось, что Леша поставил передо мной такую задачу, дал возможность окунуться в это состояние.

Потому что я танцевала под эту музыку и нуреевскую хореографию, очень тяжелую, в Парижской опере, и еще другие версии. И мне кажется, пусть выбирает зритель, что ему больше нравится — обычное па-де-де, или дуэт, или драма.

Я думаю, все, что убедительно сделано, где ты не наигрываешь, а предельно искренен на сцене, что трогает зрителя, это хорошо. И я, конечно, получила большое удовольствие, танцуя в этом спектакле.

И от того, как он заканчивается, и от того, как удачно Алексей поставил здесь женскую вариацию во втором акте на музыку челесты. Она тоже очень нетипичная, ближе, наверное, к английскому стилю, и мне это тоже очень понравилось.

— В этом спектакле ты танцевала впервые и на премьере в Перми выступить в нем не смогла?

— Да, у меня была достаточно серьезная травма в тот момент. Хотя я это не афишировала. Но я надеюсь еще выступить в Перми в этом сезоне.

— А Большой театр?

— Тоже буду там танцевать, но это будет не спектакль. Я буду танцевать на концерте «Бенуа де ла данс» в начале июня. И с Большим театром в конце мая буду участвовать в гала-концерте, посвященном 200-летию Петипа.

Я думаю, что на этих концертах интересное что-нибудь станцую: и какую-нибудь классику, и на Бенуа есть предложение станцевать опять же, кстати, «Щелкунчика», но уже хореографа Сиди Ларби Шеркауи. Тоже па-де-де это знаменитое.

И он хочет на меня и на своего очень хорошего танцовщика, с которым я уже много танцевала, сделать оригинальный номер на стыке классики и неоклассики. Его хореография очень красиво смотрится на балетных телах.

— Тем не менее ты не танцуешь в спектаклях Большого театра. У тебя с театром хорошие отношения остались, после того как ты в прошлом году уехала с гала-концерта, хотя была в нем заявлена?

— Да, к сожалению, так получилось, потому что в Ковент-Гардене так планируют, и если тебе сказали, что будет репетиция, то она будет и ты непременно должен в ней участвовать.

Даже если нет спектакля, там делают такие сценические репетиции. В принципе там с этим строго, там строгая дисциплина и надо выполнять именно так. У нас, конечно, тут немного по-другому.

И тяжело, конечно, перестраиваться и в этой системе работать.

— Не очень на тебя обиделись в Большом театре, что ты все-таки уехала с этого гала-концерта?

— Конечно, наверное, обиделись, я это понимаю.

— Тем не менее отношения сохранились?

— Да, отношения нормальные. Что касается полноценных спектаклей, то, во-первых, не складывается по времени. А во-вторых, я не хочу приехать и танцевать в Большом «Дон Кихота» или «Жизель» — миллион раз зрители меня в них видели. Правильно? Я бы хотела исполнить что-то другое, интересное…

— Что, например?

— Например, «Спящую красавицу». Я бы «Сильфиду» Йохана Кобборга с удовольствием станцевала, «Баядерку». Но приглашают, к сожалению, на другие роли. А на другие не могу сказать, что очень тянет.

Источник: https://www.mk.ru/culture/2018/02/06/natalya-osipova-v-bolshom-ya-by-khotela-ispolnit-chtoto-drugoe.html

Ссылка на основную публикацию