Василий меркурьев — биография знаменитости, личная жизнь, дети

Почему актера Василия Меркурьева называли «пылким Ромео»?

Надо заметить, что 30-летний актер к тому времени состоял в гражданском браке, а Ирина уже два раза успела побывать замужем. Но это вовсе не остановило Меркурьева. Напротив, он настойчиво добивался ее руки, пока Ирина не ответила ему согласием.

Их все называли Ромео и Джульетта: Ирина и Василий всегда ходили, держась за руки.

Много позже в их жизни произошел забавный эпизод.

Однажды на вечеринке в актерской среде кто-то спросил Ирину: «Говорят, Ирина Всеволодовна, что Меркурьев — ваш третий муж?» На что супруга тут же весело ответила: «Да, не считая всякой еще мелочи».

Василий Васильевич тут же замял разговор шуткой, а потом дома сказал ей с улыбкой: «Ириша, ты была сегодня так неделикатна». Она сказала: «Что же мне было делать? Меня неделикатно спросили». И они оба расхохотались…

Василий Меркурьев родился 6 апреля (24 марта) 1904 года, 105 лет назад, в городе Острове (Псковская обл.). Страстью к театру Василий «заболел» с детства.

Все свободное время он проводил в школьном драматическом кружке. В 16 лет Василий впервые сыграл роль Варлаама в «Борисе Годунове».

Образ Варлаама потребовал от юного актера таких качеств, как народное лукавство, широта души, удаль и внутренняя теплота.

Роль молодому актеру удалась. Ему стали предлагать новые работы, но Меркурьев мечтал учиться дальше. Он едет в Петроград, подает документы в институт актерского мастерства на курс известного преподавателя Л. Вивьена. Затем последовали годы работы в театре своего учителя и педагога, а потом он перешел в театр драмы им. А. Пушкина, где трудился до конца жизни.

На сцене Меркурьев играл разноплановые роли, но всегда жизненно, шлифуя их до совершенства. С 1935 года актер стал сниматься в кино. До Второй мировой войны Меркурьев успел сняться в кинолентах «Танкисты», «Член правительства» и других. Но настоящий успех ждал его впереди, это все будет потом, а пока…

В 1939 году на семью Меркурьевых обрушилась беда. Был арестован, а через год расстрелян отец Ирины, Всеволод Мейерхольд. Брат Меркурьева, Петр, был репрессирован.

Так, жена и трое детей брата оказались в семье Меркурьевых, где подрастали уже две дочери Василия и Ирины — Аня и Катя.

Спустя несколько лет Меркурьев возьмет в свою семью дочь своего второго брата, погибшего во время ленинградской блокады.

В Новосибирске, куда эвакуировалось все большое семейство Меркурьевых, у Ирины и Василия родился сын Петр, которого назвали в честь брата Василия Васильевича.

Позднее Петр напишет, что никогда не задумывался об истоках доброты отца и матери. Ему всегда казалось, что просто так должно быть. Хотя, вспоминал он, «…характер у мамы был непростой.

Она всегда и всем старалась доказать, что права. Но папа ее боготворил, да и мы тоже».

В эвакуации супруги Меркурьевы-Мейерхольд занимались творчеством. Обладая способностями во все вникать и всем помогать, Василий Васильевич почти не бывал дома. Близкие и друзья ласково его называли Вась Васичем.

Однажды был случай в его жизни, когда к нему обратилось руководство Ленинградской области с просьбой помочь достать семенной горох. Меркурьев не удивился. Время было послевоенное, все давалось с трудом.

Он позвонил в Министерство сельского хозяйства, и проблема была решена.

Когда Меркурьевы возвращалась после войны в Ленинград, Ирина Мейерхольд по дороге подобрала двух потерявшихся детей. Первое время их семья, напоминавшая цыганский табор, жила в крохотной квартире, пока им не отдал свое жилье их сосед, директор ленинградского ТЮЗа.

Площадь его жилья составляла 80 кв. метров. Семья Меркурьевых свободно вздохнула, заняв пустые комнаты. Актер Меркурьев вернулся к театральной и педагогической деятельности, которой занимался еще до войны.

Супруги Меркурьевы ни на что не жаловались, хотя испытывали большие сложности.

Ирину Мейерхольд не брали на работу. Почти 12 лет она вынуждена была сидеть дома, с детьми. От природы Меркурьев был скромен и ничего ни у кого не просил. Его дочь Анна писала, что «папа не гнался за чинами, не делил людей на звания». И люди, чувствуя это, любили его.

Василий Васильевич работал в театре много и охотно, не щадя себя. Он всегда чувствовал роль, ему, так казалось на первый взгляд, легко давались и драматические, и комические образы. Только самые близкие люди знали, как долго и кропотливо работал актер над каждой ролью.

Меркурьев искрометно играл Фамусова в пьесе «Горе от ума», сдержанно — Прокофьева в «Сыне века», переиграл В. Шекспира, А. Островского, А. Чехова. Он не отказывался от гастролей. Актера Василия Меркурьева видели жители Смоленска, Владимира, Семипалатинска, Комсомольска-на-Амуре, Ярославля и т. д.

Поистине всенародным любимцем актер стал, сыграв старшего лейтенанта Тучу в фильме «Небесный тихоход». Пока критики ругали картину за легковесность, зрители повсюду распевали полюбившуюся песню «Первым делом, первым делом самолеты…» Затем последовали работы в фильмах «Глинка», «Повесть о настоящем человеке», «Донецкие шахтеры», удостоенные Государственных премий.

Однако общую зрительскую симпатию завоевала его новая роль — образ академика Нестратова в комедии «Верные друзья». И вновь песня «Плыла, качалась лодочка…» стала хитом своего времени. Люди также по несколько раз смотрели сказку «Золушка», где доброго лесничего играл Меркурьев.

Василий Меркурьев был всегда востребованным актером. Его считали весельчаком и балагуром, но артист мечтал о серьезных ролях.

