Тихон хренников – биография знаменитости, личная жизнь, дети

Тихон Николаевич Хренников

Профессор МГК имени П. И. Чайковского с 1966 года. Лауреат Ленинской премии (1974), трёх Сталинских премий второй степени (1942, 1946, 1952), Государственной премии СССР (1967). Первый секретарь СК СССР.

Биография

Родился 28 мая (10 июня) 1913 года в Ельце (ныне Липецкая область) десятым ребёнком в семье приказчика у местных купцов; мать — Варвара Васильевна — домохозяйка.

Увлёкся музыкой во время пребывания в Ельце В. Агаркова, стал заниматься с Анной Федоровной Варгуниной.

Зимой 1927—1928 прибыл в Москву и показал свои произведения Агаркову, который отнёсся к нему с симпатией и посоветовал сначала закончить среднее образование в Ельце, а затем учиться в Москве.

Весной 1929 года окончил школу-девятилетку; написав письмо Михаилу Гнесину и получив положительный ответ, поступил в число студентов техникума Гнесиных. Окончил Музыкальное училище имени Гнесиных (1932) и Московскую консерваторию (1936), ученик В. Я. Шебалина и Г. Г. Нейгауза.

В 1939 году написал оперу «В бурю» (1939), которая стала «первым успешным опытом претворения в музыке революционной темы», в ней Хренников впервые вывел в опере В. И. Ленина. В 1950 году написал оперу «Фрол Скобеев» (1950).

Писал музыку к спектаклям и фильмам, в том числе «Свинарка и пастух» (1941), «В шесть часов вечера после войны» (1944) и т. д. В его музыкальном спектакле «Доротея» (и других) одну из главных ролей на премьере исполнял оперный певец Леонид Екимов.

В 1941—1956 отвечал за музыкальную часть в ЦАТСА.

Уже в 1930-е гг. Хренников вошел в официальную обойму советских композиторов, представляя «композиторскую молодёжь». Характерно его выступление во время дискуссии о статьях в «Правде» «Сумбур вместо музыки» и «Балетная фальшь», состоявшейся в феврале 1936 г.:

Наряду с другими официальными представителями советской культуры — Н. И. Челяповым, Н. Я. Мясковским, Н. К. Чемберджи, С. Н. Василенко, В. А. Белым, А. М. Веприком, А. И. Хачатуряном, Б. С. Шехтером, М. Л. Старокадомским, Г. Н.

 Хубовым, В. И. Мурадели, В. М. Юровским, Л. В. Кулаковским, Хренников подписал заявление, приветствовавшее «приговор Верховного Суда СССР, вынесенный предателям родины, фашистским наемникам — М. Н. Тухачевскому, И. Э. Якиру и другим».

Долгое время распространялась легенда о том, что советские музыканты в период правления Хренникова якобы не подвергались репрессиям, не арестовывались и т. д. В интервью, данном пианисту Яше Немцову 8 ноября 2004 г.

в Москве, Хренников утверждал, что благодаря его заступничеству, был «тут же освобожден» «задержанный» композитор Моисей Вайнберг, и то же произошло с А. М. Веприком. В действительности, Веприк провел в Гулаге четыре года, а Вайнберга, вышедшего на свободу в июне 1953 г. спасла от преследований и, возможно, гибели, смерть Сталина.

Данные о репрессиях в отношении музыкантов после 1948 г. лишь начинают публиковаться, но и обнародованные свидетельства подтверждают массовый характер преследований.

В 1949 году Хренников подверг уничтожающей критике молодого композитора Александра Локшина, воспользовавшись формулировками одного из идеологов сталинизма, Павла Апостолова; при этом «модернистскому» творчеству Локшина в качестве образца истинного, народного по духу искусства была противопоставлена кантата «Сон Степана Разина» Галины Уствольской. Это выступление вызвало возмущение М. Ф. Гнесина, обвинившего Хренникова, не осмелившегося критиковать Локшина в профессиональной среде, в двуличии. Результатом погрома явилось изгнание Локшина из академической среды.

Как руководитель Союза композиторов, Хренников не сделал ничего для отмены приговора в отношении первой жены С. С. Прокофьева, Лины Ивановны, арестованной 20 февраля 1948 года. по сфабрикованному обвинению, или хотя бы облегчения ее участи в лагере. Никто не заступился за сыновей Прокофьева, принудительно выселенных из своей квартиры.

После возвращения Лины Ивановны из лагеря Союз композиторов не помог улучшить стесненные жилищные условия первой семьи композитора — за семью заступились Ирина Архипова и Зураб Соткилава.

Первая семья Прокофьева подвергалась систематическим унижениям: так, по свидетельству Святослава Прокофьева, Лине Ивановне, лично приглашенной министром культуры Франции на открытие мемориальной доски Прокофьева в Париже, Союз композиторов ответил: «Считаем вашу поездку нецелесообразной». На церемонии присутствовал Хренников со всей своей семьей.

Лину Ивановну Прокофьеву не пустили и на открытие оперного театра в Сиднее. В то же время, Святослав Прокофьев отмечал типичную логику функционера: при случае Хренников мог и помогать «в границах, когда не было угрозы его собственному положению и карьере […]. Но эти границы никогда не переходил».

Идеологические кампании 1948—1949 годов против «формалистов» в музыке непосредственно продолжили так называемую «борьбу с космополитами» — политику государственного антисемитизма, расцветшего после Второй мировой войны и проявившегося в самых разных формах, в том числе в искусстве — от знаменитых идеологических постановлений, деклараций официальных писателей и критиков до омерзительных карикатур и площадной антисемитской брани в журнале «Крокодил». Историки государственного антисемитизма в СССР называют Тихона Хренникова в ряду наиболее активных поборников «чистоты русской культуры». При этом в советской официальной политике и до, и после смерти Сталина постоянно проводилась четкая граница между «хорошими советскими евреями» и «нацистами-сионистами». Этой «партийной линии» следовало руководство Союза композиторов, клеймившее «сионистских агрессоров», «агентов мирового империализма» и расправлявшееся с «идеологически порочными», «враждебными» явлениями в советской музыкальной культуре. Понятие «сионист» зачастую использовалось как жупел в борьбе с неугодными режиму людьми разных национальностей, вероисповеданий, убеждений и т. д. (Рославец, Николай Андреевич). «Борьба с формалистами» проводилась также в других странах: по свидетельству Дьёрдя Лигети, после официального визита Хренникова в Будапешт, в 1948 году был снят с репертуара балет Б. Бартока «Чудесный мандарин»; буквально за ночь были перенесены в запасники полотна французских импрессионистов и проч. В 1952 году Лигети чуть не был лишен права на преподавание за то, что демонстрировал студентам запрещенную партитуру «Симфонии псалмов» И. Ф. Стравинского, — Лигети спасло личное вмешательство З. Кодаи.