Он с радостью воспринял приглашение сниматься в киноленте «Летят журавли», где сыграл своего Федора Ивановича, отца героя фильма, проникновенно и правдиво. Меркурьев часто повторял жене, что мечтает сыграть Отелло.

Но его порыв сдерживали режиссеры, говоря, что он хорош и в других ролях. На что Меркурьев с азартом отвечал: «Но дайте мне тогда „провалиться“. Пусть меня зрители закидают помидорами…»

Когда Ирине Всеволодовне разрешили работать, она стала ставить спектакли в театре им. Пушкина, где работал Меркурьев. Вместе с ним вела актерскую мастерскую в театральном институте. Во всех своих работах Меркурьев никогда не был старомоден, он был, что называется, на все времена. Где бы актер ни появился — на сцене или экране, тут же попадал в поле зрения своих поклонников.

Василий Васильевич любил говорить студентам о том, что славу не надо ждать, она придет сама, если дело ее достойно. Сын Меркурьева, Петр, писал в своих воспоминаниях, что жизнь его родителей состояла из труда, радости и любви. 44 года совместной жизни, и все в большой любви друг к другу.

В последний год жизни Ирина Всеволодовна сопровождала супруга в театр. Актер, несмотря на плохое состояние здоровья, старался играть без дублеров. Как-то, болея пневмонией, он почти ежедневно выходил на сцену, чтобы не срывать спектакль. К больнице подъезжала служебная машина, а ее уже встречал, как всегда подтянутый и элегантный, народный артист СССР Василий Меркурьев.

Незадолго до смерти Василий Васильевич, возвращаясь из театрального института с дочерью Анной, неожиданно для нее сказал: «А знаешь, Нюша, я в искусстве своего последнего слова еще не сказал». В этом он был весь. Безгранично талантливый, непосредственный и восторженный. В Меркурьеве всегда жил большой ребенок с добрым сердцем волшебника.

Умер актер Василий Меркурьев 12 мая 1978 года, в возрасте 74 лет, в Ленинграде. Следом за ним ушла и «его Джульетта»…

Источник: https://ShkolaZhizni.ru/biographies/articles/23927/

Василий Меркурьев и Ирина Мейерхольд: Жизнь, сотканная из труда, любви и радости

C Ириной Мейерхольд, дочерью знаменитого режиссера, Василий Меркурьев встретился в 1934 году. Тогда она работала ассистентом режиссера на киностудии «Ленфильм». Ирина привезла для актера сценарий нового фильма, и, как потом не раз рассказывал Меркурьев, он, увидев ее, сразу же «потерял» голову. Влюбился как мальчишка.

Василий Меркурьев
и Ирина Мейерхольд

К тому времени тридцатилетний актер состоял в гражданском браке, а Ирина и вовсе уже дважды побывала замужем. Да и ее отец, знаменитый режиссер Всеволод Мейерхольд, не жаловал нового ухажора дочери. Но все это не останавливало Василия, он настойчиво добивался руки своей возлюбленной.

Практически с первого же дня он оказывал Ирине знаки внимания, причем иной раз вел себя чуть ли не по-хозяйски. Однажды он подошел к ней, достал из кармана белоснежный платок и стер с ее губ помаду, бросив при этом фразу: «Не люблю крашеных».

Спустя какое-то время он и вовсе напросился к девушке на постой: вечером после съемок ему было трудно добираться до дома, и он уговорил Ирину разрешить ему оставаться у нее на ночь. Мейерхольд вспоминала: «После съемок под Ленинградом вся группа отправилась в Белоруссию. Василий Васильевич не поехал с нами: отбыл в гастрольную поездку по побережью Черного моря.

Мы с трудом обходились без него. И тогда я решилась – послала в Сочи телеграмму: „Приезжайте, мы в простое, погода чудесная. Целую. Ирина Мейерхольд“. Василий долго не отвечал, а от меня уже требовали найти ему замену. Было очень грустно, что моя телеграмма не произвела на Меркурьева никакого впечатления.

Да и для фильма такого актера жалко было терять! В один из дней, когда мы, потеряв уже всякую надежду на его приезд, решали, как быть дальше, дверь вдруг распахнулась, и на пороге появился Меркурьев! В тот же вечер после вкусного ужина, он затребовал тот поцелуй, что был послан мною в телеграмме. Пришлось его отдать! Моя судьба была решена».

Однажды на вечеринке в актерской среде кто-то спросил Ирину: «Говорят, Ирина Всеволодовна, что Меркурьев – ваш третий муж?» На что супруга тут же весело ответила: «Да, не считая всякой еще мелочи». Василий Васильевич тут же замял разговор шуткой, а потом дома сказал ей с улыбкой: «Ириша, ты была сегодня так неделикатна». На что она ответила: «Что же мне было делать? Меня неделикатно спросили». И они оба расхохотались.

Вместе с личной жизнью успешно шла в гору и карьера актера. Василий перешел в Ленинградский театр драмы имени Пушкина, где он играл много интересных разноплановых ролей, всегда жизненно шлифуя их до совершенства. До Второй мировой войны актер успел сняться в кинолентах «Инженер Гофф», «Танкисты», «Член правительства» и других. Но настоящий успех ждал его впереди – все будет потом, а пока…

Больше, чем любовь Успехи в творчестве не защитили семью Меркурьева от тяжелых испытаний. Незадолго до войны в тридцать девятом году был арестован и позже растрелян Всеволод Мейерхольд, которому было предъявлено ложное обвинение в измене родине. В том же году такая же участь постигла и брата актера – Петра, у которого осталось трое детей.

Читайте также:  Либерж кпадону - биография знаменитости, личная жизнь, дети

Так, жена и дети брата оказались в семье Меркурьевых, где подрастали уже две дочери Василия и Ирины – Аня и Катя. Спустя несколько лет Меркурьев возьмет к себе дочь своего второго брата, погибшего во время ленинградской блокады. Когда началась война, он вывез свою огромную семью в эвакуацию в Новосибирск, куда был отправлен Ленинградский театр.

Там супруги продолжали заниматься творчеством, выступали со спектаклями и организовали первый профессиональный театр. Тогда же они решились на рождение еще одного ребенка, и прямо за кулисами, во время репетиции у супругов родился сын Петр, названный так в честь брата Василия. Петр Меркурьев позже рассказывал: «Меня поражает сила духа моих родителей.

Тогда еще неизвестно было, как закончится война, где будет Гитлер.

И вдруг моим родителям нестерпимо захотелось иметь сына. Ведь я не случайно родился – я желанный. И они в это страшное время, имея двух своих дочерей, трех приемных детей, рожают еще одного. Когда мы возвращались из эвакуации, то увидели двоих брошенных детей.

Очевидно, какая-то женщина отстала от поезда и потеряла их. Мама моя подобрала этих ребят и привезла с нами в Ленинград. Это, какое надо было иметь большое сердце, ведь у родителей уже было пятеро детей – трое собственных и двое племянников! Помню один случай.

Мне было лет десять-одиннадцать, мы сидели на кухне, когда мама сказала: „Вот вы все тут Меркурьевы, а я одна – Мейерхольд“.

И я говорю: «Мамочка, а хочешь, я возьму твою фамилию?» Папа как-то напрягся, промолчал, а потом, вставая из-за кухонного стола, сказал: «Тебе еще очень пригодится моя фамилия».

Пока бьется сердце Первое время их семья, напоминавшая цыганский табор, жила в крохотной квартире, пока им не отдал свое жилье их сосед, директор ленинградского ТЮЗа, Александр Александрович Брянцев. Однажды он заглянул к Василию по какому-то поводу.

Увидев эту невероятную скученность народа, он сказал: «Нам со старухой такие хоромы не нужны, а тебе с твоим „табором“ в самый раз. Утром переезжайте». Вот такие в то время были люди! Площадь подарка составляла восемьдесят квадратных метров. Семья Меркурьевых свободно вздохнула, заняв пустые комнаты.

Актер вернулся к театральной и педагогической деятельности, которой занимался еще до войны. Не смотря на это супруги испытывали большие сложности. К тому же Ирину, как дочь врага народа, не брали ни на какую работу, и почти двенадцать лет она вынуждена была оставаться без любимого дела.

Унизительный статус! Главное, она – крупная творческая личность, замечательный режиссер, была лишена возможности самореализации. А также, что немаловажно для её большой семьи, лишена возможности заработка. Но Василий никогда не жаловался на судьбу. Один, он тащил всю семью, летая со съемки на съемку, с концерта на концерт. От природы актер был скромен и ничего ни у кого не просил.

Однажды у няни, нанятой для помощи в воспитании детей, в магазине украли все карточки на месяц. Жить стало просто не на что. Положение казалось катастрофическим, но случилось чудо.

Когда Меркурьев зашел однажды в ресторан «Метрополь», где знакомые повара снабжали его кое-какими продуктами, к нему за столик подсел незнакомый мужчина и спросил: «Василий Васильевич, что случилось, почему у вас такое грустное лицо?» Актер ему рассказал о краже, мужчина посочувствовал и отошел от столика, а Меркурьев тем временем упаковал еду в салфетки, чтобы отнести домой.

Когда он подозвал официанта, чтобы расплатиться, ему ответили, что все оплачено. А когда он пришел домой, то увидел дома четыре огромные коробки с продуктами. Оказалось, что его гость за столиком был директор ресторана, бывший фронтовик, лейтенант Михаил Максимов. Его дочь Анна писала: «Папа не гнался за чинами, не делил людей на звания. И люди, чувствуя это, любили его».

Лучше всего о характере актера рассказывал его сын: «У папы был простой и ясный характер. Какой самый неудобный для музыковедов композитор? Моцарт. Потому что там все ясно, просто и гениально. Вот и у моего папы было все ясно и просто. Он был очень простодушным человеком. Папе было все равно, во что одеться, что съесть. Неприхотлив он был до аскетизма.

У него было обостренное чувство справедливости». Василий Васильевич работал в театре много и охотно, не щадя себя. Он всегда чувствовал роль, ему, так казалось на первый взгляд, легко давались и драматические, и комические образы. Только самые близкие люди знали, как долго и кропотливо работал актер над каждым из них.

Однако общую зрительскую симпатию завоевала его новая роль – образ академика Нестратова в комедии «Верные друзья». Меркурьев был всегда востребованным актером. Его считали весельчаком и балагуром, но артист мечтал о серьезных ролях. Он с радостью воспринял приглашение сниматься в киноленте «Летят журавли», где сыграл своего Федора Ивановича, отца героя фильма, проникновенно и правдиво.

Меркурьев часто повторял жене, что мечтает сыграть Отелло. Но его порыв сдерживали режиссеры, говоря, что он хорош и в других ролях. На что актер с азартом отвечал: «Но дайте мне тогда „провалиться“. Пусть меня зрители закидают помидорами». Но его не слышали. После реабилитации Всеволода Мейерхольда, Ирине разрешили работать. Она стала ставить спектакли в театре им.

Пушкина, где работал ее муж. Вместе с ним вела актерскую мастерскую в театральном институте. В своих работах актер никогда не был старомоден, он был, что называется, на все времена. Где бы он ни появился – на сцене или экране, тут же попадал в поле зрения своих поклонников. Василий Васильевич любил говорить студентам о том, что «славу не надо ждать, она придет сама, если дело ее достойно».

Сын писал в своих воспоминаниях, что жизнь его родителей состояла из труда, радости и любви: «Отношения моих родителей были уникальны. Это была до последних лет юношеская влюбленность. Они были очень привязаны друг к другу, прожили вместе 44 года, а чувства, тем не менее, оставались свежими. Это не значит, конечно, что все шло гладко.