После смерти И. В. Сталина Хренников сохранил свои позиции и оставался на протяжении более 40 лет единственным руководителем советской музыки. В это время Хренников написал оперы «Мать» (1957), «Золотой телёнок» (1985), балет «Любовью за любовь» (1976), «Гусарская баллада» (1979), оперетту «Сто чертей и одна девушка» (1963) и т.

 д. Поддерживал «партийную линию» в музыке, участвовал в гонениях на композиторов (см. Хренниковская семёрка). Замалчиванию или систематическим нападкам подвергалось наследие русского авангарда, а также его исследователи.

Так, многие годы третировался немецкий публицист Детлеф Гойовы (1934—2008), пропагандировавший на Западе «новую советскую музыку 20-х гг.». Публицисту, ославленному антисоветчиком, до 1989 года был запрещен въезд в СССР; копии его статей, пересылаемых коллегам, арестовывались советской таможней.

В свою очередь, не выпускались за границу отечественные музыковеды, занимавшиеся наследием русского авангарда (см. Рославец, Николай Андреевич).

С 1961 года преподавал в МГК имени П. И. Чайковского (с 1966 года – профессор).

В последнее десятилетие свой жизни Хренников негативно высказывался о лидерах перестройки, распаде СССР и ликвидации соответствующих структур: «Здесь было предательство наших руководителей. Я считаю предателем партии и предателем народа Горбачева и его приспешников, которые специально устроили травлю советского искусства […]».

В одном из программных интервью Хренникова газете «Завтра» прославляется И. В. Сталин — «гений» и «совершенно нормальный человек», терпимый к критике, а также советская культурная политика, несмотря на то, что в 1937 году были репрессированы два брата Хренникова — Борис и Николай (последний был оправдан 2 года спустя):

Действительный член Международного Леонардо-клуба.

Умер 14 августа 2007 года в Москве. Похороны прошли в Ельце 17 августа 2007 года.

Ещё за несколько месяцев до своей кончины Тихон Николаевич говорил о том, что хотел бы быть похоронен в Ельце, в городе, где он родился, который он очень любил, где были похоронены его родители.

Администрация города, посоветовавшись с внуком и дочерью композитора, решила похоронить его в саду его собственного дома-музея, где он родился.

Общественная деятельность

  • член ВКП(б) с 1947 года
  • кандидат в члены ЦК КПСС с 1976 года
  • член ЦРК КПСС (1961—1976)
  • депутат ВС СССР 6—11 созывов (1962—1989)
  • генеральный (1948—1957), первый (1957—1991) секретарь СК СССР

Награды и звания

Премии

  • Сталинская премия второй степени (1942) — за музыку к к/ф «Свинарка и пастух» (1941)
  • Сталинская премия второй степени (1946) — за музыку к к/ф «В шесть часов вечера после войны» (1944)
  • Сталинская премия второй степени (1952) — за музыку к к/ф «Донецкие шахтёры» (1950)
  • Государственная премия СССР (1967) — за цикл инструментальных концертов (концерт для скрипки с оркестром, концерт для виолончели с оркестром)
  • Ленинская премия (1974) — за 2-й концерт для фортепиано с оркестром
  • Государственная премия РСФСР имени М. И. Глинки (1979) — за 2-й концерт для скрипки с оркестром
  • премия Президента Российской Федерации (2003)

Звания

  • народный артист СССР (1963)
  • народный артист РСФСР (1954)
  • заслуженный артист РСФСР (1950)

Награды

  • Герой Социалистического Труда (1973)
  • четыре ордена Ленина (1963, 1971, 1973, 1983)
  • два ордена Трудового Красного Знамени (1966,1988)
  • орден Почёта (1998)
  • медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (1946)
  • медаль «За оборону Москвы» (1946)
  • медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (1946)
  • медаль «В память 800-летия Москвы» (1947)
  • медаль «Двадцать лет победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (1965)
  • медаль «Тридцать лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (1975)
  • медаль «Сорок лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (1985)
  • медаль «Ветеран труда» (1995)
  • медаль «50 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» (1995)
  • медаль «В память 850-летия Москвы» (1997)
  • медаль «60 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» (2005)

Международные награды и звания

Польша Монголия
Болгария Италия Италия Болгария Италия Румыния Франция

Награды и премии общественных и иных организаций

  • 1963 — Почетный знак 1-й степени городского совета Софии (Болгария)
  • 1965 — Почетный гражданин города Русе (Болгария)
  • 1969 — Почетная медаль «Борец за мир» Советского комитета защиты мира
  • 1972 — Почетный гражданин города Бургас (Болгария)
  • 1972 — Почетный гражданин города Елец
  • 1972 — Ветеран 4-ой гвардейской танковой армии
  • 1980 — медаль «За вклад культуры и искусства в развитие Чехословацко-советской дружбы» (ЧССР)
  • 1980 — медаль имени А. В. Александрова
  • 2000 — Памятный знак академии управления МВД РФ
  • 2002 — Премия МВД России
  • 2002 — Почетная премия РАО «За вклад в развитие науки, культуры и искусства»
  • 2003 — медаль «Достойному» Российской академии художеств
  • 2003 — орден «За честь и доблесть» Российского национального Олимпа
  • 2004 — Почетный гражданин Липецкой области
  • 2004 — Рубиновый крест Благотворительного фонда «Меценаты столетия»
  • 2005 — медаль «За особый вклад в развитие Кузбасса» 1-й степени
  • 2005 — Общественная премия «Патриот Москвы»
  • 2006 — Орден миротворца 1-й степени Всемирного благотворительного альянса «Миротворец»

Награды Кинофестивалей

  • 1951 — Большая премия за к/ф «Кавалер Золотой Звезды» (VI Международный кинофестиваль в Карловых Варах)
  • 1954 — Большая премия за к/ф «Верные друзья» (VIII Международный кинофестиваль в Карловых Варах)
  • 1959 — премия «Золотой парус» за к/ф «Капитанская дочка» (XII Международный кинофестиваль в Локарно)
  • 2001 — приз за лучшую музыку к к/ф «Два товарища» (Кинофестиваль «Литература и кино» в Гатчине)

Музыка к фильмам

(Текст песен М. Л. Матусовского).

(совместно с А. Чайковским).

  • В шесть часов вечера после войны
    • Казак уходил на войну
    • Песня артиллеристов
    • Дело не в этом, друзья
    • Прощальная
  • Верные друзья
    • Что так сердце растревожено?
    • Лодочка
    • Мы плыли по течению
    • Речная песенка
    • Песня верных друзей
  • Гусарская баллада
    • Колыбельная Светлане
    • Жил-был Анри IV
    • Давным-давно
    • Романс Жермон
    • Романс Шурочки
  • Дуэнья
    • На свете жил сеньор нестарый
    • Не скучай
    • Серенада
  • Любовью за любовь
    • Любовь за любовь
    • Как соловей о розе
    • Ночь листвою чуть колышет
  • Свинарка и пастух
    • Песня о Москве
    • Ой вы кони
    • Песня Глаши
    • Серенада Кузьмы

Оценка творчества

Новейшая критика тесно связывает эстетику Хренникова с особенностями культуры советского периода:

Другой критик, усиливая ту же мысль, отмечает:

По мнению современного музыковеда,

Увековечение имени

  • 30 июля 2008 года в Липецке появилась улица Хренникова
  • 14 августа 2008 года в саду дома-музея в Ельце установили памятник Хренникову работы А. М. Таратынова.
  • В Ельце присвоено имя Хренникова школе, в которой учился композитор в детстве.
Читайте также:  Алина загитова - биография знаменитости, личная жизнь, дети

Источник: http://people-archive.ru/character/tihon-nikolaevich-hrennikov

Хренников Тихон Николаевич

(род. в 1913 г. ) российский композитор

Имя выдающегося композитора Тихона Николаевича Хренникова широко известно в нашей стране. Его музыка, простая, ясная, исполненная мелодической красоты и свежести, обращена к самым широким массам слушателей. Она покоряет яркой образностью, душевным теплом, сердечностью чувств.

Поэтому так долго живут и не теряют своей популярности лучшие произведения Хренникова — опера «В бурю», музыка к комедии Шекспира «Много шума из ничего» и пьесе А. Гладкова «Давным-давно», музыка ко многим кинофильмам и широко известные героико-патриотические и лирические песни.

Тихон Хренников родился в старинном русском городе Ельце на реке Сосне. Семья Николая Ивановича Хренникова, много лет прослужившего приказчиком у местных купцов и фабрикантов, была многодетной.

Несмотря на то, что достатка особого не было, а одеть и обуть целую ораву ребятишек было нелегко, отец почти всех детей после окончания гимназии отправлял в Москву, где они получили высшее образование. У большой и дружной семьи были широкие интересы, в детях воспитывали любовь к труду, знаниям, жизненную целеустремленность.

Особая роль в этом принадлежала матери Тихона. Сама полуграмотная, Варвара Васильевна считала целью своей жизни сделать детей образованными людьми.

В доме Хренниковых постоянно звучала музыка. Старшие братья и сестры очень любили пение, хорошо играли на гитарах, мандолинах. Почти каждый вечер собиралась молодежь. Пели народные и студенческие песни, пользовался популярностью и городской романс. Старший брат Глеб обладал прекрасным тенором.

Он одновременно учился в Московском университете и в консерватории. К сожалению, жизнь этого одаренного человека оборвалась рано: он погиб в 1918 году на германском фронте. Таким образом, уже в ранние годы жизнь будущего композитора была прочно связана с музыкой.

Тихону больше всего нравилась городская бытовая песня, и симпатии к ней он сохранил на всю жизнь.

К шести годам Тихон выучился хорошо читать и писать. Начало школьных занятий совпало с бурными событиями Гражданской войны. Елец оказался на перекрестке фронтовых дорог.

Тревожное состояние тех дней оставило неизгладимый след в памяти Хренникова.

И когда впоследствии молодой композитор впервые задумал написать оперу, его выбор, естественно, оказался связан с темами, которые будоражили его воображение с самых ранних лет.

В первые же годы обучения в школе Тихон Хренников увлекся пением и музыкой. У него обнаружился красивый голос, тонкий слух. Он с увлечением пел в школьных хорах, играл на гитаре в струнном оркестре.

Очень любил импровизировать мелодии и распевать их на тексты известных стихов, песен, оперных арий.

Школьный учитель пения обратил внимание на музыкально одаренного мальчика и вскоре сделал его своим помощником.

Обратили внимание на музыкальность Тихона и в семье. В девять лет его начинают учить игре на рояле. Первым преподавателем мальчика был Кветон, чех по происхождению, воспитанник Московской консерватории.

Под руководством этого опытного музыканта Тихон Хренников добился первых успехов в игре на фортепиано, а также усвоил некоторые знания по элементарной теории музыки. Через два года он стал заниматься у В.

Агаркова, хорошего пианиста и требовательного педагога, приехавшего в Елец из Москвы, где он учился у К. Игумнова.

В один из зимних вечеров 1926 года Тихон, сидя за праздничным столом, взял нотную бумагу и под оживленный говор домашних сочинил свой первый опус. Это был этюд для фортепиано, довольно складный по форме.

Учитель поддержал первую попытку, и с той поры сочинение музыки стало для мальчика привычным делом. Он писал новые этюды для фортепиано, потом появились марши, вальсы и даже пьески, имевшие программные обозначения. Через некоторое время Тихон стал писать и романсы.

Первый из них он сочинил на слова песни Земфиры из «Цыган» Александра Сергеевича Пушкина («Старый муж, грозный муж»).

Зимой 1927—1928 года произошло событие, которое сыграло важную роль в определении жизненного призвания Тихона Хренникова. В Елец на каникулы приехала подруга его сестры. Она училась в Московском музыкальном техникуме им.

Гнесиных и, прослушав Тихона, рассказала о нем профессору М. Ф. Гнесину, а затем по просьбе этого известного композитора привезла в Москву и самого мальчика.

Гнесин одобрил попытки Тихона сочинять музыку, а на прощание купил для него в Музкниге целую кипу нот, среди которых больше всего было романсов классических и современных авторов.