У мамы-то характер папочкин – Всеволода Эмильевича! Мама органически не могла быть не правой. И даже понимая, что совсем не права, все равно доказывала, что права. Мы это воспринимали с юмором. А доброты она была потрясающей. А как мать чувствовала организм папы – это что-то невероятное. Они к врачу ходили всегда вместе. Врач спрашивает: „Василий Васильевич, как у вас болит?“. «Вы понимаете, я вздохну, что-то начинает…» Потом он замолкал и спрашивал: «Ириша, как у меня болит?». И мама спокойно рассказывала врачу, а папа только, соглашаясь, кивал головой». В последний год жизни актер сильно болел, но несмотря на плохое состояние здоровья, старался играть без дублеров. Даже с пневмонией он почти ежедневно выходил на сцену, чтобы не срывать спектакль.

Незадолго до смерти Василий Васильевич, возвращаясь из театрального института с дочерью Анной, неожиданно для нее сказал: «А знаешь, Нюша, я в искусстве своего последнего слова еще не сказал». В этом он был весь. Безгранично талантливый, непосредственный и восторженный. В Меркурьеве всегда жил большой ребенок с добрым сердцем волшебника.

Источник: http://www.missiya.info/articles/4158

Василий Меркурьев (Vasiliy Merkurev): фильмография, фото, биография. Актер

Василий Васильевич родился весной 1904 года в уездном городе Остров Псковской губернии. Он стал четвертым сыном в семье русского торговца Василия Меркурьева и его жены Анны Гроссен, приехавшей из Швейцарии. Супруги воспитывали шестерых детей, все из которых были мальчиками.

Любовь к театру и актерские способности начали проявляться у Василия еще в раннем детстве.

Учась в школе, он прилежно посещал драматический кружок, а в шестнадцать лет уже устроился в местный театр, где ему доверяли «взрослые» и сложные роли, например, беглого монаха Варлаама из пьесы «Борис Годунов».

После школы молодой человек уехал в Ленинград, чтобы профессионально освоить актерское ремесло.

В 1926 году, окончив техникум сценического искусства (ныне известный как Санкт-Петербургская государственная академия театрального искусства), Меркурьев присоединился к труппе Ленинградского театра актерского мастерства.

В те годы им руководил уважаемый актер, режиссер и педагог Леонид Сергеевич Вивьен. Под его руководством Меркурьев постигал азы профессии, и именно Вивьен заметил в юноше незаурядные способности.

В Театре актерского мастерства Василий Васильевич проработал до 1937 года, однако в последние несколько лет он также выступал на сцене Академического театра драмы и Красноармейского театра. Прежде чем официально перейти в ЛТАД имени А. С. Пушкина, где актер остался до последних дней жизни, некоторое время он играл в театре областного совета профессиональных союзов.

Кинематографический дебют Меркурьева состоялся в 1935 году в драматической ленте Мильмана и Шписа «Инженер Гофф». Следом, из года в год, с перерывом только в военный период, он начал активно сниматься в полнометражных лентах. В общей сложности фильмография актера насчитывает более пятидесяти ролей.

Среди наиболее известных работ Меркурьева немало «золотых» фильмов отечественного киноискусства: драма «Танкисты» (1939), фильм Сергея Сплошнова «Песнь о дружбе» (1941), комедия Семена Тимошенко «Небесный тихоход» (1945), военная лента Михаила Калатозова «Летят журавли» и множество других фильмов, где выдающийся актер смог проявить свое мастерство. За игру в картинах «Глинка», «Повесть о настоящем человеке» и «Донецкие шахтеры» Меркурьев был награжден Сталинскими премиями второй степени. Кроме того, на счету артиста два ордена Трудового Красного Знамени и премия Константина Сергеевича Станиславского.

Герой экранизации «Повесть о настоящем человеке» и в жизни соответствовал этому статусу. Окружающие люди отмечали его стойкость и размах души. Пережив войну и выдержав множество ударов судьбы, он никогда не отказывал в помощи другим.

Василий Васильевич был женат на дочери известного режиссера Ирине Мейерхольд и прожил с ней в любви и уважении несколько десятков лет, воспитав восемь детей. Кроме родных двух дочерей и сына, супруги приняли двух сыновей и дочку брата Меркурьева, пострадавшего от репрессий, а также двоих детей, потерявших родителей в годы эвакуации.

До последних дней Меркурьев играл на сцене и преподавал актерское мастерство в Ленинградском театральном институте. Скончался Василий Васильевич в 1978 году в Ленинграде на семьдесят пятом году жизни.

Источник: https://www.ivi.ru/person/vasiliy-merkurev-7984

Сергей Паршин: «Когда Меркурьев шел по Невскому проспекту, останавливались..

110 лет назад родился народный артист Советского Союза Василий Меркурьев, известный по фильмам «Верные друзья», «Летят журавли», «Небесный тихоход»

Читайте также:  Данила дунаев - биография знаменитости, личная жизнь, дети

Старший лейтенант Туча в «Небесном тихоходе», Лесничий в «Золушке», академик Нестратов в «Верных друзьях», Мальволио в «Двенадцатой ночи», Федор Иванович в «Летят журавли», Лейброк в «Прощании с Петербургом» — эти роли Василия Меркурьева зрители любят до сих пор.

Но, несмотря на почти семьдесят фильмов, примерно столько же спектаклей и три Сталинские премии, в конце жизни Василий Васильевич признался дочери, что «так и не сказал своего слова в искусстве».

Среди работ Меркурьева много комедий, а он всегда мечтал о серьезных драматических ролях и очень радовался, когда режиссеры предлагали ему такой образ, пусть и эпизодический.

История жизни актера ни в чем не уступает сценариям картин, в которых он снимался, и спектаклям, где играл. Со своей будущей женой Ириной, дочерью знаменитого Всеволода Мейерхольда, Меркурьев познакомился, когда она, будучи ассистентом режиссера на киностудии «Ленфильм», привезла ему сценарий новой картины.

Василий Васильевич, как он признавался позднее, потерял голову сразу и навсегда. Несмотря на то что Ирина была замужем (причем второй раз), а сам Меркурьев состоял в гражданском браке, он начал упорно добиваться взаимности. Они прожили вместе не один десяток лет и до старости ходили, держась за руки, за что окружающие называли их Ромео и Джульеттой.

https://www.youtube.com/watch?v=AozbE29cgRM

О Василии Меркурьеве рассказывает его ученик, актер Сергей Паршин (на фото).

— Сергей Иванович, вам повезло, ведь Меркурьев был вашим учителем?

— Не только учителем, но и свидетелем на моей свадьбе. Я женился на четвертом курсе театрального института на своей однокурснице Тане Астратьевой. Когда сказал Василию Васильевичу, что свидетелем будет мой друг, Меркурьев ответил: «Никаких друзей — я приеду сам!» И не только приехал, но и привез прямо в загс, где его уже ждал весь наш курс, ящик шампанского.

— Выходит, вы были его любимым учеником?

— Не будет ли нескромностью с моей стороны говорить об этом, но у меня есть фотография, которую Василий Васильевич подарил незадолго до своей смерти, там написано: «Любимому и талантливому Сергею Ивановичу Паршину». Он и его жена Ирина Всеволодовна Мейерхольд, тоже наш педагог, относились ко мне с большой нежностью.

Знаете, по прошествии многих лет начинаешь вспоминать людей, которые когда-то шли по жизни рядом с тобой, и испытываешь напряжение, пытаясь представить черты лица или манеру говорить.

Когда же вспоминаю Василия Васильевича, у меня такое впечатление, что только вчера с ним расстался — настолько явный его образ. У меня дома стоит портрет, на котором Меркурьев еще молод. До чего же ясный у Василия Васильевича взгляд! Такие глаза у него были, когда радовался за своих учеников.

И как же эти глаза грустнели и темнели, а веки опускались, если у нас что-то шло не так в творчестве или личной жизни.

— Говорят, на репетиции Василия Меркурьева со студентами приезжали актеры и режиссеры не только со всего Союза, но и из-за границы. В чем их уникальность?

— Занятия по актерскому мастерству сочетались у нас с тренингами по биомеханике, специалистом по которой была жена Василия Васильевича. Ирина Всеволодовна научилась этой системе у своего отца — великого Мей­ерхольда. В период нашего студенчества, а это были 1969—1973 годы, о биомеханике в Советском Союзе старались не говорить.

Официальной считалась система Станиславского, а все остальное не замечалось. Не хочу сказать, что Меркурьев и Мейерхольд отрицали Станиславского, но и биомеханике они уделяли много времени и внимания.

Студенты других режиссерских курсов, в том числе и те, кто учился у Георгия Товстоногова, сбегали со своих занятий, чтобы посмотреть на наши эксперименты — в больших, три метра высотой, дверях нашей аудитории сверху донизу торчали их головы.

Говоря о действии в спектакле, Василий Васильевич всегда приводил в пример шайбу во время хоккейного матча. Болельщики на стадионе следят за ней, а не за игроками. Точно так же и в спектакле: внимание зрителей должно быть сконцентрировано там, где происходит действие. Значит, актерам надо слышать друг друга, быть предельно органичными и верить в то, что делаешь.

— Те, кто знал Василия Васильевича, вспоминают, что где бы он ни появился, его тут же окружала толпа поклонников.

— Популярность у него была неимоверная.

Когда Василий Васильевич (большой, как гора, широкоплечий, красивый) шел по Невскому проспекту, останавливались троллейбусы: «Смотрите, Меркурьев!» Он не был щеголем, материальное положение не позволяло — Василию Васильевичу надо было кормить большую семью, но старался одеваться элегантно.

У него были очень красивые свитера, он любил белые рубашки и обязательно — галстуки. Без этой детали одежды я его ни разу не видел. Только на рыбалку, которую обожал (на Карельском перешейке таких щук ловил, каких я никогда больше не видел), мог одеться демократично — сапоги и куртка.

В 1974 году, в первый сезон моей работы в театре, летом мы поехали на гастроли в Киев. Василий Васильевич и Ирина Всеволодовна взяли меня к себе в купе, на верхнюю полку, где я сначала читал, а потом уснул. И вдруг почувствовал, что начали распространяться запахи вкусной еды, что-то стало шуршать и позвякивать.

Казалось, все это мне снится, но тут Меркурьев разбудил меня и, показав на стол, уставленный разными яствами, сказал: «Сергей Иванович (надо сказать, что всех своих студентов эти люди называли на вы и по имени-отчеству и требовали, чтобы мы между собой общались так же), все это надо уничтожить».

Чего там только не было: фрукты, овощи, зелень, окорока, сало, колбасы, котлеты, бутылки самогона, шампанское, коньяк, конфеты… Оказалось, пассажиры, узнав, что в поезде едет сам Меркурьев, со всех вагонов понесли ему в дар свои припасы.

Я тогда так наелся, что на полку залезть не мог — преподаватели вдвоем меня туда забрасывали.

— История отношений Василия Васильевича и Ирины Всеволодовны заслуживает особого внимания. Несмотря на возраст, их называли Ромео и Джульеттой.

— Сейчас, когда мы встречаемся с однокурсниками, которые работают в Питере, и вспоминаем те времена, не можем себе простить, какими были дураками, что поначалу посмеивались над своими учителями. Только потом поняли, что это действительно была любовь — настоящая, которая так редко встречается в нашей жизни. Многие о ней мечтают, а встретить не могут.

Когда репрессировали Всеволода Мейерхольда, Меркурьев не предал свою жену, а ведь люди тогда отрекались от детей и родителей, друзей и любимых. В их семье не было и намека на это, они всю жизнь провели вместе. Ходили за ручку и целовали друг друга в губы. Она называла его Васечкой, а он ее — Аришенькой.

У Василия Васильевича был диабет, и Ирина Всеволодовна сама делала ему уколы, была его ангелом-хранителем.