Весной 1929 года Тихон Николаевич Хренников окончил девять классов, к этому времени юный музыкант был уже автором многих произведений. В родном городе он был известен как талантливый пианист и композитор, без которого не обходился ни один любительский концерт.

И тем не менее, целиком посвятить себя профессии музыканта, Тихон Хренников пока не решался. Он стоял перед выбором: ехать ли в деревню секретарем сельсовета или всерьез учиться музыке. Хренников написал М. Ф.

Гнесину письмо, в котором спрашивал, выйдет ли из него «настоящий композитор» и стоит ли ему связывать с музыкой свою жизнь.

Профессор ответил, что относительно будущих успехов в композиции он пока не берется сказать ничего определенного, но что дарование Тихона бесспорно и из него обязательно получится отличный музыкант-профессионал. Учиться музыке совершенно необходимо.

Совет известного музыканта оказался решающим. Осенью Тихон Николаевич Хренников переехал в Москву и успешно выдержал вступительные экзамены в техникум им. Гнесиных. Здесь он занимался до 1932 года но двум классам: композиции у М. Гнесина и рояля у Э. Гельмана.

Одновременно шло изучение теоретических предметов. Осенью 1932 года Тихон Хренников был принят в Московскую консерваторию — сразу на второй курс. Он учился в классе выдающегося музыканта, композитора и педагога В. Я.

Шебалина, у которого и окончил консерваторию в 1936 году с высшим отличием — занесением его имени на мраморную доску почета.

Подлинную известность принесла 23-летнему композитору музыка к спектаклю «Много шума из ничего» Шекспира в постановке театра им. Евгения Вахтангова. Жизнерадостная, мелодичная, остроумная, она была к тому же по-настоящему театральна и не просто сопровождала спектакль, а органически вплеталась в действие, помогая ярче раскрыть характеры героев.

В формировании творческой личности Тихона Хренникова годы обучения в консерватории сыграли очень большую роль. В это время появляются его первые крупные произведения. За какие-нибудь четыре года он из способного ученика превратился в самобытного художника, который искал свой путь в музыке.

Геатральная музыка, в которой проявилась бесспорная музыкально-драматургическая одаренность Тихона Хренникова, была своеобразной ступенькой на пути молодого автора к оперному успеху. Одним из первых направил его на этот путь Вл.

Немирович-Данченко, предложивший ему написать оперу на современный сюжет. Выбор пал на роман Н. Вирты «Одиночество», где изображены события, связанные с крестьянским восстанием в Тамбовской губернии.

Позднее эта опера получила название «В бурю».

Следующий оперный замысел возник у Хренникова тоже при участии Немировича-Данченко. Тот посоветовал композитору написать комическую оперу в народном духе на сюжет пьесы Д. Аверкиева о российском дворянине Фроле Скобееве, где бы изображались быт и нравы допетровской Руси. Третья опера Хренникова была создана в 1957 году по мотивам романа Максима Горького «Мать».

В первый военный год он написал музыку к фильму режиссера Ивана Пырьева «Свинарка и пастух». Особенно полюбилась слушателям и исполнителям лирическая «Песня о Москве» на слова В. Гусева.

Осенью 1941 года композитор эвакуировался в Свердловск и только там узнал о том, что картину с триумфом показывают по всей стране, а ему присуждена Сталинская премия.

В Свердловске Тихон Николаевич Хренников начал сотрудничать с московским Театром Советской армии, который тоже находился в эвакуации, и это сотрудничество продолжалось потом много лет. Композитор написал музыку ко многим спектаклям театра.

Широкую популярность получила одна из первых военных песен Хренникова «Прощание» и, конечно, «Песня артиллеристов» из кинофильма «В шесть часов вечера после войны», режиссером которого также был И. Пырьев.

Вернувшись в Москву из эвакуации, Тихон Хренников становится музыкальным руководителем Театра Советской армии, входит в число ведущих композиторов-песенников. Но ему хотелось реализовать свои возможности в произведениях крупной формы. В 1942 году он написал музыку к героической комедии «Давным-давно».

Композитор часто выезжал на фронт с концертными бригадами, выступал в армейских клубах и госпиталях. Он сам пел свои песни с подкупающей простотой и огромным обаянием. Хренников был всегда желанным гостем армейской аудитории.

В конце войны он оказался свидетелем штурма Берлина и там же, в Берлине, встретил день Победы.

В послевоенные годы Тихон Николаевич Хренников продолжает много и успешно трудиться. Он пишет детскую оперу «Мальчик-великан», балеты «Наш двор» и «Любовью за любовь».

Позже сочиняет музыку к балету «Гусарская баллада», пишет оперетты «Сто чертей и одна девушка», «Белая ночь». Но особое удовольствие доставляет композитору работа над музыкой к романсам. Он пишет романсы на стихи Пушкина, Есенина, Бёрнса.

Слушатели сразу же полюбили песни Хренникова из кинофильма «Верные друзья» и «Московские окна» в исполнении Л. Утесова.

Нельзя не сказать о том, что в 1948 году решением И. Сталина он был назначен генеральным секретарем Союза композиторов СССР. Номинально Тихон Хренников возглавлял профессиональную организацию, в которой были объединены авторы и немногие исполнители популярной музыки. Но фактически он становится во главе всей музыкальной жизни страны.

Композитор очень рьяно исполнял порученное дело. Он сразу же включился в борьбу против Дмитрия Шостаковича и до сих пор известен как его основной гонитель.

В последние годы жизни Сталина, Хренников стал инициатором преследования композиторов-«космополитов». Хотя формально никто из них не был арестован, именно Хренников организовывал их творческую изоляцию.

По его указаниям произведения тех или иных авторов оказывались под запретом. Подобная судьба постигла многих талантливых композиторов.

Сам Тихон Николаевич Хренников работал много и разнообразно. И не его вина, что многие произведения прошлых лет, как, например, оперы «Мать» или «В бурю», оказались забыты. Он много выступал и как пианист, и его концерты неизменно собирали полные залы.

Композитор, несмотря на преклонный возраст, продолжает сочинять. Вот уже десять лет на сцене петербургского театра имени Мусоргского идет его опера «Голый король» по пьесе Евгения Шварца. Только за последние десять лет он написал комические оперы «Обручение в монастыре» (по пьесе Р. Шеридана) и «Золотой теленок» (по роману Ильфа и Петрова).