— Она ведь тоже тяжело болела, под конец жизни почти ослепла.

— У нее всегда было плохое зрение, носила очки с большими диоптриями. Эта женщина перенесла четыре инфаркта. Когда случился последний, санитары приехавшей на вызов «скорой» положили Ирину Всеволодовну на одеяло и понесли к выходу.

И только подходя к двери, спохватились: она лежит вперед ногами, что для медиков очень плохая примета. Увидев их замешательство, Ирина Всеволодовна слабым голосом произнесла: «Деточки, несите-несите, я все равно выживу».

Понимаете, каким мужеством она обладала? И действительно выжила, они с Василием Васильевичем выпустили наш курс, а потом еще один.

На курсе было 27 человек, и всех они считали своими детьми. А это же взрослые люди, порой нелегкие в общении, на первом курсе мнившие себя великими актерами и не прислушивающиеся ни к каким советам.

Всякое бывало: кто-то попадал в милицию или вытрезвитель, нужно было оттуда вызволять, кому-то требовалось помочь деньгами, купить что-то из вещей или еды.

Если репетиции затягивались до ночи, Василий Васильевич и Ирина Всеволодовна посылали в магазин гонца, который на их деньги покупал батоны хлеба и колбасы.

Супруги ухаживали за всей оравой, хотя я только сейчас понимаю, каких нервов им это стоило. Единственное, что они нам категорически запрещали, так это сниматься в кино вплоть до окончания театрального института.

Такой у них был принцип: сначала диплом, а потом — кино. Когда Марина Неелова снялась в «Старой, старой сказке», ее чуть не лишили диплома.

Такая же история случилась с Женей Леоновым-Гладышевым, сыгравшим в фильме «Докер» с Роланом Быковым и Ефимом Копеляном. Но, слава Богу, все обошлось.

— Меркурьев был строгим преподавателем?

— Только в том, что касалось профессиональных принципов. В остальном же это был очень добрый, а в последние годы еще и ранимый человек. Помимо троих родных детей, Василий Васильевич и Ирина Всеволодовна усыновили еще троих племянников — детей брата Меркурьева, который был репрессирован и умер в тюрьме.

Во время войны в эвакуации эти удивительные люди взяли на воспитание двоих детей из детского дома. Впоследствии их нашли родители, но в самые страшные и голодные годы о них заботились наши замечательные педагоги.

Огромным испытанием для Василия Васильевича и Ирины Всеволодовны стало то, что их младшая дочь Екатерина, которую Меркурьев называл самой любимой, была тяжело больна — врачи диагностировали у нее шизофрению. Кстати, из всей семьи до сегодняшнего дня дожила только она одна.

— Что случилось с сыном Василия Васильевича и Ирины Всеволодовны, известным актером Петром Меркурьевым?

— Он довольно много снимался, правда, все больше в ролях второго плана. Зрители видели его в таких фильмах, как «Достояние республики», «Они сражались за Родину», «Мы из джаза», «Забытая мелодия для флейты», «Ширли-мырли», «Бригада», «Ликвидация», «Исаев».

В нескольких фильмах («Я — артистка», «Есенин») сыграл своего деда — Всеволода Мейерхольда, на которого был очень похож. Пети не стало в 2010 году — он умер от рака головного мозга, не дожив до 70 лет. До последнего момента держался мужественно.

Помню, за месяц до смерти позвонил мне и предложил попить пива. Поскольку Петя никогда не являлся поклонником этого напитка, я удивился: «Чего вдруг?» «Ну как же, Сергуня, — ответил он, — рак у меня есть, теперь осталось пиво». В прошлом году умерла и внучка Василия Васильевича Ирина, ее сбила машина.

Больше года Ирина лежала в коме, мы все боролись за ее жизнь, чем могли, помогали, но безуспешно.

— Считается, что каждый актер хотел бы умереть на сцене. Василий Меркурьев умер именно так?

— Можно сказать, да, хотя умер он, конечно, не в театре, а в больнице.

Василия Васильевича «скорая» забрала с репетиции, мы тогда как раз выпускали спектакль «Рембрандт», режиссером-постановщиком которого была Ирина Всеволодовна.

Меркурьев уже плохо себя чувствовал, но репетировал до последнего, вскоре должны были начаться генеральные прогоны. Василию Васильевичу стало плохо, его забрали в больницу, откуда он уже не вернулся.

Ирина Всеволодовна много времени проводила в его палате, она даже представить себе не могла, что за ее Васечкой будет ухаживать кто-то другой. Если куда-то выходила, Василий Васильевич не скрывал, что ему очень больно, но стоило жене вернуться, как знаменитый актер менялся буквально на глазах, даже начинал улыбаться.

Фото в тексте Франс Пресс

Источник: https://fakty.ua/181498-sergej-parshin-kogda-merkurev-shel-po-nevskomu-prospektu-ostanavlivalis-trollejbusy

Биография Меркурьева Василия Васильевича

24.03. (06.04) 1904, Остров, Псковская обл. – 12.04.1978, Москва

Народный артист СССР (1960)

Лауреат Государственных премий СССР (1947, за роль в фильме «Глинка»; 1949, за роль в фильме «Повесть о настоящем человеке»; 1952, за роль в фильме «Донецкие шахтеры»)
Лауреат Государственной премии РСФСР имени К.С. Станиславского (1979, за театральную работу, посмертно) 

Довоенная карьера

Василий Васильевич Меркурьев родился 6 апреля 1904 года в городе Остров Псковской области. Еще в детстве мальчик «заболел» сценой. В шестнадцать лет он стал актером местного театра, а спустя год отправился постигать актерское мастерство в Петроград.

В северной столице Василий поступил в институт сценических искусств, в мастерскую Л.С.Вивьена. Окончил его он в 1926 году, а в 1928-м — пришел все к тому же Вивьену в Ленинградский театр актерского мастерства. Здесь, под руководством опытного режиссера и педагога формировалось умение молодого актера создавать реалистические, жизненно полнокровные характеры.