В последние годы Тихон Хренников плодотворно сотрудничает с театром «Кремлевский балет». В 1995 году там был поставлен «Наполеон Бонапарт», а впоследствии и балет «Капитанская дочка», посвященный юбилею Пушкина.

Источник: http://biografiivsem.ru/hrennikov-tihon-nikolaevich

Евреи глазами именитых. Тихон Хренников | Shalom

           14 августа исполняется 5 лет со дня смерти известного советского композитора и общественного деятеля Тихона Николаевича Хренникова. Творчество Тихона Николаевича Хренникова неотделимо от СССР. В его музыке отразилась наша советская жизнь, а песни, написанные ко многим кинофильмам, любимы несколькими поколениями.

Будучи длительное время Генеральным секретарём Союза композиторов СССР (1948 – 1991), обласканным властью и лично Сталиным, Хренников имел огромное влияние на музыкальную жизнь страны и судьбы музыкальных деятелей.

Существует мнение, многими оспариваемое, что Тихон Хренников во времена репрессий и ”борьбы с космополитизмом” ( читай, с евреями)  спас многих композиторов от преследований и физического уничтожения.

           Вот, что говорил  Хренников о своей жене Кларе Арнольдовне: ” Я познакомился с ней на танцах. В 1935 году мы вместе с Хачатуряном ходили в танцевальный кружок в Союз композиторов, где балетмейстер из Польши учил нас танцевать бостон. Клара была журналисткой и работала в Союзе композиторов. Я влюбился в нее… Она тогда была замужем, и я увел ее от мужа.

Читайте также:  Alden ehrenreich - биография знаменитости, личная жизнь, дети

С тех пор мы прожили вместе почти 70 лет… Я имел неприятности из-за того, что она – еврейка. Начиная с 1950 года, в годы борьбы с космополитизмом и раздувания ‘дела врачей’, я не давал в обиду ни одного еврея-композитора. Да и не только евреев, но и русских тоже. От меня требовали компромата, но я всегда писал только суперположительные характеристики, так что оснований для арестов не было.

Помню, как-то раз арестовали Вайнберга на несколько дней, так я такой скандал закатил! Искатели компромата не должны были забывать, что на должность секретаря Союза меня назначил Сталин.

Характер у меня сильный, я не позволял собой командовать, и в своих решениях был самостоятелен. В других творческих Союзах было много пострадавших, а из композиторов никто не пострадал, хотя было много поползновений. Моя непокорность не давала покоя некоторым моим коллегам.

Среди композиторов было много реакционно-настроенных людей. Они писали на меня в ЦК. Суслов давал мне читать эти доносы, где сообщалось: Хренников защищает евреев потому, что находится под влиянием жены-еврейки.

Каждый день с почтой я получал анонимные послания, где меня изображали то казненным на электрическом стуле, то на пути к кладбищу, то на расстреле”.

         И ещё. Приведу высказывания композитора о влиянии евреев на музыкальную жизнь в СССР ( Интервью  в журнале ”Лехаим”, январь 2001 года ): ” Я приехал в столицу из уездного городка Ельца в конце 1927 года. Показал Михаилу Фабиановичу Гнесину свои сочинения, и с тех пор он стал моим учителем. У него, прежде всего, я учился композиции.

Но никаких специальных разговоров о еврейской музыке, о ее влиянии на творчество у нас не было, ведь я композитор, музыкант, а не музыковед. Великолепная, конечно, музыка у него была – «Рыжий Мотэле». Ну, а что написано в энциклопедиях, меня никогда не интересовало. Что там музыковеды писали о его еврейском периоде, тоже не знаю, но помню, это широко тогда не обсуждалось.

И он сам не нажимал на эти педалиЯ преклоняюсь перед семьей Гнесиных, их общественная и преподавательская деятельность имеет огромнейшее значение для развития русской музыкальной культуры. Они сделали не меньше, чем семья евреев Рубинштейнов.

Их влияние колоссально, они по сути дела определили развитие музыкальной культуры России, музыкального образования в нашей стране…Возвращаясь к вопросу о влиянии еврейского фольклора на музыку советского периода, хочу заметить – я этим никогда не занимался специально, не изучал это. Естественно, были великолепные композиторы – например, друзья Гнесиных семья Крейнов, Александр Крейн, Григорий Крейн и его сын Юлиан; в Союзе композиторов СССР евреев было больше, чем русских. Еврейская творческая музыкальная струя была очень сильна.

Были композиторы, которые специально занимались национальным фольклором, например, композитор Пульвер писал музыку для театра Соломона Михоэлса.

 А вообще, еврейские композиторы влились в русскую музыку и мы никогда не различали – это музыка еврейская, это русская, а это еврейские мотивы в русской музыке.

Проблема влияния еврейской музыки на творчество русских композиторов – это специальная тема, которую надо особо изучать, разрабатывать. Вот, к примеру, «Широка страна моя родная». Написал еврей-композитор, но это целиком русская музыка.

Дунаевский писал и еврейскую музыку для какого-то фильма, там была еврейская свадьба. Он специально ее писал. Но Дунаевский – это великий русский композитор. Гениальный русский композитор. Еврей по происхождению, но как композитор – русский.

И Виктор Белый, талантливый был композитор, тоже еврей, писал русскую, я бы сказал, европейскую музыку. Это был блестящий трезвый ум, мой главный советчик во всем. Талантливый, образованный человек, увлекающийся и, одновременно, с очень здравым восприятием.

Так и Михаил Фабианович специально изучал еврейский фольклор, но в то же время у него много симфонических сочинений, где нет никаких еврейских мотивов. Просто европейская музыка…Помню, то ли в ноябре, то ли в декабре 1952 года, в самый разгар дела врачей, проходило заседание Политбюро.

Мы обсуждали кандидатуры на сталинские премии. Комитет по искусству представляли Саша Фадеев, Симонов и я. Присутствовал Сталин, Маленков вел заседание. В последний раз тогда я видел Сталина.

Ни с того ни с сего Сталин вдруг сказал: «У нас здесь, в ЦК, антисемиты завелись?! Это позор для партии, это позор для всей страны. Немедленно прекратить!» Я сейчас не цитирую. Но смысл его слов точен. То была темпераментная, очень жесткая его речь.

После этого Маленков сразу же добавил: «Мы, все члены Политбюро, должны сделать из слов тов. Сталина далеко идущие выводы». Участники заседания были потрясены таким неожиданным выступлением вождя.

У меня жена еврейка. Я пришел домой, стал ей рассказывать. Она не сразу мне поверила. Появилась надежда, что скоро закончатся все эти антисемитские безобразия. На следующий день по всей Москве только об этом и говорили. Эффект был как от взрыва бомбы.

Ведь на заседании присутствовали сливки интеллигенции, руководители комитетов по культуре, искусству, науке. Мы радовались, что скоро прекратятся дикие выходки. К сожалению, все продолжалось. Более того, напряжение все усиливалось. Оказалось, что уже готовились вагоны для выселения евреев.

Только смерть Сталина прервала этот позорный период в жизни страны. Оборвалась дикая космополитическая кампания. Все мои позитивные впечатления от прежних встреч со Сталиным исчезли. Я понял, что это был актерский жест. Для Сталина это было характерно. Он себя будто не связывал ни с чем негативным. То, что происходило в стране, вроде бы его не касалось.

Для народа он был и хотел остаться богом. Пастернак как-то сказал Эренбургу: «Вот если бы кто-нибудь рассказал про все Сталину!» Эренбург лишь горько усмехнулся. Да, многие верили, что ко всему плохому, страшному в стране Сталин не имел отношения. Мол, это все творят его соратники. А те ведь делали, что он им говорил.

Без его слова не делалось, ровным счетом, ничего. Сталин был величайший актер, коварный и жестокий…В сталинские времена я всюду говорил полным голосом, громко, ничего не боялся никогда.

И не скрывал негативного отношения к безобразиям. Мне себя казнить не за что. Я очень многих спасал, чтобы на них не обрушились несчастья. В Союзе композиторов не был репрессирован ни один еврей. Никого не осудили…Было много черносотенных людей в Союзе композиторов.

Даже некоторые крупные композиторы. Они все писали в ЦК на меня доносы, что я еврейский ставленник в Союзе, что я покрываю евреев. Когда я приходил в ЦК, Суслов давал мне читать эти письма. Я их читал, видел подписи. То были мои помощники. Мы вместе работали. Они у меня обедали почти каждый день.

Союз размещался на первом этаже, а моя квартира несколькими этажами выше. Наверное, после обедов они на меня и писали. Один музыковед писал, что я нахожусь под влиянием евреев, сионистов, и объяснял, как евреи на меня воздействуют через жену и других людей.

Суслов предупредил, чтобы я ничем себя не выдал, что читал доносы.

Да, в ЦК знали каждый мой шаг – что и как я делаю. Но я мог действовать, потому что меня поставил сам Сталин. Только поэтому мое слово было вескимЯ защитил Дунаевского, когда во времена космополитизма началась его страшная травля. Поднялась невероятная истерия: «Он распустил свою семью, он богатый».

Действительно, Дунаевский был вполне обеспечен – много работал и зарабатывал композиторским трудом. У него была машина; сын, из-за которого весь сыр-бор разгорелся, ездил на ней. Против Исаака Осиповича началось что-то та-а-акое, невероятное.

Один замминистра культуры, черносотенец, антисемит, его все презирали, всячески поддерживал и поощрял эти гнусные нападки.

Не стану называть фамилию, у него могут быть дети – они-то ни в чем не виноваты. А Дунаевский был моим другом. Бывало, и он поддерживал меня. Помогал в жизни много раз.

Возмущенный всем этим делом, я пришел в ЦК и потребовал, чтобы разнузданная кампания против Исаака была немедленно прекращена. Я даже пригрозил выступить во всех мыслимых и немыслимых органах и дать свою оценку всей этой гадкой истории, преднамеренно развязанной некоторыми людьми.

Я сказал, что назову все фамилии и т.д. Видно, некоторые испугались, сразу же все было прекращено.

Я ничего Дунаевскому не рассказывал, а он меня не благодарил. И так было понятно. Сына его, Женю, вновь, кажется, приняли в ГИТИС после исключения. Лишь недавно, через пятьдесят лет, я узнал о его реакции. Снимался тут один фильм, и ко мне приехал режиссер, чтобы я рассказал о Дунаевском, что знаю.

– «А вы не читали его письмо к сестре, где он про вас пишет?» – «Нет, не читал». И мне дают письмо, где написано: «Дорогая Зиночка. Я разучился молиться. Но если ты не потеряла этой способности, то помолись нашему еврейскому Б-гу за русского Тихона. Он спас мне жизнь и честь». Я был потрясен. Вот так. Это был мой друг, любимый композитор.

Я считаю его гениальным композитором, лидером нашей песенной культуры 30-х, 40-х и всех последующих годов”. 

Источник: http://maxpark.com/community/6224/content/3476659

Тихон Хренников

Будущий композитор родился 10 июня 1913 года в городе Ельце Орловской области. Тихон был десятым ребенком в семье Николая Ивановича и Варвары Васильевны Хренниковых. Доходы семьи, жившей на жалование отца, приказчика в одной из купеческих лавок, были невелики, но родители заботились о том, чтобы все дети получили образование.

Семья Хренниковых была очень музыкальной: братья играли на мандолинах и гитарах, сестры пели крестьянские и городские песни. Естественно, что в такой среде рано проявилось дарование младшего сына. Тихону было девять лет, когда сбылась его давняя мечта: он начал учиться игре на фортепиано.

Его первым учителем стал чешский музыкант Кветон, которого сменил спустя два года пианист В. Агарков. Мальчик делал большие успехи в фортепианной игре, проявляя большие виртуозные данные и живость исполнительской фантазии. Много сделала для его музыкального и общего развития А.

Варгунина — высокообразованный преподаватель, с которой Тихон начал заниматься в 1927 году.

С каждым годом возрастала увлеченность мальчика музыкальным искусством. Его талант проявлялся не только в фортепианной игре, но и в первых опытах композиции. В самый канун нового, 1926 года тринадцатилетний музыкант написал свое первое произведение — этюд для фортепиано.

В 1929 году Тихон Хренников приехал в Москву и поступил в Музыкальный техникум имени Гнесиных — одно из лучших учебных заведений столицы. Три года понадобилось Тихону Хренникову для окончания полного курса техникума, и в 1932 году он поступил в Московскую консерваторию, причем был зачислен сразу на второй курс.