Параллельно с актерской деятельностью Василий Меркурьев с 1932 года начал преподавать в Ленинградском государственном институте театра, музыки и кинематографии. Много позже, в 1950 году он станет профессором этого института.

В 1937 году Василий Меркурьев перешел в Ленинградский театр драмы имени А.С.Пушкина. На его сцене актеру довелось работать с такими корифеями театра, как: Ю.Юрьев, Е.Корчагина-Александровская, Б.Горин-Горяинов.

Читайте также:  Кристина резцова - биография знаменитости, личная жизнь, дети

Меркурьевым было создано множество интересных разноплановых ролей. Одна из лучших – Грознов в спектакле «Правда хорошо, а счастье лучше». Эту роль Василий начал играть еще в 1925 году у Вивьена.

И теперь здесь отшлифовывал ее до совершенства.

В том же 1935 году началась и кинокарьера Василия Меркурьева. Его дебютом на экране стала роль Стася в социальной драме Бориса Шписа и Рашеля Мильмана «Инженер Гофф».

Чуть позже актер сыграл студента-меньшевика в знаменитом фильме Григория Козинцева и Леонида Трауберга «Возвращение Максима».

До войны актер снялся также в военной ленте «Танкисты», драме «Член правительства» и других фильмах. Но настоящий успех к Меркурьеву пришел чуть позже…

Личная жизнь

С Ириной Всеволодной Мейерхольд, дочерью знаменитого Всеволода Мейерхольда, Василий Меркурьев познакомился в 1934 году. В то время она работала ассистентом режиссера на киностудии «Ленфильм». Ирина привезла Меркурьеву сценарий, и, как признавался сам актер, он сразу же в нее влюбился.

 

Окончательно же Ирина покорила Василия Меркурьева на съемках, когда норовистая лошадь сбросила одного актера. Ирина не растерялась и тут же, вскочив на нее, смогла успокоить. Этот случай произвел на Меркурьева большое впечатление, 30-летний мужчина влюбился с первого взгляда.

К тому времени Меркурьев уже был женат. Нет не официально, — в гражданском браке. А Ирина и вовсе уже дважды побывала замужем. К тому же недавно был репрессирован, и расстрелян ее отец. Вполне вероятно, что репрессии ожидали и дочь «врага народа». Но это не остановило Василия Меркурьева (вполне вероятно, что их брак и спас в тот момент Ирину).

 

Вместе они прожили душа в душу 44 года. Вспоминает сын актера Петр Меркурьев: «Это не значит, конечно, что все шло гладко. У мамы-то характер папочкин — Всеволода Эмильевича! Мама органически не могла быть не правой. И даже понимая, что совсем не права, все равно доказывала, что права. Мы это воспринимали с юмором. А доброты она была потрясающей».

Война

Когда началась Великая Отечественная война, Ленинградский театр был эвакуирован в Новосибирск. Уехали и Василий Меркурьев с Ириной Мейерхольд.

Уехали, имея на руках двух дочерей Аню и Катю и двух племянников-сирот. Здесь, в эвакуации Василий с Ириной продолжили заниматься творчеством.

Они выступали со спектаклями, организовали в городе Нарым Новосибирской области первый профессиональный театр…

 

Тогда же, в те трудные годы, они решились на рождение еще одного ребенка! Так, прямо в кулисах, во время репетиции в городе Колпашеве Томской области у супругов родился сын Петр, названный так в честь брата Василия Меркурьева.

Большое сердце

После войны Меркурьев с женой вернулись в Ленинград. По дороге супруги подобрали двоих брошенных, или кем-то потерянных детей. Это, какое надо было иметь большое сердце, ведь у Меркурьевых уже было пятеро детей – трое собственных и двое племянников!

 

Жить было негде, и их приютила в своей трехкомнатной квартире актриса Ольга Яковлевна Лебзак. Приютила, несмотря на то, что жила с мужем, матерью и дочерью.

Рядом с ними в 80-метровой квартире жил режиссер, основатель питерского ТЮЗа, Александр Александрович Брянцев. Однажды он заглянул к Меркурьеву по какому-то поводу. Увидев эту невероятную скученность народа, он сказал: «Нам со старухой такие хоромы не нужны, а тебе с твоим «табором» в самый раз. Утром переезжайте». Вот такие в то время были люди!

А дом Меркурьева действительно был похож на табор. Куча детей, знакомые (вчерашние узники сталинских лагерей), жившие у них месяцами, а еще — спасенные кошки и собаки…

К тому же Ирину Мейерхольд, как дочь врага народа, потихоньку, под благовидным предлогом, убрали со всех работ. Двенадцать лет она не работала. Но Василий Меркурьев никогда не жаловался на судьбу.

Один, он тащил всю семью, летая со съемки на съемку, с концерта на концерт… А слава актера все росла…

Театральная и педагогическая деятельность

Возвратившись в Ленинград, Меркурьев продолжил работу в театре драмы им. Пушкина. Актер одинаково органично существовал как в комедийных, так и в драматических ролях. Остро чувствуя жанр комедии, он наделял своих комических героев непринужденностью и простотой.

Им были созданы замечательные образы в спектаклях: «Горе от ума» (Фамусов), «Двенадцатая ночь» (Мальволио).

Поисками типичности, психологической многоплановости были отмечены работы над многими драматическими ролями: Василий Бортников («Высокая волна»), Павел Михайлович («Сонет Петрарки»), Прокофьев («Сын века»).

 

Работал Меркурьев и как режиссер, показав себя глубоким и бескомпромиссным мастером. В его активе постановки «Мещан», «Трех сестер», «Чапаева».

 

Всю свою жизнь Василий Меркурьев передавал свой огромный опыт студентам и молодым актерам. Вместе с Ириной Мейерхольд и своими выпускниками он создал в Выборге театр драмы. В основе труппы драматического театра в Чимкенте были выпускники Меркурьева и Мейерхольд.

 

С молодыми актерами Меркурьев держался без малейшей тени превосходства. Как-то его, уже суперпопулярного актера, пригласила сыграть в студенческом спектакле профессор театрального института Татьяна Григорьевна Сойникова.

И в каком спектакле! В знаменитом «Правда хорошо, а счастье лучше», — спектакле, являвшемся долгие годы визитной карточкой Меркурьева. Недоброжелатели Сойниковой потирали руки: вот сейчас мэтр разделает под орех ее учеников, тем самым, показав, что она их неправильно учит.

Меркурьев вышел и сыграл, ничуть не премьерствуя, не тяня одеяло на себя, на равных со студентами. Так в нем было заложено чувство ансамбля!

Василий Васильевич, всю свою жизнь отдавший Ленинградскому театру драмы, никогда не отказывался поработать в других театрах, пусть и провинциальных.

Да и не было для него такого понятия! Петр Меркурьев вспоминает: «Папа приезжал не как гастролер: сразу раз — и впрыгнул в спектакль! Нет. Он приезжал за неделю, репетировал, входил в ансамбль, а потом шли колоссальные триумфы.

Он так играл в Комсомольске-на-Амуре, Семипалатинске, Смоленске, Кунгуре, Березниках, Новосибирске, Владимире… Городов, наверное, тридцать».

Герой киноэкрана

Да, Василий Меркурьев был великим театральным актером, но настоящую популярность и всенародную любовь ему принесло все же кино.

А началось его триумфальное восхождение с роли старшего лейтенанта Тучи в блистательной картине Семена Тимошенко «Небесный тихоход», вышедшей на экраны в год окончания Великой отечественной.

Веселая музыкальная комедия о похождениях трех бравых друзей летчиков (Василий Меркурьев, Николай Крючков и Василий Нещипленко) пришлась не по душе критикам. Они принялись дружно ругать создателей за легкомысленное отношение к войне.

Зато зрители приняли картину с невероятным восторгом. «Небесный тихоход» стал настоящим кинохитом того времени. Сегодня фильм входит в золотой фонд отечественного кино, а песню «Первым делом самолеты» до сих пор помнят и любят миллионы людей.

Вскоре пришло признание и официальных властей. Сталинские премии. Одна за другой. За роль Ульяныча в историко-биографическом фильме «Глинка» (1947). За роль Степана Ивановича в фильме «Повесть о настоящем человеке» (1949). За роль Горового в фильме «Донецкие шахтеры» (1952).

 

Зрителям же больше нравились другие роли Меркурьева. Добрый лесничий в незабываемой сказке «Золушка», академик-архитектор Нестратов в лирической комедии «Верные друзья», Мальволио в экранизации шекспировской «Двенадцатой ночи», Федор Иванович в драме «Летят журавли»… Время все расставило по своим местам. Выбор зрителей оказался верным, — эти картины пользуются успехом и сегодня.

Это все о нем…

Восторженные зрители отожествляли Василия Меркурьева с его киноперсонажами, такими, как Нестратов из «Верных друзей» и Туча из «Небесного тихохода» — весельчаками и балагурами. В жизни Меркурьев действительно не был занудой, но и весельчаком его трудно было назвать. Чаще он был задумчив и молчалив. Его переживания были связаны с тревогой за близких – жену, детей.

К работе актер относился с огромной ответственностью. Петр Меркурьев вспоминает: «Мне казалось, что папа все время работает. Он был или в театре, или на съемках, а когда дома — то, сидя в своем кресле или лежа на огромной кровати, обложенный книгами, учил роль. Роль учил всегда тихо — бормотал.

А потом, бывало, сидим на кухне — и вдруг он начинает что-то говорить. И это звучало так естественно, что мы не всегда понимали, что это текст роли». Лучшим эпитетом для него было «труженик». Он был настоящим тружеником, философски относящимся к своей славе.

«Слава приходит к нам между делом, если дело достойно ее», — эту фразу Виктора Гусева Василий Васильевич любил повторять.

А слава актера действительно была всенародной. Его узнавали по одному голосу. И Меркурьев порой пользовался своей известностью. Только не для себя, а для других.

Василий Васильевич помогал простым людям получать квартиры, телефоны, устраивал их в больницы… Как-то Ирина Мейерхольд спросила его: «Вася, ты для чужих все делаешь, а для своих детей — так мало».

На что он ответил: «Я не вечен. Я хочу умереть, зная, что мои дети без меня справятся».

 

К сожалению, всего того, что актер хотел, он сыграть не смог. Режиссеров больше привлекал комедийный талант Меркурьева, несмотря на весьма удачные драматические образы (в том же фильме «Летят журавли»).

Меркурьеву так хотелось сыграть Отелло, а ему говорили, что он талантлив в другой области. «Дайте мне провалиться! Пусть меня закидают тухлыми помидорами! Докажите мне, что я не прав», — просил он.

Но его не слышали…

Василий Меркурьев терпеть не мог пассивного отдыха. В свободное от работы время он отправлялся на дачу к любимым грядкам. И детям свом он де давал бездельничать. Нет, он никогда никого не заставлял, просто вдохновлял своим примером. Даже в преклонном возрасте, когда уже трудно было передвигаться, Василий Васильевич брал фанерку, ложился на нее и обрабатывал грядки…

 

А еще Василий Васильевич безмерно любил цирк, посещая программы по три-четыре раза. Он и ученикам своим советовал почаще бывать в цирке и наблюдать за слаженностью и взаимопониманием артистов.

 

Из музыки Меркурьев предпочитал Мравинского и песни Шаляпина. Очень часто он слушал шаляпинское «Уймитесь, волнения, страсти». Умер Меркурьев 12 апреля 1978 в Москве. Рассказывают, что когда у его гроба зазвучала эта песня, по щеке покойного скатилась слеза.

Источник: http://ostrovadm.ru/publ/17-1-0-17

Ссылка на основную публикацию