Консерваторским учителем Хренникова стал Виссарион Яковлевич Шебалин, снискавший себе к этому времени славу одного из виднейших советских педагогов. Шебалин скоро распознал истинную величину таланта своего нового ученика и сразу поставил перед ним трудные творческие задачи, потребовавшие напряжения всех сил.

Его первым крупным произведением, обратившим на себя внимание любителей музыки, стал концерт для фортепиано с оркестром, написанный в 1932-1933 годах.

Концерт был сыгран впервые самим автором в 1933 году в Москве, а в 1935 году в Ленинграде — на Втором Международном фестивале искусств.

Читайте также:  Принц филипп - биография знаменитости, личная жизнь, дети

В этом произведении преобладают светлые и жизнерадостные образы, в нем сочетаются лирика и задорный юмор, он оживлен неожиданностью ритмических контрастов.

Интересы молодого композитора были широкими. Уже в консерваторские годы его влекло к театру, к массовым жанрам. Заканчивая концерт, он уже начинал писать музыку для театра. Его дебют состоялся в Московском театре для детей, руководимом Наталией Сац. Она и привлекла совсем еще молодого студента к работе над спектаклем «Мик».

В 1933-1935 годах Хренников работал над партитурой своей Первой симфонии. Она стала его дипломной работой, представленной по окончании консерватории. Но, так же как и фортепианный концерт, даже в еще большей степени, она намного возвышалась над обычным уровнем академических работ.

Сыгранная впервые в 1935 году в Москве под управлением Георга Себастьяна, симфония имела блестящий успех, она свидетельствовала о стремительном развитии таланта молодого композитора. Вскоре симфонию услышали в Ленинграде и других городах СССР, а затем и за границей.

Там она прозвучала под управлением прославленных дирижеров — Леопольда Стоковского, Юджина Орманди и других. Симфония Хренникова выделилась среди многих современных ей произведений, привлекла к себе внимание публики.

Она неоднократно исполнялась в 1930-е годы, сохранилась и в современном репертуаре, обойдя концертные эстрады многих стран мира.

Что же представляло собой это произведение Тихона Хренникова? Симфония, написанная на студенческой скамье, отмечена редкой свежестью дарования, зрелостью замысла и мастерством его воплощения.

Хренников сразу заговорил своим собственным языком, он овладел искусством ясного и лаконичного высказывания, которое так редко встречается в первых опусах.

В сжатой форме композитор высказал многое, и притом стой открытой эмоциональностью и глубокой искренностью, которые всегда находят отклик в сердцах слушателей.

Если прибавить к этому мелодическое богатство, прекрасное владение оркестровой палитрой и лирическую непосредственность музыки, то станут ясными причины успеха симфонии у публики, ее бесспорной жизненности. Симфония говорила о том, что из стен консерватории выходит талантливый и уже сложившийся композитор.

В 1936 году Хренников блестяще окончил Московскую консерваторию: его имя было высечено золотыми буквами на мраморной доске Почета, установленной в фойе Малого концертного зала. Хренников был одним из самых молодых композиторов-выпускников — ко времени окончания курса ему только что исполнилось 23 года.

Два года (1936-1938) он продолжал занятия в классе высшего мастерства у Шебалина. Окончание аспирантуры открывало путь к преподаванию в консерватории, но в то время эта перспектива не очень привлекала Хренникова, отдававшего все свои силы композиторской работе. У него появилось немало интересных замыслов, получивших свое воплощение в ближайшие годы.

Давней мечтой композитора была опера он долго искал подходящий сюжет, но эти планы отступили на некоторое время перед увлечением работой для драматического театра.

Хренников сотрудничал с коллективом Театра имени Вахтангова — одним из самых интересных и популярных в Москве.

Здесь, в работе над шекспировской комедией «Много шума из ничего», раскрылись новые качества его замечательного таланта, создавшего лирическую и искрометную музыку спектакля.

Успех в театре не отвлек композитора от мыслей о работе над оперой.

После долгих поисков он остановился на романе Николая Вирты «Одиночество», по которому драматург Алексей Файко и написал либретто оперы “В бурю«.

«Еще на консерваторской скамье я мечтал написать оперу о людях гражданской войны, о героических подвигах партизан, о замечательной Красной Армии», — говорил он, приступая к работе над новым произведением.

Опера создавалась в течение почти трех лет (с 1936 по 1938) в тесном общении с коллективом Музыкального театра имени Немировича-Данченко.

Композитор создал глубоко прочувствованную музыку, в которой лирика сочетается с драматизмом, а широкий разлив песенной мелодии — с напряженностью сценического действия.

В опере есть страстность эмоционального высказывания, идущего от взволнованного сердца, есть романтический пафос и та «общительность интонации» (выражение академика Асафьева), которая во многом обусловила популярность этого и других произведений Хренникова.

Большой опыт, накопленный работой в театре, нашел теперь новое применение. Удачей композитора стала музыка к фильму «Свинарка и пастух», над которой Хренников работал в 1940-1941 годах. Ее музыка, в особенности популярнейшая «Песня о Москве», сохранила свою притягательную силу, и ее можно услышать повсюду.

Прошло первое пятилетие после окончания консерватории. Тихон Хренников быстро вырос и завоевал широкое признание, выдвинулся в первые ряды советских композиторов. В конце 1930-х годов он поселился в доме на 3-й Миусской улице, где в то время жили многие из его коллег и помещался Центральный клуб композиторов.

Наступила пора зрелости — вместе со своей женой Кларой он уже растил маленькую дочку Наташу. Все это наполняло жизнь новым содержанием, новыми радостями и заботами. Как и в прежние годы, Хренников был полон замыслов и планов.

Но все они отступили перед событием, внезапно изменившим все течение жизни композитора, как и миллионов его соотечественников. Страна вступила в суровые и грозные военные годы. Композитор постоянно выступал со своими произведениями перед воинами Советской Армии — в тылу и на фронте.

Общение с воинами вдохновило Хренникова на создание многих произведений. Можно напомнить о песнях из написанной в 1944 году музыки к фильму «В шесть часов вечера после войны».

В них слышатся отзвуки фронтовых впечатлений, они зазвучали по-новому, с тем размахом, который отличает, например, великолепную «Песню артиллеристов», с ее строгой мелодией и чеканной ритмикой припева.

В 1942 году на сцене московского Театра Советской Армии появилась пьеса драматурга Александра Гладкова «Давным-давно», рассказывающая о русской девушке, доблестно сражавшейся против наполеоновских войск. Пьеса оказалась созвучной времени, она пользовалась у зрителей большим успехом.

Ему содействовала и музыка Хренникова, отличавшаяся жизнерадостностью своего эмоционального тонуса и мелодической рельефностью. Двадцать лет спустя она частично вошла в партитуру фильма «Гусарская баллада», явившегося экранизацией пьесы Александра Гладкова.

В том же 1942 году вышел в свет и цикл песен Хренникова на слова Роберта Бернса.

В годы войны Хренников писал не только песни и музыку для кино. Он продолжал работать над крупным произведением и в 1944 году, закончил партитуру второй симфонии, начатую еще четыре года назад. Вторая симфония Хренникова с большой силой художественного обобщения выразила чувства, переживавшиеся в годы войны.

В первые послевоенные годы Тихон Николаевич посвящал большую часть времени работе над оперой. В сущности, его никогда не оставляли мысли о музыкальном театре, и еще в конце 1930-х годов, тотчас же после премьеры оперы «В бурю», он уже углубился в поиски нового сюжета.

Летом 1945 года Хренников начал писать оперу на «Комедию о российском дворянине Фроле Скобееве и стольничьей Нардын-Нащокина дочери Аннушке» русского драматурга Дмитрия Аверкиева, появившуюся на сцене во второй половине прошлого столетия. Премьера оперы состоялась в Москве в феврале 1950 года. Опера пользовалась у публики успехом, прошла по сценам ряда театров, в том числе и зарубежных.

«Фрол Скобеев» с особенной полнотой раскрыл комедийное дарование композитора, проявлявшееся ранее в музыке для театра и кино.

В 1952 году Тихон Хренников, наконец, начал писать свою третью оперу. На этот раз он обратился к знаменитому роману Максима Горького «Мать», рассказывавшему о мужестве рабочих-революционеров, о самоотверженности и благородстве сердца простой русской женщины. Композитор нашел верный тон оперного повествования, по-настоящему выразительного и правдивого.

Надо сказать несколько слов о двух поездках в США. Первая из них состоялась в конце 1959 года, когда Хренников возглавил делегацию советских композиторов в США. Тогда композитору довелось услышать свою первую симфонию в великолепном исполнении Бостонского оркестра под управлением Шарля Мюнша.

Целью второй поездки в США в 1961 году было участие в музыкальном фестивале в Лос-Анджелесе. Тогда впервые прозвучал за рубежом скрипичный концерт Хренникова.

Скрипичный концерт был завершен в 1959 году и впервые сыгран тогда же другом композитора — замечательным советским скрипачом Леонидом Коганом, которому и посвящено это произведение.

По легкости почерка и жизнерадостности эмоционального тонуса он напоминает ранний концерт для фортепиано. Но, разумеется, партитура скрипичного концерта отмечена печатью опыта, накопленного композитором за долгие годы. Это чувствуется и в деталях оркестрового изложения, и в разработке партии скрипки.

В 1964 году Мстислав Ростропович впервые сыграл виолончельный концерт Хренникова, посвященный ему автором. Виолончельный концерт, как и многие другие произведения для этого инструмента, был написан под непосредственным впечатлением от выступлений Ростроповича.

В эти годы композитор много путешествует. Он принимал участие в весеннем фестивале новой музыки в болгарском городе Русс, а затем с берегов Дуная переносился в Японию, где осенью 1965 года состоялись его авторские концерты. Он играл свой фортепианный концерт, а Еко Сато, восторженно встреченная соотечественниками, — скрипичный.

В том же году Хренников присутствовал в Лондоне на исполнении своего виолончельного концерта Мстиславом Ростроповичем. А в следующем году выступил с фортепианным концертом в Париже. Количество зарубежных концертов Хренникова возрастало с каждым годом. Но еще больше он выступал в городах родной страны.

В 1967 году состоялось сразу две премьеры произведений Хренникова. В начале года в Новосибирске прошел первый показ оперетты «Белая ночь» по пьесе Е. Шатуновского, а в октябре в Свердловске — оперы-сказки «Мальчик-великан».

Затем композитор пишет балет «Наш двор», рассчитанный на детское исполнение. Участниками этого балета должны быть младшие школьники, и только одна роль предназначена для подростка.

Сюжет и состав исполнителей определили характеристику персонажей и содержание сцен, в которых при всей несложности развертывающегося действия достаточно материала для построения живого и остроумного спектакля, способного увлечь маленьких исполнителей.

А 29 ноября 1970 года в Москве состоялась премьера комической оперы «Много шума из-за сердец».

В 1970-е годы Хренников много и плодотворно работает. Он сочиняет Второй концерт для фортепиано с оркестром, Третью симфонию. Второй концерт для скрипки с оркестром, а также балеты — «Любовью за любовь», «Гусарская баллада».

В 1983 году Хренников возобновил творческое сотрудничество с коллективом Музыкального театра имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко. Он написал новое произведение для этого коллектива — комическую оперу «Доротея».

Композитор обратился к сюжету знаменитой комедии Р. Шеридана «Дуэнья», не раз шедшей на нашей сцене. Либретто написал Я. Халецкий, с которым композитор уже работал в 1978 году над одноименным телевизионным фильмом.

Разумеется, в опере в связи с требованиями жанра все изложено по-иному. Нелегко было найти свой путь решения творческой задачи, сказать свое слово.

И композитору это удалось: он нашел свой строй интонаций, свои аспекты трактовки образов действующих лиц, прежде всего — Доротеи.

Как и в других сценических произведениях Хренникова, здесь проявилось его умение создавать красивые и пластичные мелодии. И не случайно одна из первых статей, посвященных «Доротее», озаглавлена автором, Р. Габичвадзе, «Щедрая россыпь мелодий». Но дело не только в красоте мелодий, а в том, что они становятся средством характеристики действующих лиц.

Год спустя после «Доротеи» на той же сцене появилась еще одна комическая опера Хренникова — «Золотой теленок» на сюжет одноименного романа И. Ильфа и Е. Петрова. Герои популярнейшего романа выступают на сцене музыкального театра в сатирическом представлении.

Хренников неоднократно перерабатывал написанные ранее произведения, их материал, в других формах и жанрах. Например, балет «Любовью за любовь» на сюжет шекспировской комедии «Много шума из ничего».

Источник: http://jumpmusic.ru/artist/Tihon_Hrennikov/history

Ссылка на основную публикацию